dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

Новый текст Игоря. Начало

https://kstati.net/kakoe-vremya-takie-i-proroki/
Какое время, такие и пророки



Старая доктрина, что проблема расизма будет решена, если все люди будут относиться друг к другу с одинаковым уважением и равными требованиями, отныне сама становится расизмом, она незаконна. Новая доктрина переворачивает старые представления. Лозунг “Все жизни важны” становится враждебным и расистским.

Posted By: Игорь Юдович August 16, 2020

В наше интересное время достаточно неожиданно в очередной раз в американской истории общество вернулось к дискуссии о расовых отношениях. “Неожиданно и в очередной раз” плохо согласуется друг с другом и требует объяснения.



Прежде всего, речь не идет о весьма актуальных анти-азиатских, законодательно утвержденных дискриминационных отношениях в конце 19-начале 20 века. Эти противоречия давно преодолены и все анти китайские законы отменены. Как ничего не осталось от когда-то весьма серьезных анти-еврейских ограничений, правда, никогда не оформленных законодательно. Или о, пожалуй, не менее серьезных анти католических, приведших к настоящим погромам в 19 веке. Не говорят сегодня и о серьезных анти-иммигрантских настроениях 20 века — особенно в довоенное время, в отношении испаноговорящих легальных и нелегальных иммигрантов. Сегодня американское общество однозначно преодолело все перечисленные противоречия и ограничения, и для абсолютного большинства американцев, скажем, анти китайский закон 1882 года не более, чем исторический курьез. Другое дело взаимные претензии белых и черных американцев.


Я не буду вдаваться в подробности, но первый раз эти претензии могли привести к развалу американской государственности — вернее, в то время к не созданию государства — во время конституционной дискуссии 1787 года. Принципиально разный взгляд на рабство северных и южных штатов потребовал неудобного для всех морально тяжелого компромисса, по которому из определенных практических соображений один раб засчитывался за 3/5 белого человека и ввоз рабов должен был полностью прекращен через 20 лет, в 1807 году. Предполагалось, в основном, конечно, северными штатами, что рабство после этого умрет естественной эволюционной смертью еще и потому, что в 1787 году стоимость и годовые затраты на одного раба существенно превышали стоимость затрат на одного свободного работника. На конституционной Конвенции была достигнута договоренность не упоминать и не дискутировать проблему рабства в течение 20 лет, но она неожиданно не сработала. Уже во время первого Конгресса и президентства Вашингтона, в 1790 году, Бенджамин Франклин и делегация Пенсильвании неожиданно подняли этот вопрос в Конгрессе. Разборки 1790 года только чудом не закончились развалом государства на две части. После этого уже в 19 веке последовали еще 3-4 государственных кризиса из-за вопроса рабства, каждый из которых приводил к тяжелому компромиссу, которым были недовольны обе стороны. Напряжение в обществе нарастало и наконец в 1861 грянула самая кровопролитная в истории США гражданская война, закончившаяся формальной отменой рабства. 13-я, 14-я и 15-я Поправки к Конституции (1865-1870) законодательно утвердили равноправие всех граждан, в том числе и избирательное равноправие. То, что наступило после и вплоть до 1954 года было неоднозначно, сопровождалось достаточно дикими расистскими законами и практикой — практически всегда только на Юге, расценивается и объясняется каждой стороной по-разному, но в общем и целом чернокожие американцы получали все больше реальных прав и все больше при желании и при определенных усилиях вписывались в саму живую ткань американского общества. Конечно, в разных частях страны дела обстояли по-разному и, конечно, на Севере и Западе процесс интеграции заметно отличался в лучшую сторону. Но решающие изменения по всей территории страны наконец произошли после решения Верховного суда в 1954 году, отменившего “Законы Кроу” с их принципом “разделен, но равен”, “Гражданского закона” 1964 года, “Закона о голосовании” 1965 года и “Закона о справедливом жилье” 1968 года. Многочисленные антисегрегационные и антирасистские законы и решения ВС 1960-1990 годов придали дополнительный импульс для интеграции темнокожих американских граждан в плодотворную социальную и экономическую жизнь страны. В середине 1970-х законодатели и ВС в своих решениях пошли даже дальше и в порядке позитивной дискриминации утвердили ряд законов, известных под общим названием Affirmative actions, которые дают определенные преимущества при приеме на работу и в системе образования группам населения, отнесенным к меньшинствам.


Но что-то вновь явно не сработало, и на сегодня, к сожалению, возможно большинство и белых и черных американцев отчетливо воспринимают себя отдельными частями общества. Весной 2020 года на фоне эпидемии коронавируса и связанного с ней роста безработицы и отвратительного состояния экономики, на фоне невиданного ранее политического разделения общества и анархии радикализма в больших городах, после смерти в Миннеаполисе чернокожего нарушителя закона — по мнению многих по вине белого полицейского, в ряде городов начались восстания чернокожих американцев.

Это далеко не первые восстания подобного типа в недавней истории. Подобное, в еще больших масштабах и с большим количеством жертв, происходило в 1967-69 годах, а также совсем недавно в 1990-х. Тем не менее, различие подхода между тогда и сейчас к противостоянию двух общин во многом другое со стороны “белых” и принципиально другое со стороны “черных”.

С “белой” стороны мы впервые видим практически общеамериканское — во всяком случае, подавляющее в среде образованных американцев приверженцев Демократической партии — стремление взять на себя всю вину за неудачу или невозможность интеграции “черной” стороны в доминирующую американскую экономическую и социальную повестку дня. “Белая” сторона, которая еще в 1960-е ввела понятие и частично признала существование “системного расизма” по отношению к “черной” стороне, впервые в истории страны взяла на себя всю вину в его историческом существовании, вплоть до поддержки ничем не обоснованных мифов и вымаливания прощения и коленопреклонения перед любой группой темнокожих американцев. Как способ устранения базы “системного расизма” (я не рассматриваю убедительность или юридическую точность этого термина) “белая” сторона предлагает и согласна на многочисленные новые социальные, экономические и политические действия, которые помогут сгладить непростые взаимоотношения и существенно помочь “черной” стороне в достижении паритета в развитии с “белой” стороной.


К этим практическим действиям прежде всего относится полуофициальная система квот при приеме на работу и в университеты, существенное увеличение экономической помощи на строительство и улучшения условий жизни в местах концентрированного проживания меньшинств, упрощенная и льготная система получения займов для покупки жилья, существенное увеличение денежных вливаний в школьно-образовательную систему в больших городах, новые образовательные этнические программы с упором на историю расизма и успехи меньшинств в американском обществе, криминально-юридическая реформа и прочее.

То есть, по существу “белая” сторона предлагает более ясные и более эффективные меры в том же двухсот пятидесяти летнем эволюционном движении к полной интеграции и равенству двух общин. Включая возможную выплату репараций за трагедию рабства. “Белая” сторона совершенно искренне уверена, что ее усилия совпадают с желаниями и стремлениями “черной” стороны. Но похоже, что это не так. Поэтому гораздо интереснее и принципиально более важно рассмотреть новое представление о “системном расизме” и движению по его ликвидации с другой стороны. Именно это и будет темой данной статьи.

-2-

В борьбе черной общины против расизма в 1960-70 годы было несколько запомнившихся лидеров, что говорит о том, что само движение, конечно, не было монолитным. Достаточно вспомнить радикализм “Черных пантер”, Малькольма Х (в ранней политической жизни), старого BLM (Black Liberation Movement), BLA (Black Liberation Army), Black Power (о котором позже более подробно) и нескольких других помельче. Все они находились на далеких левом и правом флангах, но центр с многомиллионной поддержкой черного населения принадлежал миролюбивым, относительно законопослушным движениям, прежде всего последователям Мартина Лютера Кинга. В свою очередь, МЛК и активисты его времени продолжали в основном миролюбивую традицию ранних негритянских активистов W.E.B. Du Bois, P. Robeson, C. Jones и других, но к 60-м годам очищенную от коммунистических идеалов активистов предыдущего поколения. Их идеалом и стремлением было именно равноправие, слияние в американском плавильном котле с другими расами, согласие и предпочтение цвето-не-различимого общества. “Мы должны научиться жить вместе, как братья, или погибнем вместе, как глупцы (fools)” (МЛК). То есть еще раз подчеркну — “мейнстрим” руководителей протестных движений черного общества вел борьбу за интеграцию в доминирующую общеамериканскую белую культуру и реальное равенство всех рас.

Активисты и лидеры движения протестов наших дней видят цель своей борьбы в другом.

Кстати, а кто они?

Вряд ли представители белой Америки легко назовут имена идеологических лидеров нового движения, очень условно объединяемого лозунгом и движением BLM — “Черные жизни важны”. Впрочем, одно имя у всех на слуху… но оно принадлежит белой женщине, рассматривает проблему с белой стороны и уже по этим причинам не имеет никакого влияния на черной стороне. Речь, конечно, идет о Робин ДиАнджело и ее нашумевшей книге “Хрупкость белых”. Должен сказать, что с переводом названия “White Fragility” не все просто. Полный перевод одного “простого” английского слова Fragility будет весьма длинным: “дискомфорт и защита со стороны белого человека, когда он сталкивается с информацией о расовом неравенстве и несправедливости”. Обсуждению этой, на мой взгляд, пустой книги и ничем не привлекательной личности автора уделено настолько много времени в современных СМО, что поневоле закрадывается подозрение, что самой шумихой вокруг имени и книги Робин ДиАнджело пытаются скрыть что-то более серьезное.

Потому что, если вы спросите о лидере движения черных у любого образованного черного американца, то вам назовут имя совсем другого человека, действительно популярного и реального идеолога сегодняшнего движения черных “против расизма” белых. Его имя — Ибрам Кенди (Ibram X. Kendi), а книга, выражающая современный взгляд на решение проблемы расизма, называется “How to be Antiracist”, которая является продолжением книги “Stamped from the Beginning”. Обе книги являются бестселлерами и последняя из них на глазах приобретает статус нового Евангелия.


Книга И. Кенди “Как быть антирасистом” (издана в августе 2019)

Дорогой читатель, поскольку в интересах автора поддерживать интерес к им написанному, то по секрету сообщу, что “бомба”, связанная с его именем, будет в самом конце моего повествования. А пока продолжим. И прежде чем вернуться к Ибраму Кенди расскажем кое-что о кафедрах по изучению истории, культуры, социологии, политики черного меньшинства в американских университетах, где и происходило образование и воспитание Кенди.

-3-

Первым общеамериканским “академиком” в вопросе изучения истории черного общества в США, возможно, был W.E.B. Du Bois с книгой “The Suppression of the African Trade to the United State of America” (1896 год). После этого, в начале-середине 20 века вопросами и проблемами жизни черной общины занимались в основном белые “академики” — Аптекер, Гершовиц и другие с похожими фамилиями. В 1960-е на волне расовых протестов в штатном университете Сан-Франциско произошла пятимесячная сидячая забастовка черных студентов, после чего в феврале 1968 года социолог Натан Харе (Nathan Hare) по просьбе руководства университета разработал первую в США университетскую концептуальную программу изучения только черной общины — ее истории, культуры, экономики, политических движений и прочее, и под эту программу впервые в стране в СФ университете была открыта отдельная кафедра (Department of Black Studies). Новая программа по инициативе Харе была названа “этнической” («ethnic studies»).

Личность Натана Харе весьма примечательная. Обладатель двух докторских степеней (в психологии и в клинической психологии) был одним из важных деятелей, пожалуй, самого известного и самого массового “революционного” радикально-националистического движения 1960-70-х — Black Power. Это движение пережило определенную эволюцию, но в общем оно было только немного ближе к центру, чем криминальное движение “Черные пантеры”. Список известных черных активистов, принадлежащих к этому движению, займет слишком много места, но в различные годы к нему принадлежали Нина Симон, Роза Паркс, Майя Ангелоу, Смокли Кармайкл (именно он дал название движению, как в то же время он изобрел термин “системный расизм”). “Черная Сила”, памятная нам по поднятому кулаку чернокожих спортсменов на олимпийском пьедестале Мехико Сити в 1968 году, была идеологически смешанным движением, но в общем противопоставляла себя главенствующему движению Мартина Лютера Кинга, выступала за расовую сегрегацию и проповедовала расовое превосходство чернокожих. Именно по приглашению Харе весной 1967 года в университете Howard, государственном “исторически” черном университете, выступил перед 4 тысячами студентов со своей знаменитой речью «Black Is Best» сам Мухаммед Али.

Но по размаху и по влиянию в 60-70-е все радикальные и полурадикальные движения значительно уступали миролюбивым движениям “центра”. Во многом, как сегодня становится ясно, они просто опередили свое время.

Вскоре подобные кафедры начали создавать и в других университетах, прежде всего в калифорнийских. Самой важной и наиболее известной в дальнейшем стала программа и кафедра Берклийского университета, созданная в январе 1969 г. на базе той же концептуальной работы Натана Харе. В том же 69-м была создана аналогичная кафедра в Стэнфорде (Program in African and Afro-American Studies). После этого волна создания отдельных этнических кафедр в американских университетах прокатилась по стране. На сегодня, согласно неполному списку из ВИКИ, в США подобные кафедры существуют в 77 крупных университетах, в 68 университетах существуют программы для получения докторской степени в Afro-American Studies. К услугам академической науки в этой области издается 20 специализированных журналов. Интересно, и практически забыто сегодня, что частью давления и программы Afro-American Student Union в создании отдельных кафедр в университетах было и то, что преподавать на этих кафедрах должны только черные преподаватели. Но в то время их просто неоткуда было взять. Так например, количество темнокожих студентов в Берклийском университете в 68 году было чуть выше одного процента. Но в том же году университет основал, очевидно, первую в стране программу по льготному приему “цветных” студентов, и через два года в университете уже училось 1400 студентов, принятых на основании программы (Educational Opportunity Program). Все это произошло задолго до решений Верховного Суда, утвердивших законность Affirmative actions, дающих существенные преимущества при поступлении в университеты, приеме на работу и прочее людям, официально отнесенным к расовым меньшинствам. Что само по себе явилось утверждением на высшем государственном уровне как существования отдельных рас, так и их неравноправия. И что, в свою очередь, открыло шлюзы для нахлынувшего потока новых проблем, связанных с обманом, двойными стандартами и необходимостью бюрократическим путем определять принадлежность индивидуума к определенной расе, что у определенной части населения не могло не вызвать воспоминание о Нюрнбергских законах недавнего времени.

Сегодня эти кафедры работают уже 50 лет, а их первые доктора наук вышли на пенсию. Количество выпускников, то есть специалистов по изучению истории, культуры и социоэкономической жизни черной общины в США по самым скромным подсчетам превышает сотню тысяч.

(Окончание в следующей записи)
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments