dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Category:

Китай в 15-м веке (Аннушкин доклад для клуба)


Великая китайская стена в ее современном виде — дело рук династии Мин



Первые укрепления, защищающие от набегов кочевников с севера, в Китае строили еще до нашей эры. А Великая китайская стена в ее нынешнем виде появилась именно при династии Мин. Сегодня — это самое протяженное сооружение на планете (более 21000 км), но 500 лет назад стена была даже длиннее (при следующих правителях ее изрядно запустили). Громадные каменные блоки, из которых состоит стена, скрепляли рисовой кашей. До сих пор держится!
</span>


Во времена Мин в архитектуре ценили масштаб, поэтому построенный в Пекине дворцовый комплекс известный как Запретный город тоже стал (и остается до сих пор) самым большим в мире.
Более того, многие технологические решения заметно опережали свое время. Скажем, когда в России только родился Иван III, в пекинском дворце уже возводили полы с подогревом.
Искусство фарфора развивалось в Китае тысячи лет, но, вероятно, именно в Минский период достигло зенита. Крупнейшее производство было учреждено еще при первых императорах династии, которые вместе с придворными и были главными ценителями и потребителями фарфоровой продукции.


На традиционных бело-синих вазах с подглазурной краской император лично ставил свою печать.
Сейчас лучшие образцы уходят на аукционах за миллионы долларов — рекорд пока держится на отметке $21,6 млн за предмет. Больше коллекционеры платят только за чудом сохранившиеся образцы китайской керамики 1000-летней давности.

Поскольку при Мин страна быстро включилась в мировую торговлю, китайский фарфор стал вожделенным предметом роскоши во всей Европе, а его стиль напрямую повлиял и на традиционную голландскую керамику, а позже, например, и на гжельские промыслы.

Кроме сине-белого фарфора появился еще и фарфор из Дэхуа — молочно-белый, который во всем мире знают как blanc de chine («белый китайский»).


Лучшие образцы — это фигурки мифологических персонажей, небольшие чайники, а также чернильницы.
В эпоху Мин среди аристократии возрождается интерес к древним литературным канонам, но появляются и новые жанры, например, полноценный роман.
Кроме того, в Минские времена возобновляется интерес к каллиграфии.
Время династии Мин — это период невероятного подъема культуры и экономики. В 1405 году начались первые экспедиции в Западный Океан, — так китайские мореплаватели достигли Индии, Персидского залива и Африки (по некоторым данным, они побывали на территории современной Кении и у берегов Танзании и Мозамбика). Посланники старались убедить население этих территорий признать китайского императора как своего господина и собрать дань.

Но при этом элита империи оставалась очень консервативной и опиралась на традиции. Например, при династии Мин в Китае начали печатать бумажные деньги, но в какой-то момент их упразднили, снова заменив на архаичные монеты.
Даже китайскую кухню придумали при династии Мин

О Китае 14 века у нас был доклад. Я немного напомню.

В первой половине XIV века Китай был под властью монголов — потомков Чингисхана — и входил в их империю Юань. Ханьцы, то есть этнические китайцы, составляли абсолютное большинство населения, но были серьезно ограничены в правах.
После окончательного завоевания Китая и присоединения к империи провинции Юньнань были еще попытки распространить монгольское правление дальше, на Восточную Азию, однако они не увенчались успехом.
К середине XIV в. империя Юань пришла в полный упадок. Политика властей разрушительно действовала на жизнь города и деревни. К тому же разразившиеся стихийные бедствия — разливы рек, изменение русла Хуанхэ, затопление обширных равнин — сокращали посевные площади и вели к разорению земледельцев. Городские рынки опустели, мастерские и лавки ремесленников закрылись.
Казна компенсировала сокращение натуральных поступлений выпусками новых бумажных денег, что в свою очередь вело к банкротству ремесленников, торговых компаний и ростовщиков.
Обстановка в стране чрезвычайно накалилась.
В 30-х гг. XIV в. крестьяне повсеместно брались за оружие. Их поддерживали горожане.


Тайное буддийское «Общество Белого лотоса» призывало к борьбе с захватчиками и формировало «красные войска» .
В 1351 г., когда на строительство дамб на Хуанхэ власти согнали тысячи крестьян, восстание приняло массовый характер.


В 1355 г. командование войском принял на себя Чжу Юаньчжан — сын крестьянина, в прошлом бродячий монах.
Он сразу выделился благодаря личным качествам и благодаря тому, что он был относительно грамотен. Не все вожди восставших могли этим похвастать. И еще. Сумел завоевать расположение одного из предводителей, в 1355-м Чжу Юаньчжан примет на себя командование его войсками.
В 1356-м войска Чжу Юаньчжана переправились через Янцзы и взяли Наньцзин, или Нанкин, и этот город стал его столицей.
23 января 1368 года он провозглашает себя сам основателем новой династии, называет ее Мин что значит «светлая».
Со столицей в Наньцзине, или Нанкине.

А теперь порейдем в 15 век.

В соответствии с указами о престолонаследии, составленными Чжу Юаньчжаном , трон должен был переходить к старшему сыну от старшей жены, а в случае его смерти — к внуку правителя. В 1402 г. в ходе быстротечной гражданской войны этот внук был свергнут с престола своим дядей Чжу Ди.


Пришедший к власти император Юн Лэ (1403-1424) оказался вторым и последним после основателя династии по-настоящему сильным ее правителем. При нем минский Китай достиг процветания и могущества, расширились международные связи и произошло усиление международного влияния китайской империи в Индокитае и Юго-Восточной Азии. Еще одним важным по своим политическим последствиям деянием императора было решение о переносе столицы империи из Нанкина в Пекин (1421).
Именно во время его правления были отправлены морские экспедиции в южные моря и в Африку. Именно он построил Пекин в его нынешнем виде, причем сделал это внутри старых городских стен. Зафиксировано, что император дал подрядчикам восемьдесят лет, чтобы построить дворцовый комплекс, Запретный город. Они выполнили работу за пять лет, наняв для этого миллион человек.
За период правления Юн-лэ земледелие в Китае достигло новых высот, чему способствовали методы ирригации, заимствованные во Вьетнаме, а также использование новых сельскохозяйственных культур, таких, как сладкий картофель и арахис. За счет этого китайская деревня оказывалась способной прокормить все увеличивавшееся население империи.
В городах сосредоточивалась значительная часть населения империи, а по количеству жителей они намного превосходили самые крупные городские центры тогдашней Европы. В XV в. население Пекина составляло около 1 млн. человек, а Нанкина превосходило 1 млн. человек. В этот период шел интенсивный процесс превращения деревень с развитым ремеслом и торговлей в новые городские центры, которые лишь в редких случаях приобретали статус городов. Зато коммерция здесь могла развиваться более свободно, поскольку отсутствовал пристальный контроль со стороны правительственной администрации. В городах же положение ремесленников и в особенности торговцев мало изменилось по сравнению с временами правлений прежних династий. Городское население облагалось налогами и повинностями в пользу казны, а сами ремесленники могли привлекаться к отработкам на казенных предприятиях. По-прежнему отсутствовали гарантии не только собственности, но и личной свободы.
Наибольшего развития в этот период достигло шелкоткачество, хлопкоткачество, красильное дело, производство керамики, фарфора и бумаги, книгопечатание. Крупнейшим центром производства фарфора стал Цзиндэчжэнь (пров. Цзянси), изделия которого высоко ценились на Востоке и в Европе.
Это было о мире, а теперь немного о войне.


Монгольские походы Юн-лэ 1410-1424 годов.

Правление Юн-лэ началось с попыток дипломатическим путем укрепить оборону империи на северных рубежах. С 1403 г. были направлены послы в города Восточного Туркестана. Одновременно были предприняты шаги по укреплению отношений с Кореей. Было проведено разграничение на основании старых территориальных претензий Китая. В 1405-1406 годах Юн-лэ предпринял ряд мер по укреплению обороноспособности Китая на крайнем
Западе, где ожидалось вторжение войск Тимура.
Однако Тимур выделил для похода всего лишь 20 тысяч воинов, что делало его замыслы более похожими на обычный грабительский набег, а не на серьезный план по восстановлению власти монгольской династии над Китаем. Поэтому размах китайских военных приготовлений был невелик.
В 1408 г. Юн-лэ потребовал от монголов признать вассалитет от империи Мин. Монголы убили послов и в следующем году китайцы послали карательную экспедицию в Монголию. Однако хан Бунияшири разгромил карателей и стал готовиться к отражению следующего китайского похода.


В 1410 г. китайцы предприняли первый из серии походов в Монголию, задуманных императором Юн-лэ в качестве меры по приведению монголов к покорности. Монголы встретились с китайцами у реки Онон и потерпели в битве тяжелое поражение. Хан бежал , и Монголия осталась без верховного
правителя. Но китайцам не удалось воспользоваться ситуацией – следующий поход состоялся лишь в 1414 г. Монголы окружили войска императора, но были встречены плотным огнем из огнестрельного оружия и вновь были разбиты.

По всей видимости, китайские войска в походе опирались на вагенбурги (укрепления из боевых повозок ), что позволяло им быстро перейти из походного в боевое положение.

Изображение китайских вагенбургов я не нашла, но можно посмотреть, как выглядели европейские

Боевые походы 1422 и 1423 годов имели лишь тактический успех. Выступив летом 1424 г. в поход против монголов Юн-лэ не смог завершить своего начинания – 12 августа 1424 г. он умер в своей походной ставке. Войска были
отведены обратно. Период активных действий империи Мин против монголов был завершен. Угроза
национальной независимости Китая со стороны Монголии была ликвидирована.

Династия Мин превратила Маньчжурию (вплоть до Мукдена на севере) в свою провинцию и включила ее в состав империи. Все еще слабые племена маньчжуров были разобщены и считались подданными династии Мин. Поражение монголов поставило точку в долгом и медленном процессе изменения баланса сил между Китаем и кочевыми народами монгольской степи. Частично причина этого лежала в составе населения. В Китайской империи проживало по меньшей мере 100 млн человек. Население же монгольской степи, ограниченное скудной природой и патриархальной экономикой своей страны, не превышало 10 млн человек – кстати, именно столько человек живет сегодня в Монголии.

Когда Юн-лэ умер, династия Мин, начавшая свое существование с завоевания севера и изгнания монголов , уже правила пятьдесят шесть лет. После смерти первого императора ей предстояло просуществовать еще более двухсот лет.

Династии Мин не повезло: правления нескольких царей этой династии были непродолжительными и не очень удачными. Наследник Юн-лэ умер через десять месяцев после восшествия на престол; его сын (и внук Юн-лэ) правил всего лишь десять лет. Таким образом, через несколько лет после смерти великого Юн-лэ на троне оказался его праправнук, мальчик восьми лет от роду, император Чжэн Тун.
Пока он был маленьким, империей управляла его мать-регентша.


В 1443 году Чжэн Тун достиг совершеннолетия и встал во главе страны. Он целиком и полностью доверял своим слугам-льстецам и особо выделял одного из них, Ван Цзиня.

В 1449 году, когда молодой император находился у власти уже семь лет, Ван Цзинь убедил его покинуть Пекин и отправиться в военный поход, чтобы наказать непокорного монгольского правителя, который частенько совершал набеги на границу. Но эти набеги не представляли собой серьезной опасности, и любой мало-мальски способный генерал справился бы с этой задачей. Настоящей целью Ван Цзиня было заставить императора отправиться в свои родные места, округ Хуайлай, который находился за Великой Китайской стеной. Это могло бы укрепить влияние императорской семьи в этом регионе. Император не только согласился ехать туда, но и необдуманно назначил Ван Цзиня главнокомандующим своей армией, хотя тот не имел никакого опыта в военном деле.

Старые генералы почувствовали себя оскорбленными; они просто не оказывали новому главнокомандующему помощи, и он в результате наделал роковых ошибок. Проиграв кампанию, он решил отступить, но отложить отступление, так как хотел отвезти императора на свою родину. Таким образом, создалась ситуация, когда монголы легко окружили китайскую армию и тем самым лишили ее доступа к воде и продовольствию. Монголы одержали полную победу, убив Ван Цзиня и лучших офицеров китайской армии и захватив в плен самого императора.

Пока что это была лишь крупная неприятность, но не катастрофа. На защиту столицы прибыло подкрепление, и на трон взошел младший брат императора. Таким образом, монгольский хан увидел, что его пленник не представляет собой никакой ценности. Чжэн Тун обладал располагающим к себе характером, и он скоро завел себе множество друзей и сторонников среди монголов. Когда его младший брат, правивший под именем Дай-цзун, был на троне уже восемь лет, заболел, министры добились освобождения Чжэн Туна и восстановили его на престоле, не дожидаясь смерти императора. Он правил еще семь лет, но уже под именем Тянь-шунь, что означает «согласный с волей Небес». Возможно, эти слова очень точно отражали его жизнь.

Мореплавание и внешняя политика.

Минский период ознаменовался новыми успехами в области кораблестроения. Строились четырехпалубные суда, способные совершать плавания на многие тысячи километров вдали от берегов Китая. XV—XVI вв. были временем расцвета строительного дела. Именно к минскому периоду относится сохранившаяся традиционная застройка современных китайских городов.
В это же время были созданы дворцы, храмы на могилах минских императоров, продолжено строительство императорского дворца в Пекине, достроена и частично реставрирована Великая стена.

Первая половина правления минской династии была отмечена энергичной внешней политикой, свидетельствовавшей о том, что китайская держава стремится утвердить себя как истинный центр мировой цивилизации, не ограничиваясь той ее частью, которая традиционно была объектом китайской экспансии. Именно в этот период окончательно сложилась и укрепилась внешнеполитическая доктрина китайской империи, в рамках которой весь окружающий мир рассматривался как варварская периферия, с которой возможны лишь вассальные отношения.
Несомненно, одним из наиболее любопытных феноменов внешней политики Китая в минский период были активные попытки расширения влияния в регионах, которые традиционно не считались сферой интересов Китая.


В период между 1405 и 1433 гг. было организовано семь экспедиций в страны Юго-Восточной и Южной Азии. Перед ними были поставлены широкие задачи: осуществление географических открытий, изучение дальних стран, установление политических контактов и возможное включение этих государств в сферу влияния китайской империи.


Во главе флотилий был поставлен Чжэн Хэ, евнух, придерживавшийся исламского вероисповедания. С его именем связаны уникальные результаты, достигнутые во время этих плаваний.
В чрезвычайно дорогостоящих экспедициях участвовали десятки судов, на бортах которых насчитывалось около 30 тыс. человек; среди них были моряки, солдаты, ученые. Непосредственным мотивом, приведшим к организации первой экспедиции явилось стремление китайских властей найти возможных союзников в борьбе против Тамерлана, готовившего, как это было известно, широкомасштабное вторжение в Китай. Впоследствии к этому добавилось и стремление установить гегемонию Срединной империи в регионе Юго-Восточной Азии, наладить связи с китайскими общинами, к этому времени уже сложившимися здесь, расширить представления о сопредельных с Китаем государствах.
В этом смысле наибольший интерес для китайских политиков и мореходов представляли Малайя, Суматра, Ява и Филиппины. Однако китайским кораблям удалось не только достигнуть берегов государств Юго-Восточной Азии, но и продвинуться дальше на Запад, к берегам Индии, Цейлона, Персидского залива и даже доплыть до восточного побережья Африки.

Экспедиции под командованием Чжэн Хэ продемонстрировали способность китайской державы не только распространять свое влияние на сопредельные народы, имевшие сухопутные границы с империей, но и организовывать длительные морские экспедиции на огромные для той эпохи расстояния. Это также свидетельствовало о достигнутом уровне развития империи, ее экономических ресурсах. Тем не менее в 40-е гг. XV в. минское правительство приходит к решению прекратить активную внешнеполитическую деятельность в регионах, находившихся вне сферы традиционного китайского влияния.
Это было продиктовано двумя факторами: истощением ресурсов и возрождением опасности, исходившей от кочевых народов, угрожавших границам с северо-запада. Более того, прекращение активной внешней политики в южном направлении сопровождалось, по сути дела, закрытием страны. В 1446 г. из Китая были высланы послы дальних государств, а в 1552 г. было принято решение отозвать весь флот к китайским берегам и прекратить строительство крупнотоннажных судов.

Период с конца XV века до первой половины XVI века был периодом мира и процветания Китая. Имена императоров, которые правили в это время – Чжэн Хуа, Хун Чжи, Чжэн Дэ и Чжи Цин, – хорошо известны, но не потому, что они были прекрасными руководителями, а потому, что их императорские имена остались на фарфоре Мин, который производился на императорских заводах во время их правления. Это также был век, когда возник и быстро приобрел популярность новый литературный жанр – роман. Драматические события, сопутствовавшие основанию и падению династии Мин, разделены более чем четырьмя веками. Это была очень долгая эпоха, в течение которой власть императора по большей части уважалась и была вполне эффективной, продолжалось развитие культуры, росло благосостояние народа и всей империи в целом. Эпоха династии Мин не была, как об этом часто говорят, периодом культурной стагнации, началом заката китайской цивилизации, хотя в конце правления Мин Китай начал уступать Европе в развитии техники. Европейский Ренессанс по времени совпал с серединой правления династии Мин; начало периода расцвета науки в середине XVII века, напротив, совпало с закатом династии Мин. Можно с уверенностью говорить о том, что хотя династия Мин безусловно восстановила китайскую культурную традицию и всячески стремилась развивать ее, она тем не менее не изменила ее. Ни жадность, ни страх никак не могли подвигнуть правящий класс на то, чтобы подвергнуть сомнению верность и целесообразность вековых традиций, устои и положение классического образования.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments