dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

Свежий номер FORBES. Об Одессе. Первая публикация.


Одесский толчок

Я думаю, что никто из одесситов, где бы он ни жил, не забудет Одесский Толчок.
Эта статья в Форбсе, о сегодняшнем Толчке.


FORBES №11, НОЯБРЬ 2012

Есть ли будущее у легендарного «Седьмого километра»

58680
Андрей Заика — 1 ноября 2012
Есть ли будущее у легендарного «Седьмого километра»
Цена контейнера на «Седьмом километре» достигает $220 000
Дмитрий Докунов
Лучшие времена легендарного «Седьмого километра» остались в прошлом. Чтобы начать на нем зарабатывать, Юрию Иванющенко придется раскошелиться

В сентябре 2011 года на заседание Верховной рады впервые явился Юрий Иванющенко, получивший незадолго до этого депутатский мандат. Журналисты не упустили возможности забросать влиятельного друга президента вопросами. Правда ли, что бизнесмену, известному также под прозвищем Юра Енакиевский и контролирующему, по слухам, весь юг Украины, принадлежит знаменитый одесский рынок «Седьмой километр»?

80% контейнеров на рынке принадлежит торговцам, а не администрации
Дмитрий Докунов

«Седьмой километр» – не просто одна из крупнейших торговых площадок страны. Это местная достопримечательность, школа бизнеса для многих отечественных коммерсантов, которая за 20 лет разрослась до масштабов целого города. Рынок занимает 70 га, его торговые ряды тянутся на один‑два километра и носят незатейливые названия – Розовая, Фабричная, Заводская улица. Вместо домов – тысячи металлических контейнеров и крытые, как правило, двухэтажные павильоны, забитые всевозможными товарами. Здесь торгуют, грузят, убирают и охраняют 60 000 человек. Для сравнения: в крупнейшей украинской розничной сети Fozzy Group трудится на 33 000 человек меньше. За рынком закреплен особый отдел милиции (104 сотрудника), есть своя пожарная, медицинская службы. Имеется и собственный гимн, написанный поэтом Юрием Рыбчинским и исполненный Павлом Зибровым (оба – народные артисты Украины). В нем есть такие слова: «На «Седьмом километре», на «Седьмом километре» улыбается счастье исключительно всем».

Самая большая диаспора на рынке – китайская (примерно 2000 человек)
Дмитрий Докунов

Впрочем, при упоминании одесского рынка Иванющенко счастья не излучает. И год назад, отвечая на вопрос репортера в коридоре Верховной Рады, и в телефонном разговоре с журналистом Forbes он говорит одно и то же: «Да разве это бизнес?»

Дмитрий Докунов

Своим хозяевам в прошлом году «Седьмой километр» принес вдвое меньшую выручку, чем сопоставимый по размеру харьковский «Барабашово»: 233 млн гривен против 480 млн. Доход компании – оператора одесского базара (ООО «Промтоварный рынок») за 2011‑й возрос всего на 1%, тогда как оператор «Барабашово» увеличил выручку более чем на треть. Бизнес-партнер Иванющенко, выходец из Одесской области Иван Аврамов, в интервью Forbes в феврале этого года говорил, что «Седьмой километр» сейчас не в лучшем состоянии. После кризиса дела у рынка идут неважно, признает его директор Анатолий Берладин. «Есть небольшой прирост выручки, но по сравнению с тем, что было раньше, – увы», – жалуется он.

Дмитрий Докунов

Рынок на седьмом километре Овидиопольского шоссе был создан в конце 1980‑х. До этого главными поставщиками потребительского импорта для одесситов были экипажи судов Черноморского морского пароходства, а центром торговли заграничными товарами – толкучка на подходах к Староконному рынку.

К 1988 году этот стихийный базар сильно разросся. Продавцы оккупировали обочины улиц нескольких кварталов. Такие масштабы не могли не беспокоить городские власти. Николай Рубля, возглавлявший в конце 1980‑х управление жилищно‑коммунального хозяйства Одесского горисполкома, вспоминает, что очаг спекуляции находился на месте, где планировалось построить новый микрорайон (в итоге ничего так и не построили).

Берладин, работавший в то время замначальника областного управления МВД, рассказывает, что милиция регулярно устраивала облавы на уличных торговцев. Не помогало. «Перекупщики заранее собирали «дань» милиционерам, чтобы те не морочили голову ни себе, ни людям», – вспоминает частный предприниматель Алла Муцет, арендующая несколько торговых точек на «Седьмом километре».

На «Седьмом километре» работают 60 000 человек
Фото: Дмитрий Докунов

Дальше, по словам Берладина, события развивались следующим образом. Отцы города припомнили, что, если процесс нельзя остановить, его нужно организовать и возглавить. Строптивых уличных торговцев решили от греха подальше убрать за пределы города, предоставив им для торговли легальную площадку. С третьей попытки, в октябре 1989‑го, Одесский горисполком утвердил решение «о создании временного рынка», который передали в управление коммунальному автотранспортному предприятию (КАТП) №152801.

Фото: Дмитрий Докунов

Под торговлю выделили участок на свалке рядом с недостроенным мусоросжигательным заводом. Для цивилизованной торговли не было создано практически никаких условий, хотя первоначально горисполком планировал, что строительство рынка обойдется в 1,5 млн рублей. Как заманить продавцов и покупателей в такую дыру? Чиновники действовали по логике «не хочешь – заставим». «Утром у Староконного милиция грузила людей с товаром в автобусы и вывозила на седьмой километр, – вспоминает Берладин. – Делали так, пока торговцы не поняли, что в покое их не оставят».

Фото: Дмитрий Докунов

По соседству с новой торговой площадкой простирались поля совхоза «Авангард». Его директором был нынешний совладелец «Седьмого километра» Виктор Добрянский. Как ему удалось установить контроль над рынком? Forbes попытался выяснить это у самого Добрянского, но 76‑летний бизнесмен не захотел дать комментарии для этого материала. «Виктор Леонтьевич заболел», – объяснила замдиректора рынка по маркетингу Ирина Ткач.

Официальная история рынка, в изложении Берладина, гласит: не желая торговать на свалке, люди переместились на поле совхоза. Добрянский не стал выдворять торговцев, более того – взялся обеспечить им минимальную «инфраструктуру». Участок площадью 4 га был закатан жерствой (смесь мелкого ракушечника с глиной и известняком), на нем установили железные прилавки и забор.

Фото: Дмитрий Докунов

Торговля пошла. В хорошие дни количество посетителей достигало 30 000 человек. Учрежденная по инициа­тиве Добрянского ассоциация «Авангард» стала брать плату за вход на рынок не только с продавцов, но и с покупателей – по рублю с человека. Несмотря на неудобное месторасположение, посетители не возражали. Для эпохи тотального дефицита это был хороший маркетинговый ход: если берут деньги, значит, есть за что. В начале 1990‑х аналогичную практику на подконтрольном ему киевском рынке возле Республиканского стадиона внедрил один из богатейших столичных бизнесменов того времени Семен Юфа. Слава о «Седьмом километре» как о месте, где можно приобрести импортную «фарцу» и «контрабанду», стремительно ширилась.

Новый импульс развитию рынка придало появление класса челноков. Привезенные из Турции джинсы‑­варенки и свитера продавались на «Седьмом» с пятикратной наценкой. Больше всех зарабатывали оптовики, которым на турецких базарах делали большие скидки и даже давали товар с отсрочкой платежа. Одесский предприниматель Ольга Костенко вспоминает, как в 1992 году за одну ночь продала 20 баулов одежды из Турции и заработала на этой операции $1000. Продажи в таких объемах считались в то время крупным оптом.

С пересечением границ проблем не было. «Таможня давала добро. Договаривались быстро», – смеется Костенко. С середины 1990‑х до середины 2000‑х «Седьмой километр» развивался так же бурно, как и Одесса во второй четверти XIX века, когда город пользовался правом беспошлинного ввоза товаров.

Для отечественной легкой промышленности «Седьмой» и по сей день олицетворяет зло, разрушающее индустрию. «Объем теневого рынка товаров этой отрасли в Украине – примерно 50 млрд гривен в год, а это контрабанда и контрафактная продукция, – утверждает исполнительный директор ассоциации «Укрлегпром» Татьяна Изовит. – И значительная ее часть проходит через «Седьмой километр».

Одесские коммерсанты не останавливались на достигнутом, расширяя географию закупок: Сирия, Объединенные Арабские Эмираты, Южная Корея, Китай. Чтобы такие длинные рейсы окупали себя, нужно было возить товар уже не баулами, а контейнерами. Масштабы росли.

На первых порах «Седьмой километр» был розничным рынком, но через несколько лет сменил специа­лизацию. Торговать в розницу стали только по воскресеньям, остальные дни были зарезервированы для оптовиков.

В Одессу за крупными партиями товара потянулись торговцы с других украинских рынков – Хмельницкого, киевского Троещинского, харьковского «Барабашово», а также из Беларуси и Молдовы. Один из районов «Седьмого километра» называется «Харьковская площадка» из‑за того, что здесь традиционно закупаются харьковские оптовики.

Предприниматель Олег Марчук в первой половине 1990‑х приобретал оптом на одесском базаре бытовую химию, парфюмерию и другие товары. «На днепропетровском рынке «Металлург» они разлетались как горячие пирожки», – вспоминает он. На подъездах к «Седьмому» образовывались километровые заторы из автобусов и грузовиков из других областей.

«Есть на нашем заветном, на седьмом километре даже то, чего нету нигде», – поется в гимне рынка
Дмитрий Докунов

В конце 1993‑го «Седьмой километр» обрел юридическую оболочку: было создано ООО «Промтоварный рынок». Учредителями фирмы помимо Добрянского (с долей 34%) стали его приемная дочь Ирина Чернат (18%), Борис Мельничук и Валентин Волошин (34 и 14% соответственно). Мельничук не захотел общаться с Forbes без согласия Добрянского, с Волошиным не было связи по причине его отсутствия в Украине.

Хозяевам удалось добиться существенного расширения территории. С 1989 по 1995 год площадь рынка увеличилась с 4 до 24 га. На некоторых площадках начали торговать прямо с контейнеров. Во второй половине 1990‑х их можно было приобрести в Ильичевском порту за $600. Со свободным местом на базаре проблем пока еще не было. «Я сам тогда установил два контейнера», – говорит Берладин, который в 1997 году уволился из милиции в чине генерал‑­майора и устроился на рынок главой службы безопасности.

Дмитрий Докунов

Нынешних размеров «Седьмой километр» достиг к началу 2000‑х. Добрянский с компаньонами докупили землю обанкротившегося КАТП, другие участки. Многие торговцы, сколотив на «Седьмом» основательный капитал, стали уходить с рынка, а свои контейнеры либо продавали, либо сдавали в аренду. Спрос был очень высок. Считалось, что за три‑четыре года торговли на Розовой (самое фешенебельное место «Седьмого километра») можно стать долларовым миллионером.

В наши дни за контейнер на этой улице запрашивают $220 000. В начале нулевых стоимость была на порядок ниже. Костенко вспоминает, что когда в 2000‑м один контейнер продали за $10 000, цена казалась запредельной. «Через два года она поднялась до $30 000, и все бросились устанавливать контейнеры», – говорит предпринимательница.

Администрация спохватилась, но было уже поздно. В модель бизнеса «Седьмого километра» была заложена мина замедленного действия.

Сегодня из 20 000 торговых помещений на рынке оператору принадлежит только пятая часть. Самые привлекательные места (район улиц с «цветными» названиями) заставлены контейнерами. «Промтоварному рынку» они платят только за аренду земли: 120 гривен за 1 кв. м в месяц. Для сравнения: месячный доход собственника контейнера от сдачи его в аренду превышает 3300 гривен за 1 кв. м. На других крупных базарах страны – «Барабашово», Хмельницком все торговые помещения принадлежат не торговцам, а компании‑оператору.

Дмитрий Докунов

Берладин признает, что администрация «Седьмого километра» прозевала начало «контейнерного» бума. «С другой стороны, если бы мы запретили предпринимателям установку контейнеров раньше, рынок отстал бы в развитии», – объясняет он.

Моментом истины стал 2008‑й. «До 2008 года мы росли и вширь, и ввысь, – говорит Берладин. – Сейчас себе такого позволить не можем». По данным администрации рынка, за четыре последних года количество торговцев сократилось примерно на 25%. В 2010‑м рынок с круглосуточного режима работы (оптовикам удобно закупать товар ночью) перешел на десятичасовой. О том, что оптовая торговля приносит «Седьмому километру» все меньше доходов, говорит и тот факт, что с 2010 года количество «розничных» дней в неделю увеличили до двух. Почему не поднять арендную плату за землю? «Нет смысла. Владельцы контейнеров переложат подорожание на торговцев, а те – на покупателя. А это крах рынка», – объясняет Берладин.

Он сетует не только на недополученный доход, но и на большие расходы: внушительный зарплатный фонд (в штате «Промтоварного рынка» 1300 человек), высокие тарифы на электроэнергию и «кусающиеся» налоги (примерно 120 млн гривен в год). «Прибыль минимальна», – разводит руками он. Такого же мнения и Иванющенко. По итогам 2011‑го чистая прибыль «Промтоварного рынка» составила 23 млн гривен (у «Барабашово» – в 1,7 раза больше).

Глобальная проблема «Седьмого километра», как и других рынков, – потеря клиентуры. Часть предпринимателей, для которых одесский рынок был в 1990‑е безальтернативным поставщиком товаров, со временем сами стали импортерами, открыли свои склады и торговые сети. Другая угроза – интернет. Все большую популярность набирают сайты, на которых можно делать оптовые закупки любых товаров. Один из крупнейших подобных сервисов – 139shopping гонконгской 139 Group открывает доступ к 5000 интернет‑магазинов. Товар доставляется в любой украинский город в течение восьми дней.

Предприниматель Виталий Олефир несколько лет торговал игрушками исключительно на «Седьмом». Год назад он открыл интернет‑магазин skazkaodessa.com. Теперь раздумывает над тем, стоит ли сохранять на рынке торговое место, которое превращается в дорогостоящий склад. «База моих клиентов в последнее время больше расширяется за счет интернета, чем за счет покупателей на рынке», – признается Олефир.

Что делать? Ответ на этот вопрос знает совладелец «Седьмого километра» Иванющенко. В 2011 году британская фирма Parrox Corporation Ltd, подконтрольная ему и Аврамову, приобрела 28% в «Промтоварном рынке» (свою долю продал Волошин). Зачем влиятельным компаньонам проблемный объект? «Конкурентные преимущества рынка – размеры и возможность его дальнейшего расширения», – сообщил в письменном ответе Олег Гресь, представитель Parrox на собрании учредителей «Промтоварного рынка».

От новых совладельцев администрация ожидает в первую очередь инвестиций. Если Иванющенко и шел на «Седьмой километр» с желанием быстро заработать, сегодня он понимает, что вначале предстоит немало потратить. Не вдаваясь в детали, бизнесмен говорит, что рынок планирует отвоевать утраченные позиции за счет перехода на современные форматы торговли. «В ближайшее время приступим к сооружению торгово‑развлекательного центра совместно с одной французской компанией», – сообщает депутат. В письме его помощника сказано и о строительстве удобного крытого автовокзала, дополнительных стоянок, офисов.

Перед глазами хозяев «Седьмого» – пример других рынков: «Барабашово», киевского вещевого «Дарынка», которые уже облагородили часть своей территории. Правда, повторить их успех будет непросто. Эти площадки находятся в черте города, до них легко добраться на метро, а «Седьмой километр» – он и есть седьмой километр.

В письме подчиненный могущественного бизнесмена отмечает еще одно препятствие для развития: «Нам, как и другим рынкам Украины, мешает таможенное законодательство».

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments