dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

"Северянин и Южанин."

Так называется текст, обширную выдержку из которого я цитирую.
Полностью текст находится здесь:
http://america-xix.org.ru/library/suponitskaia-antebellum/5.html



В моей предыдущей записи у меня обнаружился оппонент, который яростно бросился доказывать, что я - кругом неправ.
Он меня забросал цитатами и продемонстрировал гораздо большую эрудированность, чем та, которой обладаю я.
Несмотря на его действительно уникальную эрудицию по теме, которую мы обсуждали, я все-таки остаюсь при своем мнении, его цитаты меня только лишь убедили, что действительность была сложнее черно-белой оценки ситуации. Кстати, о "белой", для меня армия Конфедератов, это аналог Добровольческой Белой Армии времен Гражданской Войны в России.
Я - на стороне Корнилова и героев "Ледового Похода", а не банд Буденного и Котовского.
Поэтому для меня не было сомнений, чью сторону выбирать в своих предпочтениях.
Всю нашу дискуссию, где я конечно только оборонялся, он был в роли нападающего, можете взглянуть, начиная с этого комментария:
http://dandorfman.livejournal.com/559386.html?thread=9019162#t9019162

Тем не менее, попробуем посмотреть интересный материал объективно показывающий тогдашний Юг.
По моему мнению - объективно. Очень может быть, что мой оппонент будет доказывать, что и это - неправда.

Автор текста, обширную выдержку из которого я цитирую, историк Гражданской Войны в США, Ирина СУПОНИЦКАЯ, ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН.


На Юге появился рыцарский культ‚ выразившийся в исключительно развитом чувстве чести и гордости, милитаризме, идеализации женщины, местном национализме. Честь определяла этические нормы южан и стояла порой выше богатства. Генерал Р. Ли заявил: «Честь и слава — это все, к чему должны стремиться мужчины». Культ чести характерен для иерархических, кастовых социальных систем, какой был рабовладельческий Юг, а потому не мог появиться на Севере, где честь означала респектабельность, поведение, связанное с коммерческой деятельностью. Расовый характер рабства сделал чувство чести присущим не только рабовладельцам-плантаторам, но всем слоям белого населения Юга.
С кодексом чести связано широкое распространение на Юге дуэли как самого быстрого средства защиты собственного достоинства‚ несмотря на ее официальное запрещение. Врачи американского президента Э. Джексона утверждали, что только в 1828 г. он участвовал чуть ли не в 100 дуэлях и конфликтах.
Другие элементы рыцарского культа — владение оружием, верховая езда, к чему приучали с детства. Милитаризм стал одной из отличительных черт культуры Юга и выразился в склонности к военному образованию. Военное дело — среди любимых занятий южан. В регионе существовало много военных колледжей, академий. Южане традиционно поставляли стране военных министров, высших офицерских чинов. Джефферсон Дэвис, президент Конфедеративных Штатов Америки, заметил в беседе с английским журналистом У. Расселлом, путешествовавшим в 1861—1862 гг. по США: «Европейцы обычно смеются над увлечением южан военными титулами. Мы — военный народ, и эта черта игнорируется... Мы — единственный народ в мире, где джентльмены идут в военную академию, даже не намереваясь потом стать профессиональными военными».
Условия расового рабства, постоянный страх белых перед восстанием черных превратили южан в военизированное общество. С шестнадцати лет все белые участвовали в патрульной службе. Один из плантаторов рассказывал, что в лесах штата Миссисипи рабовладельцы устроили тайный лагерь на случай восстания рабов. Эти же условия привели к тому‚ что насилие‚ характерное для всей Америки из-за длительной колонизации Запада (борьбы с индейцами, господства права сильного на «границе»), приобрело на Юге наибольшие размеры.
Кодексом чести объясняется покровительство женщине, приверженность семье, семейному клану, его традициям. Необходимость защиты женской чести усиливалась расовым характером американского рабства.
Впрочем, образ южной леди был скорее мифом, чем реальностью. Жена плантатора, «хозяйка большого дома», как ее называли, обычно имела широкий круг обязанностей: занималась не только семьей, домом, садом, но и рабами, лечила их, порой вела дела плантации. Рабовладение освободило белых женщин от работы в поле. Они могли уделять больше внимания семье, детям, собственному образованию. Все путешественники, побывавшие на Юге, отмечали разницу между южанкой и северянкой: первая лучше воспитана, со вкусом одета, обладает хорошими манерами, более образована.
На Юге существовали колледжи для женщин, доступные, правда, только состоятельным семьям, поскольку стоимость обучения доходила до 700 долларов в год. Гертруда Томас из богатой семьи Джорджии училась три года в Веслеянском колледже г. Мэкон. Мэри Чеснат‚ дочь юриста и конгрессмена из Южной Каролины, описавшая в дневнике события Гражданской войны, окончила французскую школу в Чарльстоне, где молодых леди обучали не только манерам, но истории, риторике‚ естественным наукам‚ а также давали знания английской, французской и немецкой литературы.
Хозяйки плантаций часто бывали настоящими рабынями в своей семье, а потому ненавидели рабство. Будучи владелицей нескольких плантаций и почти сотни рабов, Г. Томас записала в дневнике 2 января 1859 г.: «Я полагаю, что все женщины-южанки в сердце аболиционистки». Близких взглядов придерживалась М. Чеснат: «Бог простит нас, но наша система чудовищна, несправедлива и беззаконна. Подобно патриархам в старину, все наши мужчины живут в одном доме со своими женами и наложницами; мулаты, которых можно увидеть в каждой семье, похожи на белых детей. Любая леди готова рассказать вам, кто отец всех детей-мулатов в каждом доме, но ничего не скажет о собственном».
Такова жизнь губернатора Южной Каролины, а перед войной сенатора, Дж. Хэммонда, чья судьба напоминает судьбу Томаса Сатпена из романа У. Фолкнера «Авессалом, Авессалом!». Он женился по расчету на дочери богатого плантатора, встав во главе обширного владения; имел восьмерых детей, многочисленные любовные связи, содержал двух любовниц-рабынь‚ живших вместе с детьми в его доме.
Женщины на Юге обычно рано выходили замуж. Если средний возраст замужества в Новой Англии (женщин из высших слоев Бостона) составлял 25 лет, то на Юге — 18,5. Э. По женился на кузине, которой не исполнилось еще четырнадцати лет. М. Чеснат вышла замуж в семнадцать.
С изолированным сельским образом жизни связано гостеприимство южан, привязанность к месту, где родился и вырос, что стало основой южного национализма. На формирование южанина повлияли и черные, они были няньками, слугами в домах; работали на полях, используя знания и опыт своих предков из Африки. Многое в жизни южан воспринято от них (пища, фольклор, музыка).
Однако рассматривая черты южанина, нельзя забывать, что Юг всегда имел много общего со всей страной: европейское происхождение, язык, религию, культуру, в основе своей англосаксонскую, протестантскую. Южане вместе с северянами прошли исторический путь от английских колоний до независимости, вместе осваивали западные земли. Северянам и южанам равно свойственны индивидуализм, чувство личной ответственности, у них общие принципы воспитания детей.
Исследовав семьи плантаторской элиты Северной Каролины, историк Дж. Сенсер обнаружила, что южане, подобно северянам, старались приучить своих детей к бережливости, трудолюбию, самоконтролю для сопротивления вредным привычкам — пьянству, картежной игре, проституции; что они были похожи не только во взглядах на воспитание, но и в своих ценностях. Сусанна Смедис, дочь богатого плантатора из Миссисипи, владельца около пятисот рабов, вспоминала, что мать учила детей одеваться без помощи черных слуг, как было принято в других семьях. Она просила не беспокоить их по пустякам: «Они не машины, они такие же, как мы». Учила вести хозяйство: не всегда же вы будете богатыми. «Праздность — грех», — говорила мать.
Южане, как и северяне, заботились об образовании детей: сыновей отдавали в колледжи, часто на Севере; девочки обычно получали домашнее воспитание. Две трети крупных плантаторов Северной Каролины отправляли своих отпрысков в колледж. Даже мелкий рабовладелец, имевший десять рабов, Д. Хэррис хорошо понимал необходимость образования, поэтому возил своих детей в далекую школу. О сходстве воспитания северян и южан писала М. Чеснат: «Моя мама, бабушка, свекровь учились в школах Севера, они читали те же книги, что и их северные сверстницы, те же газеты, ту же Библию. У них те же взгляды на добро и зло, ... и они ненавидели рабство больше, чем миссис Стоу».

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments