June 3rd, 2021

old hippy

"Добрая Хирси Али считает этот довод убедительным"

Владимир Козловский: Лозунги, которые мы слышим на площадях


Белла Хадид родилась в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, в семье телеведущей и бывшей модели Иоланды Хадид (уроженка Нидерландов ван ден Херик) и американского мультимиллионера палестинского происхождения Мохамеда Хадида. «Мой отец был беженцем, когда впервые приехал в Америку. Он всегда был очень религиозным и молился с нами. Я горжусь тем, что я мусульманка», — говорила в интервью модель
(Несколько странный наряд для мусульманки, вы не находите?)

  В последнее время моими главными героинями являются либеральная иудейка Бари Вайс, которую прогрессивные молодые коллеги выжили в прошлом году из «Нью-Йорк таймс», и консервативная мусульманка Айян Хирси Али, подростком вступившая в ряды «Братьев-мусульман», потом сделавшаяся депутатом голландского парламента, а сейчас работающая научным сотрудником Гуверовского института в Калифорнии.

О Вайс я поговорю в будущем, а сейчас расскажу о рассуждениях сомалийской красавицы Хирси Али по поводу нынешней вспышки антисемитизма в США. Ей в жизни угрожали люди пострашнее, чем оголтелая твиттерня, лающая на любую публикацию Вайс.

  В 2004 году исламист Мохаммед Буйери застрелил среди бела дня в Амстердаме кинематографиста Тео ван Гога и потом принялся отпиливать ему голову.

Произведенные изувером восемь выстрелов были расплатой за фильм ван Гога «Покорность», посвященный доле женщин в мире ислама. Сценарий фильма был написан Хирси Али. Убийца приколол ножом к груди ван Гога записку, в которой извещал сценаристку, что она будет следующей.

  Она пишет, что на суде Буйери говорил немного, но у публики пошли от его слов мурашки: он спокойно заметил, что не жалеет о смерти ван Гога и убил бы его еще раз. Такой возможности ему не представилось: ван Гог был уже мертв, а самого изверга приговорили к высшей мере.

  По словам Хирси Али, Буйери был «чистый хладнокровный убийца», радикализированный и усвоивший принцип, что любой человек, принижающий ислам или Пророка, должен умереть. В последнее время автора не покидает мысль, что похожие убеждения неожиданно обрели много поклонников на Западе.

  Конфликт между Израилем и палестинцами начал рассматриваться сквозь призму критической расовой теории, насаждаемой сейчас в США повсеместно, от дошкольных учреждений до военно-космических сил. Здесь у нас угнетенные черные и их белые угнетатели, а на Ближнем Востоке – угнетенные палестинцы и их угнетатели-израильтяне, верящие в свое превосходство и практикующие геноцид.

  Хирси Али вкусила бредовых теорий, когда присоединилась в юности к «Братьям-мусульманам», которые учили ее, что евреи – даже не люди, а потомки свиней и обезьян. Сегодня, однако, антисемитизм больше не ютится на отшибе общества, а проникает, по ее словам, в мейнстрим. Автор напоминает, что Центр Антидиффамационной лиги по изучению экстремизма насчитал с начала последнего столкновения на Ближнем Востоке 17 тысяч твитов с фразой «Гитлер был прав». Антисемитские посты стремительно распространяются в «Фейсбуке», «Инстаграме» и «ТикТоке».

  Хирси Али относит последнее явление на счет «инфлюенсеров» (слово уже получило прописку в русском, я проверял. Оно не от «инфлюэнцы»), то есть пользователей соцсетей, имеющих большое влияние на других подписчиков. Вместе с тысячами своих впечатлительных молодых последователей они «используют свои трибуны для того, чтобы подчеркнуть невзгоды палестинцев». По словам Хирси Али, они не отдают себе отчета, что одновременно вредят евреям, в том числе и на Западе.

  Автор настроена доброжелательно и исходит из предположения, что «инфлюенсеры» сознательно не стремятся к такому результату, а просто плохо осведомлены. «Ведь нельзя объяснить тысячелетнюю историю отношений арабов и израильтян в нескольких скриншотах, не говоря уже о 280 знаках», - замечает она, имея в виду максимальную длину одного твита.

  В качестве примере такого инфлюенсера, или инфлюенсерши, Хирси Али приводит супермодель Беллу Хадид, у которой почти в четыре раза больше пользователей в «Инстаграме», чем евреев во всем мире. После того, как разразилась последняя война между Израилем и «Хамасом», Хадид участвовала в пропалестинской акции в Бруклине и скандировала From the river to the sea, Palestine will be free! «От реки до моря Палестина будет свободной!».

  Это «антисемитский лозунг, придуманный Организацией освобождения Палестины и означающий призыв к уничтожению Израиля», - объясняет автор и пишет, что до последнего времени его выкрикивали в основном поклонники «Хамаса», чей устав, принятый в 1988 году, открыто призывает к геноциду еврейского народа, у которого поэтому не должно быть много надежд на прочный мир с «Хамасом». Но в нынешнем истерическом климате, пишет автор, этот лозунг скандирует одна из самых больших западных звезд и срывает аплодисменты.

  Когда правительство Израиля обвинило Хадид в призывах к уничтожению еврейского государства, многие ее поклонники прибегли к семантической защите своей кумирши, заявив, что она без задних мыслей ратует лишь за независимую Палестину и вовсе не желает евреям погибели.

  Добрая Хирси Али считает этот довод убедительным и пишет, что супермодель, видимо, не имеет понятия об истории и значении лозунга, который Хадид скандировала в Бруклине. Автор добавляет, что, когда отец ее племянницы Зайн Малик называет Израиль «колонизатором», он тоже не призывает к его ликвидации. Может, и так, но паства этих инфлюенсеров воспринимает их призывы по-своему, и недаром по миру прокатилась сейчас новая волна юдофобских выступлений.

В мае в мире все чаще звучал другой лозунг, точный  смысл которого иногда ускользает от непосвященных: «Хайбар, Хайбар, о евреи, армия Мохаммеда еще вернется!». Речь идет об истреблении евреев войсками  Мохаммеда в 7-м веке н.э. в городе Хайбаре на севере Аравии.

  За последний месяц нападения на евреев и израильтян сопровождались этим лозунгом не только в Стамбуле, Касабланке, Кувейте, Дохе и Карачи, но и в Европе: в Утрехте, Варшаве, Вене, Риме, Мюнстере, Лондоне, Брюсселе, Берлина и Амстердаме.

 Несмотря на ряд аналогичных инцидентов, до сих пор казалось, Америка обладает сравнительным иммунитетом. Сейчас начинает казаться, что его больше нет. На днях еврей по имени Джозеф Борген подвергся нападению своры пропалестинских активистов на манхэттенском Таймс-Сквере.

  Его избивали костылем, опрыскивали газом мейс, обзывали «грязным евреем» и пугали, что «Хамас» тебя прикончит!». Одного из погромщиков зовут Васим Ававдех. Недавно его можно было увидеть на снимке пропалестинского протеста, который поместила в «Инстаграме» супермодель Хадид.

   Наследница миллиардеров Пэрис Хилтон, знаменитая своей знаменитостью, имеет в «Твиттере» ни много, ни мало 17 миллионов подписчиков. Она заступилась за палестинцев, твитнула «спасем Палестину» и потребовала «прекратить геноцид», причем не имела в виду более 4 тысяч палестинских ракет, обрушившихся на днях на Израиль.

old hippy

"А значит, скажем, хэштег #HitlerWasRight, опубликованный в сети тысячи раз – правда!"

Социальные сети на службе у антисемитизма


Алан М. Дершовиц

Социальные сети поддерживают антисемитизм, подавляя всё, кроме него!

Платформы социальных сетей прибегают к массовой цензуре по вопросам, связанным с предполагаемыми фальсификациями на выборах, сомнениями в отношении лекарств, вакцинацией, всем, что исходит от бывшего президента Дональда Дж. Трампа, критикой Black Lives Matter, сомнениями в отношении трансгендерной деятельности, изменением климата, разжиганием ненависти и другими предположительно политически некорректными твитами и сообщениями.

Но при этом, они остаются полностью открытыми для антисемитизма, антисионизма и применения двойных стандартов по отношению к еврейскому государству.

Эта лицемерная комбинация — цензура множества всего, кроме антисемитизма — посылает пугающий и совершенно ясный сигнал: поскольку определенные вещи подвергаются цензуре, из-за своего несоответствия действительности, те, что, напротив, цензуре не подвергаются, как бы прошли проверку на истинность.

А значит, скажем, хэштег #HitlerWasRight, опубликованный в сети тысячи (а может и сотни тысяч) раз – правда! Аналогично,  тысячи (или миллионы) твитов и постов, в которых утверждается, что Израиль — это нацистское государство, осуществляющее геноцид, и намеренно убивающее детей – тоже правдивы! Иначе говоря, антисемитские посты тоже обязаны соответствовать «общественным стандартам» социальных сетей. Но этого и в помине нет!

Workers World Party demands “Stop Censoring Palestinian Resistance!” – Workers WorldВ этом-то и состоит главная проблема избирательной цензуры. Когда вы ничего не подвергаете цензуре, вы ничего и не подтверждаете. Когда же вы подвергаете цензуре только некоторые вещи, вы неявно подтверждаете истинность, справедливость и правоту всего того, что вы подвергать цензуре не стали.

Для примера, я приведу одну историю из собственной практики, наглядно демонстрирующую опасность избирательной цензуры. В те дни, когда власти Советского Союза решали, что можно, а чего нельзя читать гражданам их страны, они возложили ответственность за определение политкорректности на организацию под названием «Главлит».

К слову, сегодня люди часто забывают, что вообще сама концепция политкорректности была изобретена сталинским режимом в Советском Союзе.

Так вот, я был в Европе, публично обсуждая антисемитизм с советским юристом. Я представил аудитории иллюстрации к антисемитским материалам, опубликованным в Советском Союзе.

Мой же оппонент, как ему казалось, лихо обскакал меня: он представил публике неонацистские материалы, опубликованные в США, которые были намного, намного, хуже. Советский представитель был очень доволен собой. Ведь, как ему казалось, он сумел уложить меня на обе лопатки.

Но вот, я протянул ему материал, опубликованный в Советском Союзе, и попросил прочитать, что там написано внизу – маленькими буквами. Он сразу все понял и отказался выполнить мою просьбу. Тогда я прочитал надпись сам: «Утверждено Главлитом». А затем прочитал то, что было написано внизу материалов, распространяемых в Соединенных Штатах — «Издается нацистской партией США».

Аудитория тоже все прекрасно поняла. Так я выиграл эти дебаты. В Соединенных Штатах ни одно государственное учреждение не подвергает цензуре и не одобряет публикуемую информацию. Поэтому только сама нацистская партия и несет ответственность за распространяемую ею ненависть. А вот в Советском Союзе ответственность за опубликованные антисемитские материалы несло само правительство. В этом заключалась колоссальная и принципиальная разница.

Теперь, буквально то же самое стремительно обретает верность и в отношении социальных сетей. Когда они были платформами, которые разрешали все, кроме незаконных материалов, ничего, опубликованное на их платформах, нельзя было приписать им самим. Вот почему, к слову, они получили преимущество, оговариваемое Разделом 230, освобождающим их от исков о клевете: вы не можете нести ответственность за клевету, если вы не контролируете то, что публикуется на вашей платформе.

Однако теперь, когда компании, работающие в социальных сетях, решили стать «Главлитом» — публиковать лишь те материалы, которые якобы правдивы и соответствуют стандартам сообщества, — они стали куда больше похожи на бывший Советский Союз, чем на Соединенные Штаты, живущие в соответствии с Первой поправкой.

Подведем итог. Не стоит считать мою колонку призывом подвергать цензуре антисемитские твиты. Отнюдь!

Напротив, я призываю компании, работающие в социальных сетях, вообще прекратить цензуру высказываний на основе критериев о предполагаемой правдивости, невнятных «общественных стандартах» и других подобных сомнительных условий, очевидно способных являться результатом политических, идеологических и других предубеждений.

Я не хочу никакой иной цензуры, кроме как для материалов, уже запрещенных законом. Но если компании, работающие в социальных сетях, упорствуют в желании подвергать цензуре содержание своих платформ, они обязаны применять единый стандарт ко всему. Они не могут позволить антисемитизм и ложные утверждения против национального государства еврейского народа, запрещая при этом другие предполагаемые «полуправды».

И пока они продолжают вести себя так, только они, они сами несут полную ответственность за продвижение своей собственной огромной лжи, заключающейся в том, что всё не подверженное их цензуре, является правдой. К слову, это давняя дилемма доброжелательного цензора.

Современные же социальные сети будто нарочно, взяли всё худшее из обеих крайностей: они подвергают цензуре материалы, не являющиеся опасными или гарантированно ложными, но при этом разрешают материалы, которые являются одновременно и очень опасными и заведомо лживыми.

Источник на английском — Gatestone Institute

Перевод Александра Непомнящего — Еврейский мир