dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Category:

Старые публикации. "Анти-Дмитрий или Слияние Реальностей".(Окончание)


Под кат стоит заглядывать только тем, кто слышал слово "Сетература".
Остальным это будет совершенно неинтересно.



С птичьего полёта
(реплика в сторону)

Кто-то как-то упрекнул Сетевую литературу за эклектичность, за то, что Сетевые литераторы не примыкают к обычным офф-лайновым тусовкам, каким-нибудь метафористам, концептуалистам, соц-артистам и т.д. и т.п. Нету даже обычных поколенческих разборок, где пятидесятилетние дружно ненавидят тридцатилетних и, уже вместе, ненавидят семидесятилетних. Да, это так. В Сети - всё перемешано, как по стилю, так и по возрасту. Но как убого автор этого упрёка представляет, что такое Сетевая Литература.

Сетевой литератор как бы с птичьего полёта взирает на обычную офф-лайновую мышиную возню. Ведь Сеть - это "Прекрасный Новый Мир". Именно целый мир, отдельная планета, правда, не реальная, а виртуальная.

А в целом мире, как и полагается по Книге Книг, должно быть каждой твари по паре. Есть они все на Сети, никуда не делись все эти соц-артисты, концептуалисты, куртуазные маньеристы. Но свои офф-лайновые признаки они, к нашему общему удовольствию, теряют.

Возьмём одного из последних, куртуазного маньериста Дмитрия Быкова. Дима сейчас, конечно же, Сетератор. А не какой-нибудь там маньерист. Он просто расцвел в Сетевых пенатах так, как никогда раньше не цвёл. Но никто здесь не вспоминает его досетевое мрачное прошлое. И к кому он себя причислял, или кто его причислял к себе. Сын за Отца не отвечает. Тем более, не ответственен нынешний Сетевой Герой и Лихой Рубака Быков за свое затхло-тусовочное прошлое в офф-лайне.

Там где он был отцом самого себя, Сетевого.

Я обещал привести формальные критерии, на основании которых можно отличить явление, называемое Сетевой литературой.

Сделаю это описательно, без строгих определений и специальной терминологии.

То есть, обойдёмся без дискурса и интертекстуальности. Но описательность эта не будет безграничной. Обозначим границы. Надеюсь, что они дадут возможность любому исследователю, идущему по полю, которое мы попытались разминировать, не подорваться на мине неопределённости. Начну, пожалуй.




6. Слияние виртуальных реальностей
Сетевая литература это прежде всего совокупность. Совокупность персоналий, совокупность сайтов и, наконец, непрерывный интерактивный процесс.

По-ленински скажем так:

"Персоналии" + "Среда" + "Процесс" = Сетевая литература.

Возьмём совокупность персоналий. Это люди, которые, занимаясь литературным творчеством, хотят ощущать себя не только авторами, но и персонажами этой совокупности. Они не хотят основной частью своей жизни считать скучное существование в мире, где они недостаточно успешны, красивы, молоды и умны. Ведь в среде, которую им даёт Сетевая Литература, они могут быть такими, какими им быть хочется, а не такими, какими они на самом деле являются.

Поэтому человек, приходящий на Сеть без легенды, человек, который, подобно Маяковскому, может заявить "Я поэт - тем и интересен", Сетевым литератором не является. Ему немедленно дадут понять, что стихи может писать с той или иной степенью успешности каждый второй из людей РУЛИНЕТа и сами по себе его стихи мало кого волнуют. Если он не хочет быть персонажем, а хочет быть только автором стихов, он отношения к Сетевой Литературе не имеет.

Из предыдущего прямо следует, что все без исключения участники интерактивного процесса - личности виртуальные. Даже если они подписываются своим настоящим именем. Потому что они создают на Сети образ мало похожий на свой реальный прототип.

Достаточно часто виртуальный участник Сетевого действа связан со своим прототипом вообще как Инь и Янь. Тихие и мягкие почему-то становятся громогласными хулиганами и наоборот. Скромные и застенчивые девушки ведут себя, как прожжённые стервы. И т.д. и т.п.

Следующие разрезы среды-совокупности, которую мы называем Сетевой Литературой, это собственно тексты авторов-персонажей, тексты, уже написанные и опубликованные на Сети.

Затем - интерактивный процесс. Интерактивный процесс настолько важен, что он внутри Сетевой литературы порождает отдельный её жанр.

Поэтому в дальнейшем мы будем писать об этом жанре - интерактивной литературе. Интерактивная литература сама по себе, без исходных текстов, не может существовать. Потому что интерактивная литература рождается как реакция на эти тексты.

Технология такова:

Сетевые литераторы сначала реализуют себя традиционным образом, в самих текстах, написанных ими в достаточно традиционных жанрах. А потом те же Сетевые литераторы как персонажи реализуют себя в интерактивном диалоге друг с другом. А вот диалогу этому как раз требуется Среда. Новое понятие, поэтому - с большой буквы. Среда это, прежде всего, совокупность сайтов. Один сайт ещё не есть среда Сетевой литературы. Если бы это было так, то сред было бы очень много. Но на самом деле, Среда - одна, а отдельные сайты или отдельные совокупности сайтов на одном сервере - это только подмножество общего континуума, называемого сейчас РУЛИНЕТом. Термин появился примерно полгода назад с лёгкой руки Макса Фрая. Эти отдельные подмножества РУЛИНЕТа могут быть Сетевым ЛИТО, Сетевым литературным конкурсом или Сетевым литературным журналом. Но обязательной принадлежностью любого отдельного подмножества РУЛИНЕТа является её интерактивная часть. То есть место, где и происходит интерактивное общение литераторов. Там, где они выступают как персонажи Сетевой Литературы.

Все эти виртуалы должны иметь место для реализации обязательно. Там, где такого места нет, там нет Сетевой Литературы. Потому что, исходя из нашего понимания того, что такое Сетевая Литература, нарушены минимальные требование к конкретной среде.

И мы убеждены, что сайт "Вавилон", координатор которого - наш оппонент, уважаемый Дмитрий Кузьмин, к Сетевой Литературе отношения не имеет. Там нет интерактивной составляющей.

А вот Сергей Костырко на страницах "Нового Мира" восторгается этим сайтом, как явлением Сетевой Литературы. И вызывает у меня, тем самым, неприятие, в целом, его обзоров.

Хоть он достаточно упорно хочет разобраться. Но пока этого не случилось. Ничего, надеюсь, что это трудности роста.

Эта попытка указать формальные критерии Сетевой Литературы такие недоразумения в будущем, я надеюсь, исключит.

Важно заметить, что тексты для обсуждения всё-таки должны быть текстами литературными. Или поводом для обсуждения должен быть сам автор текста.

Если в гостевой книге обсуждается Чечня или Путин, даже если это гостевая книга сугубо литературного сайта, это не явление Сетевой Литературы. Зато, если обсуждается один из персонажей-авторов, причём не обязательно, как автор данного рассказа или данного стихотворения, а, может быть даже, как негодяй, мерзавец и вампир, пьющий кровь как христианских, так и еврейских младенцев, мы это обсуждение конечно же считаем Сетевой литературой. Потому что автор на Сети, это полноценный персонаж интерактивной литературы.

Вот ещё что неожиданно выяснилось в процессе работы над этими тезисами.

Их автор считал, что интерактивная литература возможна только на Сети. И просчитался. Потому что, как честный человек, обязан признать существование текста, напечатанного в нашем любимом журнале "Новый Мир", (номер 9 за 1999 год), который полностью соответствует всем признакам интерактивной литературы. Во-первых, это диалог. Во-вторых, он тоже вёлся с применением технических средств. Правда, не на Сети, а по телефону. В-третьих, обсуждалось стихотворение. В-четвёртых, оба участника диалога вели себя, конечно же, как персонажи этого диалога, который сам по себе был более интересным явлением, чем обсуждаемое стихотворение.

Стихотворение, как и полагается в интерактивной литературе, полностью приводилось. То есть, текст обсуждаемый наличествовал. Но было оно только поводом для небольшого, но достаточно талантливого интерактивного текста. Я бы порекомендовал этот текст номинировать в разделе "Динамическая Литература" конкурса Тенета. Но не могу этого сделать, потому что он уже опубликован в офф-лайне. Сам по себе пример этого интерактивного текста без Сети смотрите здесь.

Вот такой парадокс, на Сети он всё-таки есть, потому что на Сети есть "Новый мир". Существование на Сети обычных офф-лайновых толстых журналов - это отдельная тема. Скажу только, что именно через это существование я вижу в будущем слияние Сетевой Литературы и литературы традиционной, представляемой сайтами толстых литературных журналов.

Шаги в этом направлении сделаны вовсе не Сетераторами, а офф-лайновыми критиками. В частности, членом редколлегии журнала "Новый мир" Сергеем Костырко. Он становится потихоньку одним из авторов-персонажей Сетературы и включается в диалог, как это было, когда мы с ним обменялись письмами на Анти-Тенетах.

Достаточно часто звучит мысль, что гипертекст, который технически возможен на Сети, является одним из признаков Сетевой литературы. Я так не считаю. Баловство это, а не Сетевая литература.

Более того, мне вообще не нравятся подобные эксперименты. Они мне казались и кажутся вполне спекулятивными. Рассчитанными на людей со стороны, а не на Сетевых Инсайдеров. И поэтому я с удовольствием прочёл в "Новом Мире", номер 2 за 2000 год, написанную Михаилом Бутовым убедительную критику "Хазарского Словаря" Милорада Павича. Книги, которая стала чуть ли не библией современных окололитературных тусовщиков. Он так же, как и я, считает, что подобные тексты - это спекуляция и, кроме того, они не для экрана компьютера.

Ещё одно важное отличие Сетевой литературы: независимость её существования от качества исходных текстов.

Сеть - это сборище графоманов - вот главный аргумент Кузьмина и его последователей, когда они отказывают в существовании Сетевой литературе.

Если отбросить всё то, что я определяю в этой работе, и вернуться к понятию, абсолютно для меня неприемлемому:

- Сетевая литература это литературные тексты, опубликованные только на Сети -

то можно было бы просто сказать, что на Сети, так же как и вне её, есть и графоманы, и великолепные, талантливые авторы. И последних, как и вне Сети - меньшинство.

Читатель, постоянно следящий за тем, что я пишу, знает, что, по моему мнению, Сеть опережает любое локальное образование вне Сети по уровню высококачественной поэзии. Ну а проза Сети действительно слабее, в целом, прозы, которая есть в совокупном портфеле ведущих толстых литературных журналов. Но я надеюсь, что отставание прозы от поэзии на Сети будет преодолено уже в ближайшее время. Тенета-2000, во всяком случае, это отставание сократили. Хорошей прозы необычно много.

И всё же, качество текстов, как это ни парадоксально звучит, не имеет решающего значения для существования Сетевой литературы. Поэтому главный аргумент противников её существования - засилье графоманов - вообще не работает. Более того, если меня спросят: "Должны ли редакторы Сетевых журналов и номинаторы Сетевых конкурсов отбрасывать тех авторов, уровень которых низок, слог убог, фантазия бедна и т.д. и т.п.?", - мой ответ будет: "Ни в коем случае!"

Автор-персонаж слабого текста для Сетевой литературы ценнее автора-персонажа текста гениального. Потому что, если текст не вызывает никаких споров, наступает всеобщая немота. Все восхищаются и делают это, как правило, молча. Обидно во всеуслышанье признавать, что кто-то написал действительно нетленку. Когда ты бьёшься, как рыба об лед, и ждёшь, что получится хорошо, а получается как всегда. Конечно, совсем слабый текст может тоже вызвать реакцию молчания. Когда уже ничего говорить не хочется. И всё же, Сетевой литературе нужны всякие тексты. Но все эти тексты должны вызывать не только восхищение и не только полное отторжение. Потому что на полюсах белое холодное безмолвие. Как и бывает на реальных географических полюсах.

Таким образом, совокупность-среда под названием "Сетевая Литература", да ещё с её специфическими параметрами (один из них - о качестве текстов, я изложил только что), мною определена. И, если мы ещё раз услышим от Кузьмина, что её не существует, с удовольствием скажу оппоненту: "Уважаемый Дмитрий! Надо бы для начала определиться терминологически, а потом уже что-то доказывать."

Я, во всяком случае, уже определился. И вытираю пот со лба с чувством исполненного долга. Благодарю всех авторов, которые помогли мне это сделать. Кроме самого Кузьмина, Леонида Делицына и Евгения Горного, Кирилла Куталова и Льва Пирогова, Вячеслава Курицына и Макса Фрая и многих-многих других. Хоть о "многих-многих" - вру. Пока, к сожалению, не многих. Мы все - в начале пути. Если кто-то пойдет дальше в том направлении, которое мы копаем, лично я буду очень признателен сменившему меня на тяжёлом Сетевом литпосту. Даже если сменщик меня будет ругать.

Но, ругая, предлагай своё: "Куда ж нам плыть?"

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments