June 22nd, 2018

old hippy

Немецкая пивная под старым железнодорожным мостом

Ну что ж, обе команды, за которые я болел, Исландия и Сербия - проиграли. Так что о футболе я сегодня не буду.
Пришло время начать мой рассказ о путешествии в Нью-Йорк. Ну и разумеется, показ, видеопоказ. Напоминаю, что основым поводом для этого путешествия были билеты в Метрополитен-Опера, нам их купили друзья из Нью-Йорка. Нельзя сказать, что дешево, но не запредельно дорого. Я об этом еще поговорю, а пока...
Начинаем в хронологическом порядке.
Первым объектом посещения был старый железнодорожный мост, по которому ходят теперь не поезда, а туристы. Этот мост стал одним из артистических объектов Нью-Йорка, почему, расскажу в следующей записи.
Но когда нам удалось найти парковку, а говорят, что это невозможно и в Манхэттен нужно ехать только на метро, прежде чем подняться на мост, мы попали в настоящую немецкую пивную.
Ту самую, в которой подают немецкое пиво в больших кружках и сосиски с капустой, как закуску. Ну как будто бы мы очутились где-то в Мюнхене, надписи были на немецком, хоть публика почему-то говорила по-английски и не обсуждала подробности захвата власти Национал-Социалистической Рабочей Партией, все-таки мы нашли немецкую пивную в Нью-Йорке, а не в Мюнхене и нашли ее не в 1922-м, а в 2018-м году.

old hippy

Парк на старом железнодорожном виадуке


Вот таким это место было до того. Паровозов, уже нет, людей и цветов, еще нет. Одни сорняки.

Наши друзья нам настоятельно посоветовали посмотреть этот уникальный парк, который находится над землей. Раньше по виадуку ходили поезда, а теперь там насыпали землю и разбили очень красивый парк.
Вот сведения о нем из ВИКИ:

Хай-Лайн (англ. The High Line — букв. высокая линия) — парк в Манхэттене (Мясоразделочный квартал и Челси) на высоте порядка 10 метров от поверхности земли, разбитый на месте надземной железной дороги. В 1980 году железнодорожная ветка была закрыта. В 1990-х годах собственники решали вопрос о демонтаже железной дороги вместе с эстакадой, но было решено трансформировать пути в парковую аллею, по аналогии с парком в Парижеruen, открытым в 1993 году. В 2004 и 2005 годах после долгих слушаний было решено выделить 50 миллионов долларов на создание парка. Кроме того, железная дорога окончательно утратила статус железной дороги и была удалена из реестра Федеральной службы наземного транспорта США.

Строительные работы начались в 2006 году. Открытие секции вдоль 10-й авеню от улицы Гансворт к северу до 20-й улицы произошло 8 июня 2009 года, а 7 июня 2011 аллея была продлена до 30-й улицы. 21 сентября 2014 года был открыт третий участок — вдоль 30-й улицы на запад, затем вдоль 12-й авеню на север и вдоль 34-й улицы на восток до 11-й авеню, где в сентябре 2015 года открылась станция метро 34-я улица, которая является самой близкой к этому парку.


А вот то, что я снял:
Collapse )
old hippy

R.I.P.


Таким я его помню. Рядом - Люба. Она была всегда рядом. Место, я надеюсь, бостонцы узнают.

Те, кто долго живет в Бостоне из наших, знали, что Коржавин был всегда и даже думали, что будет всегда. Уже всех нас, кто из СССР - не будет, а Эма (так его все называли) будет.
Я его видел много раз, он почти всегда молчал, говорил только, если к нему обращались. Нам казалось, что Эма будет жить вечно. Но вот, я жив, а Эма - нет.
Но если не вечно, то надолго останутся его стихи.

Памяти Герцена Баллада об историческом недосыпе

Любовь к Добру разбередила сердце им.
А Герцен спал, не ведая про зло...
Но декабристы разбудили Герцена.
Он недоспал. Отсюда всё пошло.

И, ошалев от их поступка дерзкого,
Он поднял страшный на весь мир трезвон.
Чем разбудил случайно Чернышевского,
Не зная сам, что этим сделал он.

А тот со сна, имея нервы слабые,
Стал к топору Россию призывать, –
Чем потревожил крепкий сон Желябова,
А тот Перовской не дал всласть поспать.

И захотелось тут же с кем-то драться
им,
Идти в народ и не страшиться дыб.
Так началась в России конспирация:
Большое дело – долгий недосып.

Был царь убит, но мир не зажил заново.
Желябов пал, уснул несладким сном.
Но перед этим побудил Плеханова,
Чтоб тот пошёл совсем другим путём.

Всё обойтись могло с теченьем времени.
В порядок мог втянуться русский быт...
Какая сука разбудила Ленина?
Кому мешало, что ребёнок спит?

На тот вопрос ответа нету точного.
Который год мы ищем зря его...
Три составные части – три источника
Не проясняют здесь нам ничего.

Да он и сам не знал, пожалуй, этого,
Хоть мести в нём запас не иссякал.
Хоть тот вопрос научно он исследовал, –
Лет пятьдесят виновного искал.

То в «Бунде», то в кадетах... Не
найдутся ли
Хоть там следы. И, в неудаче зол,
Он сразу всем устроил революцию,
Чтоб ни один от кары не ушёл.

И с песней шли к Голгофам под знамёнами
Отцы за ним, – как в сладкое житьё...
Пусть нам простятся морды полусонные,
Мы дети тех, кто недоспал своё.

Мы спать хотим... И никуда не деться
нам
От жажды сна и жажды всех судить...
Ах, декабристы!.. Не будите Герцена!..
Нельзя в России никого будить.

Ну и останется довлатовский Коржавин:

Накануне одной литературной конференции меня предупредили:

- Главное, не обижайте Коржавина.

- Почему я должен его обижать?

- Потому что Коржавин сам вас обидит.

А вы, не дай Бог, разгорячитесь и обидите его. Не делайте этого.

- Почему же Коржавин меня обидит?

- Потому что Коржавин всех обижает. Вы не исключение. Поэтому не реагируйте. Коржавин страшно ранимый.

- Я тоже ранимый.

- Коржавин - особенно. Не обижайте его...

Началась конференция. Выступление Коржавина продолжалось четыре минуты. Первой же фразой Коржавин обидел всех американских славистов. Он сказал:

- Я пишу не для славистов. Я пишу для нормальных людей...

Затем Коржавин обидел целый город Ленинград, сказав:

- Бродский - талантливый поэт, хоть и ленинградец...

Затем он произнес несколько колкостей в адрес Цветкова, Лимонова и Синявского. Ну и меня, конечно, задел. Не хочется вспоминать, как именно. В общем, получалось, что я рвач и деляга.

Хорошо, Войнович заступился. Войнович сказал:

- Пусть Эмка извинится. Только пусть извинится как следует. А то я знаю Эму. Эма извиняется так:

- Извините, конечно, но вы – дерьмо!