dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

Про Лилю и Витю (рассказ - Игоря, фотки мои)

Часть вторая. Про Витю, поверившему Никите Сергеичу.


Виктор Арнаутов. "City Life". (левая часть фрески.)

Ну что ж, теперь про Витю.
Самая крупная фреска в цокольном этаже Коит-Тауэр называется City Life. Она изображает не просто улицу Сан-Франциско в 1933-м году.
Почти все персонажи на фреске - люди реальные, те, кто жил тогда в городе. Есть там и тогдашний мэр города, Росси, из-за которого я оконфузился в первой части. Игорь мне назвал еще нескольких известных горожан на этой фреске, но я забыл их имена и занимаемые должности. В общем, уважаемые люди. Иначе, зачем бы их было на фреску помещать?
Но Игорь сначала ничего не говорил об авторе этой работы. Он меня просто подвел к правой части фрески. Вот она:

И спросил меня что я думаю о происхождении и национальности самого крупного мужчины на ней, того, что стоит возле газетного киоска.
Я особо ничего такого не думал, но, раз меня спрашивают, ответил уклончиво. Сказал, что мужчина этот, точно не китаец и не еврей.
Ну и, наверное, не афро-американец, хоть в последнем я не уверен, может он светленький такой, вроде нашего любимого президента?
Игорь был разочарован. В конце концов, он не выдержал и снова спросил меня:
- Неужели ты не видишь, что у него славянские черты лица?
Честно говоря, я не видел, потому что немного забыл, как эти черты лица выглядят. У нас на работе ни одного славянина нет.
Кроме меня, разумеется, в душе  я - простой русский человек. Но черты лица у меня с душой наверное не совпадают, никто меня за "гордого славянина" не принимал. Особенно, в Отделах Кадров родной Одессы.
Но... чтобы сделать Игорю приятное я обрадованно закричал:
- Как же, как же, теперь вижу! Ты прав!
Игорь успокоился и начал рассказывать об этом человеке.
Оказывается, это художник, который сделал главную фреску. Он самого себя изобразил. Зовут его, как вы уже поняли, Виктор Арнаутов.
Ну происходило с ним в жизни вот что, по словам Игоря:
Он храбро воевал против Kрасных в в составе знаменитой Дроздовской дивизии. Был награжден за храбрость "Георгием".
Но после поражения белых эмигрировал, сначала в Манжурию. Там он встретил первую жену, ее звали Лилей, он ее очень любил. Она ему родила трех сыновей. С каким-то из этих сыновей Игорь знаком лично и беседовал с ним. С каким именно, он не уточнил.
Или я забыл, если он даже и уточнял.
Из Манжурии Арнаутов с семьей перебрался в Сан-Франциско. Харбинские русские, кстати, в этом городе выстроили целый район, практически на пустом месте. Но это отдельная история.
Арнаутов учился живописи у знаменитого Диего Риверы, великого мексиканца, фрески которого известны во всем мире.
Ривера еще был пламенным коммунистом. Он поэтому сильно повлиял на Виктора не только как учитель живописи, но и как учитель жизни, Виктор, хоть воевал против Kрасных, перенял политические взгляды своего учителя. Это ему аукнулось во второй половине его жизни. Он был как бы бугром тех художников, которые расписывали Коит-Тауэр и подобрал в бригаду людей сходных с ним убеждений.
Почти все фрески показывают тяжелую жизнь рабочего класса, борьбу трудящихся за свои права, там есть и первомайская демонстрация. Сам Виктор стоит возле киоска, где продается коммунистическая газета "Дейли Уоркер".
Тем не менее, несмотря на свои радикальные взгляды, Арнаутов сделал успешную американскую карьеру. Он даже стал профессором лучшего университета Вест Коста, Стэнфорда. Так что все складывалось в его жизни неплохо, сыновья подросли и тоже становились уважаемыми людьми: по карманам никто из них не шпынял и бутылки на сдачу не собирал.
Но... случилась в жизни Виктора семейная катастрофа. Сравнительно молодой умерла его первая любимая жена Лиля.
Наверное, от рака, я не уточнял, не люблю уточнять такие подробности. А Виктор ушел в депрессию.
Ну так это деликатно называется, депрессия, мне Игорь такой диагноз назвал. Мне все-таки кажется, что у Арнаутова депрессия перешла в запой, или наоборот, запой в депрессию. Или одновременно. Но это мои домыслы, Игорь мне ничего такого не говорил.
Но внезапно депрессия как бы прервалась в связи с важным политическим событием, в Америку прибыл в 1959-м году Никита Сергеевич Хрущев. Он добрался до Сан-Франциско и был в этом прекрасном городе целых три дня. Город Хрущеву очень понравился. Еще он попросил чтобы ему оргaнизовали встречу с русскими, которые живут в городе. Ну и на этой встрече Арнаутов как раз и попал как кур в ощип. Хрущев напел Арнаутову как его ждут на Родине, как ему там будет хорошо и привольно, как его все там будут любить, уважать и ценить.
Арнаутов поверил. Он продал все, что мог, все бросил и... поехал в СССР на ПМЖ. Там он сначала решил попытаться вернуть себе дом, в котором он жил вместе с родителями. Увы, его грубо говоря, послали. Потом он начал стучаться в разные официальные двери, но все эти двери перед его носом захлопывались. Он пытался даже встретиться со своим новым другом, Никитой Сергеичем, подался для этого в Москву, но при попытке прорваться в Кремль его так сильно турнули, что он понял: вторую попытку он пожалуй может и не пережить, все-таки годы не те, когда он был дроздовцем.
И стал он обычным советским человеком, что поделаешь?
Начал оформлять клубы и Дома Культуры, Ленина изображать на стенах, у него это хорошо получалось. Женился второй раз на простой советской женщине. Никто его особо не знал и не ценил. Умер он, не то чтобы под забором, но все-таки тихо, как и подобает простому советскому человеку. Некрологов о нем центральные газеты не писали. И нецентральные - тоже.
Родина его не ждала и не признала. Хоть, надо отдать должное гуманной Советской Власти, его не расстреляли, когда он вернулся, как скажем расстреляли другого белогвардейца, Сергея Эфрона, и даже в лагерь не отправили. А могли, ведь действительно воевал против Красных и жил в империалистической Америке долгое время. Не иначе, как заслали его в СССР со специальным заданием. Но Органы его разоблачить не успели, помер.
Игорь сказал мне, что все трое сыновей его дружно отговаривали от возвращения на Родину. Но он их не слушал. Он считал, что это в Америке его не ценят, а вот в России будет все по-другому. И он сможет там забыть свое горе, смерть любимой жены. Почему надо забывать горе среди чужих людей, а не с сыновьями этой любимой жены, убей меня, не понимаю.
Вот такая вот история с Витей приключилась.
Если я чего наврал, то Игорь меня поправит, как и в случае с мэром.
Теперь вот что. Я обещал к каждой части своих заметок песню ставить. Но в прошлый раз поставил пожарников в видео. Там еще оркестр волынщиков, ну сама Маркет-Стрит и бравые пожарники в парадной форме. Короче, я думаю, что то видео было интересное.
Но теперь уже снова время песни. Конечно, песни о Сан-Франциско. Поет ее звезда пятидесятых и шестидесятых, Тонни Беннет.
Он сам, хоть и итальянец по происхождению, как многие знаменитые жители Сан-Франциско, но все-таки с Восточного Побережья, из мало известного городка на этом побережье, который называется Нью-Йорком. Впрочем, я там бывал в этом провинциальном городишке, довольно симпатичный. Рекомендую посетить, кто еще не видел.
Но, как и следовало ожидать, Тони Беннета поразил прямо в сердце именно Сан-Франциско, а не какой-нибудь Нью-Йорк, или смешно сказать, Бостон. И песню свою он так и назвал: I left my heart in San Francisco (Я оставил мое сердце в Сан-Франциско)
Полностью присоединяясь к чувствам Тони, рекомендую и вам эту песню, дорогие друзья.
 



 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments