dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

И чего ему так смешно?


Уи́льям (Билл) Макгуа́йр Бра́йсон (англ. William "Bill" McGuire Bryson) — американский писатель, многие книги которого становились бестселлерами. Брайсон известен своими юмористическими книгами о путешествиях, английском языке и науке. Брайсон уроженец США, однако большую часть времени проживал в Северном Йоркшире (Англия). В 1995 году Билл Брайсон переезжает в США.

У пишущих американцев, таких как мой любимым Кристофер Бакли, есть одна общая черта с пишущими евреями, они любят смеяться сами над собой.
Т.к. евреи, которые рассказывают антисемитские анекдоты - не редкость, так и нередкость, американцы, которые пишут плохо о самих себе.
Но иногда это смешно, как и в случае с еврейскими анекдотами.
Сейчас я читаю такую смешную книжку, но это не Кристофер Бакли я другой, раньше неизвестным мне автор Билл Брайсон.
Вот одна глава из этой книжки:


Отсутствие чувства юмора

Вот мой совет: никогда не шутите в Америке. Даже для опытных людей — а я верю, что разговариваю со специалистами, — шутка может оказаться опасной.

Я пришел к такому выводу совсем недавно, когда проходил таможенный и иммиграционный контроль в аэропорте Логана в Бостоне. Когда я подошел к последнему чиновнику иммиграционной службы, тот спросил:

— Фрукты, овощи?

Я задумался на секунду.

— Да, спасибо, почему нет, — ответил я. — Я бы взял четыре фунта картошки и несколько манго, если они свежие.

Аудитория не одобрила такого легкомыслия, а чиновник точно не горел желанием обмениваться шутками. Он смотрел на меня с тем мрачным выражением лица, которое вам никогда не хотелось бы наблюдать у сотрудника в форме, особенно на американском таможенном и иммиграционном контроле, потому что, поверьте мне, эти люди имеют такие полномочия, которые вам действительно не хотелось бы испытать на себе. Стоит лишь заикнуться о полном досмотре и резиновых перчатках, думаю, вы сразу поймете, о чем это я. И когда я говорю, что они имеют законное право прервать вашу поездку, я абсолютно не шучу.

К счастью, этот человек, видимо, пришел к выводу, что перед ним невероятный тупица.

— Сэр, — произнес он сухо и для наглядности повел рукой, — вы везете какие-либо предметы, являющиеся фруктами или овощами?

— Нет, сэр, не везу, — тут же ответил я и одарил его самым подобострастным и подхалимским взглядом, на какой только был способен.

— Тогда проходите, пожалуйста, — сказал он.

И неодобрительно покачал головой мне вслед. Уверен, до конца своей карьеры он будет рассказывать об отморозке, который подумал, будто он торгует овощами.

Так что, опираясь на мой опыт, никогда не шутите в Америке с госслужащими. И когда заполняете свою иммиграционную карточку, на вопрос: «Были ли вы когда-нибудь членом коммунистической партии или иронизировали на публике?» — отвечайте: «Нет».

Конечно же, ключевое слово — «ирония». Американцы прибегают к ней нечасто. (Здесь я иронизирую; они вообще к ней не прибегают.) В большинстве обстоятельств, на самом деле, это довольно полезная штука. Ирония — двоюродная сестра цинизма, а цинизм — не такая уж чудесная черта. Американцам — не всем, но большинству — не нужно ни то ни другое. Их отношение к повседневным событиям — доверие, полное, буквально трогательное. Они не ждут от общения словесных фокусов, поэтому, когда вы используете всякие кунштюки, это приводит их в полное замешательство.

У нас есть сосед, на котором первые два года нашего проживания в Америке я проверял свою гипотезу. Все начиналось довольно безобидно. Вскоре после переезда наше дерево упало на лужайку перед его домом. Однажды утром я проходил мимо и увидел, как он пилит наше дерево и грузит ветки на крышу машины, чтобы вывезти куда-нибудь подальше. Дерево было раскидистое, так что ветви свисали по бокам автомобиля, придавая тому довольно экстравагантный вид.

— Маскируетесь? — полюбопытствовал я.

Сосед бросил на меня быстрый взгляд.

— Нет, — сурово ответил он. — Как-то ночью во время урагана ко мне на двор упало дерево, и теперь я собираюсь вывезти его на свалку.

После этого я не мог отказать себе в удовольствии отпускать шутки в его адрес. Кризис, если можно так выразиться, наступил, когда я однажды рассказывал соседу об одном опасном перелете, который я совершил и из-за которого мне пришлось задержаться в Денвере на всю ночь.

— С кем вы летели? — спросил он.

— Не знаю, — ответил я. — Мне они паспорта не показывали.

Он посмотрел на меня с выражением, близким к панике.

— Нет, я имею в виду какой авиакомпанией?

Это было как раз после того, как моя жена наказала мне прекратить шутить с соседом, потому что наши разговоры явно вызывали у него головную боль.

Простой вывод, который можно после этого сделать и к которому слишком часто склоняются даже самые проницательные сторонние наблюдатели, — тот, что американцы по своему складу ума не способны понять шутку. Я только что прочел книгу «В стране Оз» Говарда Джекобсона, кстати, британца, человека большого ума и проницательности, и он мимоходом заметил, что «у американцев нет чувства юмора». Понадобится от силы два-три часа, чтобы найти еще тридцать или сорок комментариев подобного рода в других современных сочинениях на тему Америки.

Я могу понять эту точку зрения, но на самом деле она абсолютно неверна. Без труда можно вспомнить немало американских шутников и даже комиков — братья Маркс, У. С. Филдс, С. Дж. Перлман, Роберт Бенчли, Вуди Аллен, Дороти Паркер, Джеймс Тербер, Марк Твен. Более того, и это очевидно, они бы не добились такой славы, если бы не нашли в родной стране широкую и благодарную аудиторию. Так что не похоже, что американцы не умеют шутить и получать от этого удовольствие.

Истинная правда, остроумие здесь ценят не так, как в Великобритании. Джон Клиз однажды заметил: «Англичанин предпочел бы, чтобы его назвали плохим любовником, нежели сказали, что у него нет чувства юмора». (Что, вероятно, правда, с учетом всех обстоятельств.) Не думаю, что многие американцы подписались бы под этим утверждением. Здесь юмор, скорее, как ловкость вождения, или разборчивость в винах, или умение правильно произносить слово «систематически» — нечто, достойное похвалы и восхищения, но встречающееся не слишком часто.

И не потому, что в Америке совсем нет людей с развитым чувством юмора; просто их становится все меньше. Когда вы сталкиваетесь с таким человеком, это большая редкость, и вы похожи на двух масонов, которые узнают друг друга в многолюдном месте по тайным знакам. Последний случай произошел со мной несколько недель назад, когда я в нашем местном аэропорту взял такси, чтобы добраться до дома.

— Вы свободны? — невинно спросил я у таксиста.

Он посмотрел на меня с выражением, которое было мне очень знакомо — взглядом того, кто всегда знает, что ответить, если подворачивается возможность.

— Нет, — ответил он с явной издевкой. — Я женат.

Мне захотелось его обнять, но тогда, естественно, шутка зашла бы чересчур далеко.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment