dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

Предчувствие меня не обмануло.


Вот таким был дедушка автора.


А вот это сам автор. Похож ведь, и очки круглые.

Я как чувствовал, что есть какая-то связь между рок-поэтом Лехой Никоновым, о котором я писал третьего дня и доцентом-филологом Андреем Аствацатуровым, про которого я написал день спустя.
И предчувствие меня не обмануло. Андрей, оказывается, хорошо знает Леху и пишет на нем на страницах своей книжки. Той самой, которую по самому заявлению Андрея читать не стоит, как и все остальные книжки, но которую я не без удовольствия дочитываю. Чтобы поделиться некоторым удовольствием с вами, я решил процитировать всю главу о Лехе. По-моему, очень интересно. Но тем, кто не может выдержать обилие ненормативной лексики, я не советую заглядыват под кат. Сам Андрей Алексеич - исключительно интеллигентный человек, он - внук академика Жирмунского и сам, нивроку, кандидат наук, доцент, и не где-нибудь, а в ЛГУ. И, я уверен, он не испытываыет особого восторга, слушая матюги друзей, но и сам себе позволяя. Но, что поделаешь. Такова нынче гуманитарная интеллигенция. Во всяком случае, такова она по Андрею Асвацатурову. Я не могу оспорить сей портрет, потому что никакого отношения к нынешней российской гуманитарной интеллигенции не имею. Мне следует доверять автору, он - имеет. А автор, насколько я понимаю, описывает то, что видит и слышит. Что касается меня, я в быту не употребляю через слово, определенный артикль бля.. Очень редко, что-то проскальзывает, но меня отдергивает жена.
Но то быт, а то - современная литература. Без ненормативной лексики, современная русская литература уже как бы не современная и не литература, а предмет музея. Такие нынче времена.

Глава называется "Музыка". Начало - на 112-й странице.
Люся - жена главного героя и автора.

Отчего-то вспоминается мне жаркое июльское утро. По моей квартире в одной футболке без штанов, щеголяя волостатыми ногами, ходит звезда отечественного панк-рока Алексей Никонов и орет:
- ЛЕЗВИЯ СТЕН, СОН, БЕССОНИЦА, ПьЯНКА, ПОЛь ГОГЕН, ГДЕ ТВОЯ ТАИТЯНКА?
Мне пора в университет. Я опаздываю. Торопливо проглатываю склизкие пельмени и запиваю их горьким растворимым кофе. Сегодня - очень ответственный день. Начало вступительных экзаменов. Я в предметной комиссии. Меня ждет страшная нервотрепка, четырехчасовое бдение в душной аудитории, бледные запуганные абитуриенты, их истеричные мамаши с идиотскими вопросами и как всегда радостный шеф.
Никонов меня задерживает.
- Никонов!- говорю я ему. - Одевайся быстрее, мне надо на экзамен!
- Погоди,- отвечает, - Я штаны куда-то задевал. Никак не найду! Не могу же я по Питеру голый ходить!
- Еще как можешь, - говорю я,- Ты же панк. А не можешь, значит хуевый из тебя панк. Сиди тогда тут и жди моего прихода. Вернусь через четыре часа. Книгу почитай. У меня, вон, смотри, Фуко есть. Ты про него спрашивал. Или иди ложись обратно спать. Приду - вместе поищем.
- Какие, в жопу, четыре часа!!! - завопил Никонов, - Мне в Выборг надо, меня там девушка ждет.
Я тяжело вздохнул и принялся вместе с ним искать его штаны.

Алексей (Леха, как он себя сам называет) Никонов появился у меня накануне. Я должен был пойти на его концерт, который проходил в каком-то шумном панковском клубе, но почему-то не смог. Вместо меня пошли Люся с Олесей. В час ночи, когда я уже собрался ложиться спать, раздался звонок. Я открыл дверь и в коридор ввалился пьяный Никонов. Люся и Олеся поддерживали его.
- Андрюха! - завопил Никонов,- Привет!
- Извини,- смущенно забормотал я. - Я тут не смог... то... се...
- Хуйня!- примирительно сказал Никонов и протянул мне аудиокассету,- Вот держи! Это наш новый альбом. Называется "Гексоген".
- Спасибо!- поблагодарил я его. - Обязательно послушаю. Завтра же.
- Не вздумай! Альбом - говно! Лучше сломай кассету и выкини ее на хуй!
- Ладно,- говорю. - Как скажешь.
- А вот, - продолжал Никонов, - подборка моих стихов. Порви их, а лучше ими подотрись!
- Обязательно.
Никонов достал пиво и уселся за стол. Я с тоской подумал о завтрашних экзаменах и полез в буфет за стаканами.
- Андрюха! - говорил мне Никонов уже минут через десять. Я - полное говно! Я раньше думал, что я - Рембо.
А теперь, понимаешь, все понял. Никакой я не Рембо, а хуй моржовый из Выборга. Пишу бездарно, играть не умею!
Ты слышал "Соломенных енотов"?
- Нет.
А ты послушай. Так вот, я - ничто по сравнению с ними! Как тебе это:
- ЛЕЗВИЯ СТЕН, СОН, БЕССОНИЦА, ПьЯНКА, ПОЛь ГОГЕН, ГДЕ ТВОЯ ТАИТЯНКА?
- Слов нет, говорю я, - это шедевр. За душу берет. Вот они уж точно, как Рембо. Все как один. Но ты мне скажи, Никонов, с какой стати Полю Гогену нужно перед кем-то отчитываться и объяснять где его... как ее... лесбиянка?
- Таитянка, блядь! - раздраженно поправил меня Никонов.
Это же пиздец, какая разница! Ты видел когда-нибудь голых таитянок на картинах Гогена...
...
С Никоновым, солистом группы "П.Т.В.П." (Последние танки в Париже), меня познакомила Люся за три года до этого. Она его хорошо знала по Выборгу. В этом городе Никонова знают решительно все. Даже на внутренней стороне выборгского замка построенного шведами в 1293 году, дрожащей рукой местного меломана выведена черным углем надпись: "П.Т.В.П. - это круто! А все остальное - хуйня!"
Мы сидели с Люсей на кухне и пили чай, когда зазвонил телефон и кто-то в трубке, пьяным голосом, шепелявя потребовал, чтобы я позвал "Люситьку". "Люситька" подошла к телефону и радостно взвизгнула:
- Леха! Это ты? Что мы сейчас делаем? Андрей! - обратилась она ко мне. - Что мы сейчас делаем?
- Ничего не делаем. Я вот лежу на диване.
- Леха! Мы ничего сейчас не делаем, радостно закричала Люся в трубку.
- Хорошо, я спрошу у Андрея.
Андрей! - тут она снова обратилась ко мне. - Леха нас на концерт приглашает. Пойдем.
- Где выступает? В Большом зале филармонии?
- Нет, - проигнорировала Люся мою иронию. - В ВМЦ. В Василеостровском молодежном центре. Леха! Мы придем!

К ВМЦ мы подъехали на такси, вызвав некоторое недоумение у молодежи возле входа. Преобладали панки.
Они громко хохотали и матерились. Увидев нас с Люсей, они почему-то смолкли и вежливо расступились.
Никонов ждал нас на втором этаже.
Люся бросилась к нему на шею, потом вспомнила про меня и сообщила Лехе:
- А это Андрей! Он литературой занимается,- сказала Люся и зачем-то добавила: - В Америке лекции читает.-
- В Америке?- переспросил Леха,- Это круто! А нас тут менты хуячат!

Потом я узнал следующее.
За неделю до описываемых событийй группа П.Т.В.П. выступала на рок-фестивале в Выборге. Леха вышел на сцену и закричал трехтысячной аудитории:
- Знаете кто мы такие!?
- Знаем, ответили ему из первых рядов полуголые зрители. - Петь начинай!
- Ни хуя вы не знаете! - вдруг обозлился Никонов. Мы - панки! Я говно жрал, чтобы доказать это.
А кто такие менты, знаете? Менты - это козлы!!! И сейчас я спою песню: "Хочу увидеть дохлого мента!"
Все радостно заорали и началась всеобщая драка. Милиционеры накинулись на Никонова и стали бить его дубинками.
- Дайте мне петь, бляди!- вопил Никонов, отбиваясь от них.
- У нас свобода слова!!!
Тем не менее, стражи порядка уволокли упирающегося Никонова со сцены и повезли его в отделение.
Там его швырнули в обезьянник. За решеткой разлеглась доставленная туда до этого выборгская наркоманка Ульяна.
- Ульяна! - закричал Никонов, увидев ее. 
Видела, как они меня? Меня! Поэта. Вот суки, бляди, менты поганые!- Никонов со злости пнул дверь.
Ульяна проснулась и уставилась на Никонова мутным, бессмысленным взглядом.
- Короче, Ульяна, ты будешь свидетелем.
Угу, ответила Ульяна и беспомощно уронила голову.

Я вспоминал эту историю пока курил и разговаривал с девушкой из деканата. Потом я выбросил сигарету и вернулся в аудиторию рассказывать студентам о Сартре.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment