Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

old hippy

Книга Жалоб и Предложений-2.

Это книга жалоб по второй книге. Поэтому ее номер - второй.

Рецензия на нее - вот здесь.
http://www.chaskor.ru/article/dd_protiv_dana_dorfmana_27302

Один из соавторов книги, Феликс Херсонский, написал еще короткую рецензию на наш совместный труд.
Она, правда, написана так, как будто бы он только читатель.
Но... тем не менее:

Книжка как книжка. Толстая.
В ней удобно хранить деньги.
Или сушить листья падающие с дерева нашей юности.
Еще ею можно бить по голове тех, кому она не нравится.
А вот колоть орехи - не получается. Т.е. - есть и недостатки.

 

old hippy

Одесская традиция - кинуть фраера, не умирает!

Девушки - молодцы. Если фраер хочет, чтобы его кинули, то почему бы не кинуть?


В Одессe-маме красиво кинули пожилого британца на $250 тысяч.
52-летний Джеймс ездил по делам на Украину и познакомился в Одессе с очаровательной Ириной. Она была младше на 20 лет, но влюбилась в него без памяти. Долго ли коротко ли, решили сыграть свадьбу.
Но сначала нужно было купить в Одессе квартирку. Джеймс заплатил за нее $200 тысяч. Попутно Ира уговорила его заключить фиктивный брак с подружкой Кристиной.
Потом была пышная свадьба. Все, как полагается - ресторан, мама Иры и 60 гостей. Еще, стало быть, $20 тысяч. На свадьбе было нехорошо. Мама Иры опоила чем-то Джеймса и брачной ночи не было. Ира пропала, потом объявилась якобы в больнице. Джеймс кинул на лечение еше $12 тысяч.
Потом знакомый-украинец узнал о его расходах и все выяснилось. Квартира стоила в 3 раза меньше, да владел ею не сам Джеймс, а пополам с Кристиной. Мама Иры была не мама Иры. Гости на свадьбе - массовка.
Да, и еще. Ира вообще-то была замужем. Кристина - тоже.
Джеймс узнал о жизни много нового. Но дорого за это заплатил.
old hippy

Солидарность в борьбе с идиоткой

В этом эпизоде меня порадовало, что все пассажиры стали на защиту семьи с ребёнком без маски, несмотря на то, что их всех высадили из самолёта и рейс задержали.



Если у вам нету маски…


Высадить из самолета семью с двухлетним малышом, который кушал и потому был без маски попыталась бортпроводница Spirit Airlines.

Рейс из Орландо в Атлантик-Сити оказался задержан потому, что ребенок, которому едва исполнилось два года, кушал и потому оказался без маски. Отметим, что детям до двух лет разрешено находиться в транспорте без маски. Стюардесса сказала родителям, что они не соблюдают правила в отношении масок и приказала  забрать свои вещи и покинуть самолет.

Мать попыталась объяснить, что ребенку едва исполнилось два года. Другие пассажиры, сидевшие рядом с семьей, защищали их, но стюардесса не отступала и в конце концов приказала высаживаться всем пассажирам. Родители также ехали с сыном с особыми потребностями, склонным к судорогам, который был без маски по разрешению врача.

В этом случае все закончилось хорошо. Spirit Airlines позволила всем вернуться в самолет, за исключением агрессивной бортпроводницы, потому что оставшийся экипаж и пилот встали на сторону семьи. Компания сняла бортпроводницу с дежурства и разрешила всем продолжать полет в Атлантик-Сити, включая молодую семью.

После разразившегося в соцсетях скандала, авиакомпания пыталась полностью извратить ситуацию, опубликовав заявление, в котором утверждалось, что взрослые члены семьи были без масок, что и привело к реакции экипажа.

Напомним, в середине марта эта же авиакомпания высадила семью с 4-летним страдающим аутизмом ребенком, несмотря на справку от врача, разрешающую ему находиться в общественном транспорте без маски.

old hippy

"Борьба за права и ружьё — лучше, чем просто борьба за права"


Красивая девушка, однако
Жилa-былa Энни Оукли. Рoдилacь онa в 1860 году, в штате Огайо, и была шестым ребёнком в семье. Когда Энни исполнилось шесть лет, папа её помер от пневмонии, и в семье наступила нищета.
— Детей не сожрёшь, а кормить их надо, — здраво рассудила мама, и отдала Энни родственникам. Типа в аренду, за кормёжку.
Там девочка была почти в рабстве, пахала круглые сутки, а кормили её не так чтоб очень.
Когда Энни исполнилось 8 лет, она решила:
— Хватит.
Пришла к маме, и говорит:
— Хорош, мама, ерундой страдать. Забирайте меня обратно.
— Да кормить тебя нечем, — отмазывается мама.
— Не надо меня кормить, я вас, беспомощных, сама прокормлю, — заявляет Энни.
Взяла старое ружьё покойного папы, и отправилась на охоту. Принесла дичи столько, что на семью хватило, да ещё и на продажу осталось.
— Ах, как хорошо! — обрадовалась мама. — Только я, как добрая квакерша, продавать дичь без мужчины не смогу. Это неприлично.
— Все вы, квакерши, только квакать и можете, — сурово ответила Энни.
Пошла и сама продала дичь в рестораны. А на следующее утро снова на охоту. Так и повелось: Энни кормила всю семью, продавала дичь, и сумела заработать денег столько, что за 7 лет выкупила ферму, которую мама заложила.
— Да как же у тебя так получается, деточка, — удивлялись все вокруг.
— Жить захочешь, и не так раскорячишься, — отвечала Энни.
— Но ты же девочка, ты должна быть нежной, — внушали соседские кумушки.
— Нежность и ружьё — лучше, чем просто нежность, — говорила Энни.
— А где твои серёжки и другие украшения? — хихикали ровесницы.
— Вот моё лучшее украшение, — мило улыбалась Энни, и показывала ружьё.
В общем, всю жизнь Энни считала, что лучшее украшение женщины — ружьё, и не прогадала. Когда ей исполнилось 21 год, поехала она в Цинциннати. А там выступал со своим шоу стрелок по фамилии Батлер. Правда, не Ретт, а Фрэнсис. Ну да ладно. Всё равно красавец: грудь колесом, усы как у Будённого. Вот он и говорит:
— Ставлю сто долларов, что никто меня в стрельбе по мишеням не победит.
Мужики давай с ним соревноваться, и все проиграли. Тут выходит Энни, скромно так улыбается:
— Ну давай, что ли.
— Барышня, тут не кружок вышивания, — ржёт Батлер, хоть и не Ретт.
— Вышивание и ружьё лучше, чем одно вышивание, — кротко отвечает Энни.
И на 25-й мишени побивает Батлера.
— Это у меня просто глаз замылился, — давай оправдываться стрелок.
— Гони сто баксов.
— Вот это женщина! — восхитился Батлер. И хоть не Ретт, а стал ухаживать за Энни: цветы, конфеты, всё как положено.
Вскоре они поженились, и поступили в труппу Буффало Билла. Выступали в Англии перед королевой Викторией, в Италии — перед королем Умберто, а в Германской империи Энни пулей сбила пепел с сигары Вильгельма. Короче, звездой была именно Энни, а Батлер так, на подхвате. В числе прочих фокусов, дама сбивала с головы мужа выстрелом яблоко.
И отношения у них были прекрасные. Фрэнсис буквально на руках Энни носил, и ножки целовал. А какой дурак станет ссориться с женой, если она каждый вечер в башку ему целится? Жить-то охота.
— Ишь ты, как ружьё в жизни помогает, — радовалась Энни.
И открыла стрелковую школу для женщин.
— Красивые глаза и ружьё лучше, чем просто красивые глаза, — внушала она дамам.
И дамы верили. Учились стрелять. Таких самородков, как Энни, было мало, но тем не менее, когда началась война с Испанией, у неё был готовый отряд женщин-стрелков. Тогда Энни написала письмо президенту Уильяму Мак-Кинли: «Дорогой господин президент! Не майтесь ерундой, возьмите моих баб. Они вам всех испанцев перестреляют». Но президент не согласился.
Энни упорно продолжала учить баб стрелять.
— На войну не пойдёте, так хоть мужья вас бояться будут, — внушала она. — Доброе слово и ружьё лучше, чем одно доброе слово.
Потом удача ей изменила. Энни попала в железнодорожную катастрофу, её парализовало. Но она после пяти операций смогла встать на ноги и продолжила выступать. И учила, учила баб стрелять. Потом её ошибочно обвинили в краже штанов из магазина, чтоб типа продать и купить кокаину.
— Вы обалдели, что ли? — обиделась Энни. — Я б красть не стала, я б ограбила. У меня ж ружьё!
Вскоре оказалось, это была не она, а профурсетка-стриптизёрша, которая выступала под её именем, правда, без ружья. Но было поздно, газеты раструбили, и осадочек остался.
Затем Энни ещё и в автокатастрофу попала, и ногу повредила. Но до последнего продолжала участвовать в соревнованиях, ставить новые рекорды и учить баб стрелять.
Умерла Энни Оукли в 66 лет. После неё осталось пятнадцать тысяч благодарных учениц! Вот это я понимаю, борьба за женские права.
Потому что борьба за права и ружьё — лучше, чем просто борьба за права.
© Диана Удовиченко
old hippy

"А так же тем, что понадoбится впредь" Браво, Елизавета II !


Я не хотел возвращатьсаы к этой паре королевских мошенников, но ответ Елизаветы стоит того, чтобы к ней вернуться.
Он - гениален и универсален:


'The whole family is saddened to learn the full extent of how challenging the last few years have been for Harry and Meghan. 'The issues raised, particularly that of race, are concerning. While some recollections may vary, they are taken very seriously and will be addressed by the family privately. 'Harry, Meghan and Archie will always be much loved family members.'


"Вся семья с печалью узнала, о том, с какими трудностями встретились в последние годы Гарри и Меган;
Поднятые темы, в особенности связанные с расовым вопросом, внушают озабоченность. В то время, как воспоминания могут разниться, они заслуживают серьезного подхода и будут рассмотрены в частном порядке в кругу семьи. Гарри, Меган и Арчи навсегда останутся горячо любимыми членами семьи".


Елизавета превзошла универсальную резолюцию Полыхаева из дилогии одесских классиков:

http://gatchina3000.ru/literatura/koreiko_a_i/gold-calf_19.htm

«В ответ на наглое бесчинство бухгалтера Кукушкинда, потребовавшего уплаты ему сверхурочных, ответим...»
old hippy

Я нашел простой дайджест двухчастного текста о теореме Эрроу

Этот простой текст даже я понял.

https://asskorobogatov.livejournal.com/13893.html

Почему диктатура более распространена, чем демократия?


На этот вопрос ответил скончавшийся позавчера нобелевский лауреат по экономике Кеннет Эрроу. Его ответом стала доказанная им теорема невозможности. Согласно последней, не существует удовлетворительного способа учесть предпочтения людей при принятии общественных решений путем голосования.

Эта теорема стала обобщением давно известного парадокса Кондорсе, который состоит в том, что если объединить транзитивные предпочтения (не менее) трех индивидов относительно (не менее) трех альтернатив, мы получим нетранзитивные общественные предпочтения. Иными словами, если имеется три избирателя, каждый из которых имеет наилучшую альтернативу, эти избиратели не смогут выбрать из трех альтернатив. Если они суммируют свои предпочтения, получится, что каждая из альтернатив уступает какой-то другой при попарном сравнении.

Пусть, например, мама, папа и дядя Федор выбирают из трех альтернатив – остаться дома, поехать на курорт или отправиться в Простоквашино. Для мамы лучше всего курорт, затем будет дом, и хуже всего Простоквашино. Для папы порядок предпочтений будет выглядеть как: дом – Простоквашино – курорт, а для дяди Федора: Простоквашино – курорт – дом.


Итак, каждый в отдельности имеет наилучшую альтернативу, но, если мы позволим им голосовать, любая из альтернатив может оказаться наилучшей в зависимости от того, из каких двух альтернатив будут выбирать. Если семья выбирает между курортом и домом, выбран будет курорт, при выборе между домом и Простоквашино, выберут дом, и, наконец, если выбирают между Простоквашино и курортом, выбор падет на Простоквашино. Таким образом, для этой семьи ни одна альтернатива не является наилучшей, если сравнивать ее с прочими доступными альтернативами.

Как в таких условиях может быть сделан выбор? Здесь возникает такой феномен как власть устанавливающего повестку дня. Если ты располагаешь правом выносить альтернативы на голосование, то это право оказывается равносильно диктаторской власти. Ведь ты сможешь вынести на голосование такую пару альтернатив, из которых выберут наиболее предпочтительную для тебя. Если этим правом наделить маму, она вынесет на голосование курорт и дом. Папа в аналогичном положении предложил бы выбор между домом и Простоквашино, а дядя Федор – выбор между Простоквашино и курортом. Таким образом, семья сможет принять решение только при наличии диктатора.

Вообще, ругать демократию, говорить о ее неосуществимости, несправедливости и т. д., казалось бы, должно быть свойственно идеологам авторитаризма, таким как Константин Победоносцев, называвший демократию "великой ложью нашего времени". Но как раз строгие результаты относительно невозможности демократии – парадокс Кондорсе и обобщающая его теорема – были предложены мыслителями совсем другого толка. Ни Кондорсе, ни Эрроу не были предубеждены против демократии, и свои результаты они получили, пытаясь сформулировать позитивные принципы ее функционирования.

Трудностями принятия коллективных решений можно объяснить то, почему демократические устройства общества крайне редко встречаются в истории. Хотя может казаться, что наше время является золотым веком демократии, согласно Д. Мюллеру, автору обобщающего труда по общественному выбору, лишь очень незначительная часть современных стран является демократическими.

Исторический опыт демократии весьма показателен. В колыбели демократии, древних Афинах, политическими правами обладало лишь меньшинство населения, а окончательные решения определяли влиятельные люди. В Новгородской республике также голосовали лишь граждане, причем решения принимали путем крика и кулака, а также с оглядкой на мнение авторитетных граждан. Эта демократия нередко приводила ко всяким нелепым решениям, типа изгнания Александра Невского из города вскоре после его блестящей победы на Неве.

А как функционируют современные общества на основе демократических институтов? Многие страны, как наша, являясь демократическими, скатываются к авторитаризму. Как правило, это можно только приветствовать, поскольку в противном случае многие ключевые решения бы просто блокировались эффектом "лебедь, рак и щука". В традиционных демократиях за общественными решениями скрываются стратегическое голосование, коалиции, контроль над СМИ, соревнование в политической рекламе и т. д. Иными словами, как и предполагает теорема Эрроу, общественные решения не являются агрегированием индивидуальных предпочтений и, фактически, могут быть решениями отдельных людей или меньшинств.

Если вернуться к нашему примеру с семьей из советского мультфильма, той же теоремой можно объяснить чрезвычайную хрупкость семейных отношений в наше время сравнительно с прошлым. По сюжету, когда мама настояла на своем, их ребенок сбежал из дома, а папа позднее стал размышлять о том, что мог бы "не женится никогда". Современные семьи из-за их попыток принимать решения демократически очень часто становятся лебедем, раком и щукой. В конечном счете, это приводит к тому, что члены семьи в лучшем случае начинают жить друг с другом, как соседи, а часто и просто расходятся.

Традиционная семья, основанная на почитании авторитета отца, не знала таких проблем. У этой семьи не было неопределенности относительно того, кто "будет определять повестку дня" и связанных с этим ссор. Институт семьи с самого начала признавался как авторитарный режим. Жена и дети понимали, что, если они будут оспаривать решение отца, это будет бунтом, восстанием против установленного порядка. В современной же семье аналогичные действия рассматриваются как священное право. На практике, однако, такая семейная демократия заканчивается либо скрытой диктатурой, либо всеобщим одиночеством.
old hippy

И о книгах. О "Доме на Набережной".




Юрий Трифонов

Последние 20 лет жизни в СССР нашим с Аннушкой любимым писателем был Юрий Трифонов.
Мы много лет выписывали "Новый Мир". Там публиковалось всё, что писал Трифонов начиная со второй половины шестидесятых.
Мы вытаскивали из журнала всё им написанное и за деньги отдавали переплетать. Поэтому у нас на полках стояли книжки синего цвета в коленкоровой твердой обложке, но на них не было названия. Правда, свои последние повести начиная со "Старика" и наконец свой последний роман, "Время и место" Трифонов опубликовал уже в "Дружбе народов". "Новый мир" с новым главным редактором ему отказал от своего мира.

Самым знаменитым текстом Трифонова считался "Дом на Набережной", небольшая повесть о правительственном доме, где в детстве жил сам Трифонов, вернее его отец, Валентин Трифонов, с семьёй. Валентин Трифонов был во время Гражданской Председателем Ревтрибунала Фронта. Ну а в 1938-м его расстреляли в числе многих других обитателей "Дома на Набережной".

По-моему, лучшим текстом Трифонова был "Старик". Эта повесть - об отце. Правда, персонаж повести не расстрелян, он выжил, стал глубоким стариком и то, что он творил во время Гражданской не дают ему покоя перед смертью.

Именно "Дом на Набережной" вдохновил американского историка с русскими корнями, Юрия Слёзкина на огромный исторический труд: "Дом правительства. Сага о русской революции", в книге 1217 страниц. Тем не менее я ее читаю с большим интересом и рекомендую тем, кто по крайней мере знает, кто такой Трифонов.

Collapse )
old hippy

В связи с тем, что этот автор понравился моим читателям...

ставлю еще один рассказ Марии Волынской.
Но... должен заметить, что мне, одесситу, понятно: мадам Волынская никакого отношения к Одессе не имеет и её не знает.
Рассказ, который вы уже прочли взят отсюда:
https://proza.ru/2014/01/21/330

На прозе.ру 438 рассказов, стихотворений, повестей Марии Волынской. И, судя по одному из стихотворений посвященных родному городу, она из Днепра, т.е. бывшего Днепропетровска.
Сейчас она живет в Америке, но пишет, как она тоскует по своему городу. Это нормально, я тоже часто вспоминаю Одессу, но я там еще и бываю, а не только вспоминаю.
Так вот, было бы логичнее, чтобы она описывала не одесских евреев, а евреев её родного города. Но... она наверное решила, что читателям евреи из её родного города не так интересны, как одесские евреи.
Тот рассказ, который я предлагаю, тоже об одесских евреях. Разумеется, там присутствует воображаемая Одесса, настоящая Одесса для Марии малоизвестна.
В частности, её герои, одесские евреи, живут на 2-й Пересыпской улице.
Дело в том, что одесские евреи не жили ни на Слободке, ни на Пересыпи. Оттуда на Молдаванку и в центр города приходили погромщики в 1905-м году, ну а евреи с Молдаванки встречали их огнём. В том числе и еврейские бандиты. Они по такому случаю объeдинялись с еврейскими революционерами.

Потом все - не так:

макарон по-флотски - еврейские хозяйки в Одессе вообще не готовили макароны по-флотски.

в замечательном Одесском театре и смотрите одноактную пьесу, с великим Михаилом Водяным в главной роли.

Если имеется в виду один из самых красивых в мире, Одесский Оперный, то Водяной там не играл.
Он был артистом Театра Музкомедии.

Шлымазл. Это слово и пишется и произносится как ШлИмазл.

Кстати, не только в Одессе, а везде где употребляют слова на идиш. Неизвестно это только Марии Волынской.

Еще главная героиня постоянно употребляет кошмарное слово - хде. Не только одесские евреи, но и все остальные одесситы никогда не говорят "хде".

И т.д. и т.п.
Тем не менее, если моим читателям этот автор понравился, поставлю еще один рассказ Волынской.



Родительская любовь
Мария Волынская.

Эта история произошла в одной приличной семье из нашего дворика на родной 2-й Пересыпской. Как в каждой приличной семье, папа работал в своей небольшой, но активно-посещаемой ремонтной мастерской, мама держала оборону в борьбе с соседками по двору за лучший рецепт фаршмака и макарон по-флотски, ну и поддерживала уют в сочетании с калорийным питанием горячо любимого сына Сёмы - будущего адвоката или на крайний случай - стоматолога.

И вот в один не прекрасный день...

Collapse )
old hippy

Наконец, хорошие новости, федералы не понадобились. Понадобился один храбрый парень

Это Лин Вуд. Он будет помогать Кайлу как адвокат. Лин Вуд выиграл самые серьезные процессы против левых сволочей в последние годы.
8 мин.
На четвертый день погромы в Кеноше, штат Висконсин, сошли на нет.
Их закончила не полиция, не нацгвардия и не отправленные Трампом федеральные агенты. А всего лишь один 17-летний юноша, который не испугался дать отпор толпе нападавших анархистов.
Поняв, что им теперь противостоит не флегматичная полиция, готовая терпеть всех их выходки, а вооруженное население Висконсина, “антифа” начали быстро ретироваться.
Тут уж за грабежи и избиения можно получить не только перцовым баллончиком от полиции, но и пулю в лоб от гражданской милиции штата.
Местная прокуратура пытается вменить Кайлу Риттенхаузу преднамеренное убийство. Ему уже вовсю помогает известнейший американский юрист Лин Вуд.
Он прославился тем, что защищал Ричарда Джуэлла - того самого героя недавнего фильма Клинта Иствуда. А в этом году Вуд помог Нику Сэндману выиграть иски против CNN и Washington Post. Шансы Риттенхауза на полную победу в суде присяжных растут на глазах.
Тем временем семья Джейкоба Блейка, чей арест стал спусковым крючком для беспорядков, осудила погромы. Его мать сказала, что очень уважает Трампа и попросила его помочь восстановить сожженый дотла город после разгула “антифа”.
Либеральные журналисты наверняка постараются “отменить” всю семью Блейка, которая не стала поддерживать накал революционной борьбы. Похожая практика была отыграна на семье Джорджа Флойда, кого быстро убрали из фокуса внимания, когда те выступили против беспорядков.