dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

"Интеллигенция закончилась как историческое явление."




Последние годы, отдавая дань Улицкой, как талантливому писателю, я не очень воспринимал все то, что она говорит помимо литературы.
Т.е., когда она выступает как публицист в своих многочисленных интервью.
Ладно, забудем политкорректность и назовем вещи своими именами. Я ее воспринимал как типичную либеральную дуру западного типа.
У нас здесь таких улицких, как грязи, хоть и не умеющих писать хорошие книги.
Но, когда я прочел ее последнее интервью, мое мнение о ней не то, чтобы переменилось полностью, но во всяком случае, дурой я ее после этого интервью не считаю.
Она воспринимает мир совсем не так, как наши местные либералки, независимо от их реального гендера, где все, что не по ним, это гадость, а все, что им в струю, это абсолютно правильно. Она его воспринимает намного сложнее, и временами видит этот мир вполне верно, как мне кажется.
В тех частях, где она повторяет обычные демшизовские мантры, она конечно прежняя Улицкая, но я эти части не скопировал.
Главное, в чем я полностью согласен с Людмилой Евгеньевной, это ее слова, которые я вынес в заголовок.

Вопросы задавал Олег Кашин.



Я бы не стал говорить, что Украина как-то особенно расколола нашу интеллигенцию, она расколота давно, но все же — есть какое-то безусловное деление на две партии. Про одну все понятно, она лояльна к Путину и с теми или иными оговорками одобряет все, что он делает. Но вы принадлежите к другой, и хочу спросить про нее. В течение этих полутора лет были ли у вас сомнения по поводу нашего либерального мейнстрима? Вот какие-то совсем прямолинейные вещи — например, Крым. Считаете ли вы, что ситуация с ним описывается какой-то простой формулой вроде «это безусловно украинская земля, Россия ее оккупировала и аннексировала, Крым должен быть возвращен Украине». Или Донбасс: «Сепаратизм — это терроризм, он должен быть подавлен любыми способами, включая военные, украинские власти были правы, начав АТО, территориальная целостность Украины — абсолютная ценность». Согласны ли вы с такими утверждениями? Если да, то почему, если нет, то как их можно отредактировать, чтобы они звучали корректно?


—Расколотость интеллигенции — это естественно. Каждый думающий человек думает по-своему, поэтому сколько интеллигентов, столько точек зрения. Отсюда и неспособность договориться. Лично я не принадлежу ни к какой партии. Ужасно удобно принадлежать к партии, потому что ты автоматически оказываешься в среде «большинства», даже такого, которое не является большинством в абсолютном смысле. Люди, которые считают, что Крым «безусловно украинская земля», так же далеки от меня, как люди, которые считают, что Крым «безусловно русская земля».

Крым — это Крым. Сестры моей бабушки жили в Феодосии. В детстве я гуляла по развалинам Генуэзской крепости. А как раз вчера я гуляла по Генуе, которая когда-то владела прибрежным Крымом. Еще на моей памяти жили в Феодосии женовезы, потомки генуэзцев, владевших когда-то Феодосией. Но я никогда не слышала от современных генуэзцев ни слова о том, что исторически Крым — владение Генуэзской республики. Через Крым, кусочек дальнего Средиземноморья, пролегала цивилизационная дорога, и, как любая такая дорога, она была и военной. Ничего нового в истории не происходит.

Меняются правительства — в данном случае одно другого не лучше, что украинское, что российское,— Крымская земля при любом правлении неустроенная, с нехваткой воды, с разоренным сельским хозяйством, о промышленности вообще ни слова. Захват Крыма — а был, несомненно, захват — произвели незаконно, но бескровно, за последнее спасибо. С управлением, насколько я знаю, стало еще хуже. Может, стало и лучше, просто у меня информации не хватает? Снова проблемы с татарским населением, которое, замечу, имеет полные права на проживание в Крыму, поскольку и татарское государство существовало на этой территории.
Политические лозунги, которые вы упоминаете, отражают интересы того или иного государства. Что же касается населения Крыма и самой его земли, которую я полюбила с детства, ни одно из существующих правительств не может сегодня обеспечить процветания этой земли. Кто сможет — не знаю. Идеи самоуправления, столь модные в России в конце XIX века, мне лично очень симпатичны, но вряд ли их реализация в наших условиях возможна. Сказать — почему? Потому что со времени Октябрьской революции по сей день шел грандиозный процесс деморализации населения.

Помните замечательный разговор Авраама с Ангелом: сколько должно быть праведников, чтобы устоял город? Шла долгая торговля, но в конце концов праведников не нашлось в нужном количестве, Содом и Гоморра были сожжены небесным огнем. Донецк и Луганск горят, а какую идею выкинули люди, жаждущие власти, не так уж важно. Есть о чем подумать. Я вспоминаю в связи с этой историей крымского праведника Максимилиана Волошина. Он был один. Было бы таких десять, страна, может, и устояла бы. Кажется, сегодня нет ни одного.

Смогла ли, по-вашему, советская интеллигенция в России в постсоветские годы стать национальной?
Если да, то в чем это выражается? Если нет, то нормально ли это?
Почему, если сравнивать нас с той же Украиной, между нашими интеллигенциями такая разница — украинский интеллигент может сказать «Слава Украине», российский не скажет «Слава России» (а «Слава Украине» скажет)? Почему украинский интеллигент повесит у себя дома украинский флаг, а наш российский не повесит? Даже на Болотной было очень мало российских флагов. Считаете ли вы это проблемой?
Если нет, то почему, если да, то что с ней делать?



—Мы живем во времена тотального кризиса, но на поверхности — кризис экономический. Более глубокий — понятийный. Сегодня, прежде чем вести любой разговор, надо заново договариваться о содержании понятий. В прежнее понятие интеллигентности входили кроме хорошего профессионального образования такие качества, как бескорыстие, проистекающее из идеализма, служение идее, способность предпочитать интересы общественные интересам личным.
В этом смысле интеллигенции нет, она закончилась как историческое явление. Далее про «национальную» составляющую: в XIX веке, когда русская интеллигенция сформировалась, идея национального тоже имела другое содержание. В ХХI веке само это понятие мне представляется сомнительным.
Мы живем в «постновые» времена, если позволите такое выражение, и современная интеллигенция носит планетарный характер. Сегодня интересы всего человечества в целом стали важнее, чем интересы одной нации. Это то самое в переводе на современный язык, о чем говорил апостол Павел: нет в христианстве ни пола мужского, ни пола женского, нет иудея, нет эллина. Мы все в одном корабле, и он трясется от бурь и волн, и если он перевернется, шанс выжить будет только у водоплавающих животных из этого ковчега, но не у человека. Я была на Украине после Майдана. Мне нравится, что народ смел прогнившего правителя с золотым батоном в активе, но кричать «Слава Украине» мне почему-то не хотелось. Как и «Слава России». Не думаю я, что интеллигент — украинский или русский — повесит у себя в доме государственный флаг. Все советские интеллигенты дружно вешали портрет Хемингуэя в свитере, это я помню. И значило это одно: нам не нужны ваши кумиры, мы себе выберем самостоятельно, без государственных подсказок, кому поклоняться, кому молиться, в чью сторону смотреть.


Себя вы считаете каким интеллигентом — советским, русским, российским? В чем разница между «русским» и «российским», есть ли она? Вообще, русские в России — это один из двухсот живущих в ней народов или что-то еще?
Если да, то что?



—Советским интеллигентом я уже побыла, больше не хочу, в русские интеллигенты меня, может, и не примут по пятому пункту, кто такие российские, я пока не расчувствовала. Я бы предпочла быть европейским интеллигентом, но, как Василий Иванович, языков не знаю. Только в магазине могу двести грамм сыра спросить, а этого недостаточно, чтобы культурный разговор произвести, как мы с вами сейчас разговариваем,— ни по-английски, ни по-немецки, ни по-французски. Борис Акунин тянет, а я нет.

Кроме шуток — не смогу ответить на этот вопрос. Та русская культура, в которой я воспитана, которая и есть моя родина, собирается стать «российской». Несомненно, что за годы советской власти народилась чрезвычайно интересная литература, созданная людьми не русскими: имена их всем известны — абхаз, кореец, казах, про евреев не говорю, они давно в русской литературе прописаны. Можно сказать про них, что они «российские».

Мне лично это совершенно все равно, я даже не возражаю, когда меня приписывают к «женской литературе». Однако сам процесс формирования, кристаллизации нации занимает не одно столетие, и никто не может сказать, есть ли у нашей страны такой запас исторического времени, чтобы русские стали россиянами. Чисто лингвистически «русские» мне больше нравится, чем «российские». Вообще же, сам вопрос имеет какой-то схоластический характер.

Кто хочет полностью прочесть, это здесь:
http://vozduh.afisha.ru/books/intelligenciya-zakonchilas-kak-istoricheskoe-yavlenie-intervyu-lyudmily-ulickoy/

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 14 comments