dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Category:

По-моему, столько глупостей может себе позволить себе только очень крупная величина


(Разумеется я имел в виду не живой вес Татьяны Никитичны, а её значительность в литературе и прочих областях)

Все глубокие мысли госпожи Толстой я не привел, максимальный объём записи в ЖЖ не пропускает столько мыслей, начал непосредственно с обличения Америки.
Если кто хочет полностью насладиться, вот источник:

https://rus.delfi.lv/news/daily/latvia/25-yanvarya-otstavka-leonida-loginova-incident-so-spasatelyami-intervyu-s-tatyanoj-tolstoj.d?id=48447565&page=2

Але, Америка! Татьяна Толстая: американская мечта сбылась почти у любого русского

— А почему вы за десять лет не прижились в Америке? Сейчас многие русские писатели живут и пишут за рубежом: Пелевин, Сорокин, Рубина… Акунин приезжал в Ригу недавно, сказал, что больше не пишется ему в России, ушла энергетика…

— Да прекрасно он писал в России! Купил себе замок во Франции и сидел там, пока энергетика не упала до нуля. Тогда снова стал вокруг России круги нарезать. Да что тут думать, вся его жизнь сегодня в России! «Историю государства российского» зачем написал? Пиши «Историю государства английского» — там, наверное, поинтересней будет. Хочешь жить в Испании — живи, там тепло и морепродукты вкусные, но к чему тогда все это утомленное вранье, кривляние и ломание: ах, я не могу! А Сорокин что несет? Что не может он быть в Москве, потому что все улочки заставлены автомобилями и трудно пройти…

— Допустим, Виктор Пелевин ничего не несет, сидит тихо, пишет, но не в России…


— Даже не знаю, где он там сидит. Но он тоже любит из себя строить: жил в России, издается в России, Россия — единственный источник, который его кормит… Да, он сидит тихо и глупостей не высказывает, зато пишет книжки, которые все меньше можно читать — какие-то они у него стали одинаковые. А начинал-то замечательно, в России. Все они начинали в России, а сейчас хотят отпилить… Известное явление: забыть, что папа-мама — деревенские мужики. Как же, он ведь носит лаковые ботинки и цилиндр — забыл, что такое лапоть.

— Ваш сын с семьей живет в Америке постоянно…




— И я туда езжу к детям-внукам — мне это приятно и интересно. Очень люблю Нью-Йорк, но и только. Жить бы мне там совершенно не хотелось.

— Значит, вы предпочитаете в России сражаться с обледенелыми крышами, которые нерадивые домуправы не чистят (одна из самых популярных тем на Facebook Татьяны Толстой — опасная крыша в доме напротив, которую никто не торопится чистить, — прим. ред.)?

— Думаете в Америке чиновники бегут тебе навстречу, чтобы благоустроить твой быт? Да упаси господь! Там существуют вполне себе жуткие вещи. Просто у них немного другой климат, крыши так не леденеют, но им господь послал другое испытание — сдвинул в Нью-Йорк тропические смерчи и ураганы из привыкшей к этому делу Флориды. И когда у меня под ногами разразилось землетрясение и случился ураган, выяснилось, что никто к этой напасти не готов.

Видели бы вы, что с этим населением случилось! И власти там были хороши: сперва врали, что такого не может быть, потом оказались не готовы к устранению последствий. Посмывало кучу поселков вдоль океана, полгорода без электричества, но сведения о том, куда и когда прибудет машина с едой-водой, выкладывают почему-то только в интернет… но электричества-то нет, зато есть человек с ребенком, который сидит на улице, голодный и холодный, хорошо, если одеяла успел вынести.

Помню, мы с невесткой собирались поехать, накупить еды и раздать бедолагам, но добрые люди нас остановили: с ума сошли, ехать туда на хорошей машине — вас там порвут из классовой ненависти! Мы испугались и не поехали, ограничились переводом денег в их армию спасения. Короче, когда случается настоящая гуманитарная беда, даже Америка, при всем своем гоноре, не готова все быстро порешить…

— Это она раньше была не готова, а сейчас Трамп им все быстро порешит, порядок наведет. Ваш друг писатель Александр Генис в предвкушении!

— Сашечка как раз вчера написал (про инаугурацию Трампа — прим. ред.), что это трагедия и худший день его жизни. Я ему очень сочувствую, но должна сказать, что он относится к той группе наших эмигрантов, которые свято верили, что Россия — грязная и нищая страна с ужасным режимом и засранными телевизором мозгами, а Америка — хорошая, умная, чуткая и гуманитарная… Правда, живут исповедующие эту линию эмигранты преимущественно в Нью-Йорке, почему и видели вокруг только хорошее да умное. Но тут произошло досадное событие, которое несколько изменило шахматный порядок на доске. И у кого теперь засраны мозги? Мы-то тут сидим триста лет с засранными мозгами и кровавым режимом, как-то попривыкли. А вы-то теперь как?

Знаете, о чем мне напоминают любимый мой друг Генис и другие испуганные эмигранты? Об одной истории, которая породила серию мемов в интернете. Однажды поезд Москва-Питер пустили в обход (что-то там чинили) через какие-то псковские коровники — как всегда, никому не сказав заранее. И вот девушка 15-16 лет звонит по телефону: «Мама, мама, мы в аду — здесь коровники какие-то!» Она-то от магазина к ресторану всю жизнь порхала, знать не знала, что молоко — оно из коров, что есть коровники, навоз, псковская деревня. Так и Сашечка Генис с друзьями: Таня, Таня — мы в аду! Да не в аду вы — это жизнь, Сашечка, але!

— Нет ли у вас ощущения, что в условном противостоянии интеллигенции и народа все чаще начинает «побеждать» народ? Еще недавно в Париже было стыдно признаться, что ты родился в провинции, откуда родом Марин Ле Пен, но вот уже она, нарядная, гарцует на белом коне. Я уж не говорю о Трампе с Брекситом…

— Это не совсем противостояние… но людям, которые сильно гордятся своими выдающимися умственными способностями, иногда не надо так сильно думать головой, а достаточно проснуться, внимательно посмотреть вокруг себя и не плевать на чувства и настроения неинтеллигентного, так сказать, народа.

— Который из псковских коровников?

— Не обязательно из коровников, но просто неинтеллигентного. Невозможно заставить этот простой народ приветствовать два миллиона арабов с совершенно антизападными манерами: ура-ура, давай, я подвинусь и отдам тебе все — жену, машину, работу и деньги. Да, у Франции — особая история. Они каются за свои арабские войны и теперь своих из Магриба пускают. Но все это хорошо, пока ты в состоянии прибывших интегрировать, напитывая свободой и равенством понемножку, но нет же, давай, открывай ворота…

Народ это терпит-терпит, уповая на идеи французской революции, а когда совсем уж край, Марин ле Пен въезжает в Париж на белом коне. Когда ты ломаешь простой народ через колено, то сам создаешь фашизм. Трамп ведет себя, как полуфашист. Марин ле Пен — и рассуждать нечего… И так во всем мире. Нельзя ломать народ через колено. Нельзя ускорять естественные процессы ненормальным образом. Помните о России и ее революции. Там интеллигенция создала все предпосылки для кошмара…

По счастью, Россия не раскрывала ворота невесть кому. Мы тут с «невесть кем» жили и сращивались столетиями. Сложился некий алгоритм взаимоприятий. Лишние порывы сдерживались, но с распадом Союза вылились в реки крови, о чем наша любящая Ельцина интеллигенция не любит вспоминать: резня русских в Душанбе на фоне массовой таджикской резни, Ташкент, где давали три дня на выметание, я уж не говорю о Чечне и неумелой политике отношений с кавказскими лидерами. Торопливая политика освобождений приводит к тому, что освобождаются деструктивные силы. Можно сколько угодно кричать, что так нельзя, но так будет. Это как законы физики. В упоении борьбы за власть люди это забывают.

Возвращаясь к Кончаловскому… не знаю, насколько он прав, но его наблюдения честные, и большинство из них, если не все, имеют под собой почву. Он еще мало говорит, не озвучивая и не предрекая вещей совсем страшных. Но почему-то все претензии к нему, а не к огромному количеству людей, которые воздух сотрясают, обещая особое величие русскому народу. Интересно, в каком смысле величие?

— Допустим, в американском.

— Американская мечта очень незамысловата: ребенок — в колледже, курица — в супе. У нас эта мечта давно осуществлена. Если это не деревенский спившийся мужик из вымершей деревни, то у всех есть курица в супе, а ребенок в школе — але, Америка!

Facebook. «Не люблю, когда придешь домой, а там кучка г…на навалена, даже если во имя демократии»

— Когда в 2008 году мы с вами общались, вы говорили, что ваша мечта — быть русской барыней на своей земле. Но сегодня все глубже погружаетесь в виртуальное пространство интернета, отрываясь от любимой земли. С чем это связано?

— В душе я бы хотела иметь дом, утопающий в сирени, где-то в мирной среднерусской полосе, с огородами, полями и садами — мне нравится земля и ощущение от нее, но… Во-первых, это мечты для молодых, а не для тех, у кого болит спина. А во-вторых, все это красиво лишь у меня в мечтах, которые я не собираюсь осуществлять.

В России сельская жизнь опасна и неприятна, особенно в пригородах — там все время какие-то нападения и прочая гадость. У нас была дача — и ту продали, потому что никто не хочет подвергаться. Тут надо жить под охраной и за колючей проволокой, но это уже нет то. Чем хорошая виртуальная действительность? Там можно создавать любые имения…

— По какому принципу вы выстраиваете свою виртуальную политику — заводите прихожан, френдитесь, баните, вступаете, извините, в срачи?

— Мои «френды» — это очень узкий круг людей, которые мне знакомы и приятны. Дальше — круг людей, которых или читать интересно, или они добывают интересные ссылки, до которых я сама никогда не дорою. Еще я дружу с людьми очень противными: надо быть в курсе, что там у них происходит и на что они ориентируются. Там есть совершенно омерзительные твари! Как-то я поставила эксперимент — позвала самых омерзительных, совсем уже зверинец. Набежала масса желающих: возьмите меня, я тоже негодяй… Этого мне было недостаточно. Мне нужен был такой, который сам не придет и не попросит, — ну просто гнида. Периодически «перспективных» нахожу и присоединяю, думаю, они страшно этому удивляются.

— Страшно представить, кого вы тогда баните!

— Людей, которые выходят с откровенным хамством. Я за всем слежу краем глаза, и этих сразу видно: пришел хамить. Не то, что он неловко выразился или криво сформулировал — нет, он думает, а похамлю-ка я этой Толстой! Не похамишь, потому что сразу вылетишь. Баню и стираю его вонючие комменты. Не люблю, когда придешь домой, а там кучка г…на навалена, — не буду я это оставлять во имя демократии. Справедливо, что и я забанена у некоторых людей, которых возмущаю.

— Вы их знаете?


— Да. Но у всех же есть вторые аккаунты, через которые можно тайно слазить и посмотреть, что они там делают и чем живут.

— Не жалко ли вам, писателю, тратить драгоценные буковки, словечки и кусочки на бездонную прорву фейсбука?

— Не жалко! Я из своих фейсбучных заметок потом книги публикую. Например, книга «Легкие миры» составлена из нескольких крупных текстов — рассказов, написанных для журналов, а остальное — пестрая мозаика из фейсбучных кусочков, которые составились в жизненную панораму. Я крайне редко и скупо пишу то, что не пойдет в книгу и никак не пригодится. Если же я чувствую, что мне это подойдет, то получается маленький завершенный текст.

На фейсбуке хорошо расписывается рука, иначе, если долго не писать, то потом сидишь и в голове чешешь. Это как гимнастика: тут ты мозговую мышцу тренируешь. А уж тем вокруг — мильярд! На улицу вышел или прочел что-то — вот тебе и тема.

— Или выглянул в окно, а там лед не убран!

— О-о, этой темы мне на всю жизнь хватит. Кстати, на днях был снегопад большой, так чистильщики уже без всякого моего звонка вышли и почистили. Возможно, кто-то кому-то втык все же сделали, фейсбук — большая сила.

Дуня. «Общие проекты невозможны. Для меня олигархат — упаси господи!»

— Когда вы с Авдотьей Смирновой вели «Школу злословия», казалось, что вы некое двуединство и не разлей вода…

— Искусство режиссуры!

— Поддерживаете ли вы отношения, и можно ли ждать других ваших совместных явлений и проектов?

— Общие проекты невозможны. Времена изменились, да и она занимается совсем другими вещами. Для меня мир богатых политиков — упаси господь, хуже не бывает, мне все это не нужно.

— Как и многие известные россияне, Авдотья Смирнова сегодня активно занимается благотворительной деятельностью. Вас это привлекает?

— Вы не сравнивайте меня с Дуней. Во-первых, у нее совершенно другие финансовые возможности (в 2012 году Авдотья вышла замуж за Анатолия Чубайса — прим. ред.). Во-вторых, весь этот олигархат всегда традиционно занимался благотворительностью и должен это делать. Благотворительность — это для них как принудиловка: они должны это делать. Распределили между собой: кто дает на хосписы, кто на другие заболевания, а кто на иную благотворительность разной силы и направлений.

Есть там замечательные и почти безнадежные проекты, связанные с выходом на чиновников и министерства — давить на них, пытаясь заставить вернуть народу деньги, которые чиновники хотят присвоить каким-то образом. Например, проблема с лекарствами, когда у нас в 10-20 раз поднялись цены на некоторые препараты для онкобольных. При том что изначально цены на эти американские и немецкие лекарства уже завышены в десятки раз.

С этими лекарствами вообще творится что-то ужасное. Я читала статью о том, как американец купил единственную фармацевтическую компанию где-то в Латинской Америке, которая производила важное лекарство от тропической малярии, и поднял цену не то в сотни, не то в тысячу раз. Народ мрет, при том что сам по себе курс лекарства стоит максимум сто долларов. Но цену зарядили такую, чтобы никто, кроме богатых, не мог себе позволить.

— А кому надо, чтобы население подвыкосило?

— Да никому, просто всем плевать. А для чего населению Латинской Америки продают наркоту? Потому что психопату и вору хочется жить сейчас, а остальные — хоть не живи. Когда вы спрашиваете про выкашивание населения, вы хотя бы представляете некую долгосрочную перспективу, а они так далеко даже и не думают — им сейчас сорвать банк хочется. И с таким отношением люди смогли подняться к вершине власти. То же самое происходит и у нас.

Так вот, если вернуться к теме благотворительности, то есть у нас замечательные проекты, в которых люди имеют возможности и силы бороться, чтобы чиновники не отрывались от реальной жизни. Это очень важные проекты, на которые надо иметь очень много душевных и иных сил. Те, кто не готов на это жизнь положить, вроде меня, просто раз в месяц адресно посылают кому-то деньги. В сети есть бесконечное количество призывов о помощи — выбираешь и переводишь деньги. Понятно, что океан ситом не вычерпать, но, если гнетет тебя, что ты в этом месяце никому не помог — найди кого-то и помоги, и сердце на время успокоится.

Апокалипсис. «Бог — это вам не начальник ЖЭКа, с тем-то разговор был бы коротким»

— Нет ли у вас некоего апокалиптического ощущения, что катится этот мир куда-то кубарем, подпрыгивая попкой на кочках?

— Я человек неапокалиптического мышления, но трудно не признать, что ситуация льет воду на мельницу людей тревожного склада: все эти политические, экономические и террористические встряски, да и погода не радует.

— Похоже, у вас есть золотой ключик от тайной комнаты за нарисованным холстом, куда можно спрятаться, если что?

— У меня таких комнаток, слава богу, хватает. Но если серьезно, то, когда я посмотрю, какое количество людей одновременно сидит в интернете и тратит на свое нытье-вытье кучу времени, мне хочется сказать им одно: пойди и что-то сделай, не майся! Но они не идут, а продолжают ныть и проклятьями всех вокруг осыпать. Каждый день — одно и тоже! Просто хор кузнечиков какой-то!

— Зря вы так про хор кузнечиков — он божественно поет в спектакле «Барышников/Бродский», поставленном тем же Херманисом в Риге…

— Слышала что-то об этом. Да простят меня кузнечики!

— В своем прошлом интервью вы рассказывали, как выяснили, что бог есть, договорившись со своим отцом (известный физик — прим. ред), что после ухода он пришлет вам весточку в виде редкого слова. Какого слова — не уточнили…

— И не уточню, чтобы мне его разные люди почем зря не присылали…

— Поскольку вы убедились в существовании бога, скажите, куда он смотрит, когда творятся все наши земные кошмары?!

— Все же бог — структура слишком сложная, чтобы можно было к нему примерять наши человеческие критерии и категории. Да и не светский это разговор.

— Ну а по-вашему, куда в итоге наш мир прикатится?

— Да никуда — так и будем стрекотать, пока не догадаемся, какой насчет нас замысел… Ведь не может быть такого, чтобы «приехали, рай, вылезаем»! Думаю, все сложнее. Есть теория бесконечного переливания духа из одного мира в другой. Возможно, наша Земля — это один из миров, из классов школы, если хотите, который ты заканчиваешь и, обогатив душу разными сложностями, отправляешься в следующий мир-класс. Только кто же об этом расскажет? Есть разные гении и религиозные провидцы, которые берутся, — возможно, в их словах есть правда. Кроме того, не исключено, передача какой-то информации идет через сон — иначе, откуда берутся вещие сны, например. В общем, Бог — это вам не начальник ЖЭКа, с тем-то разговор был бы коротким.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments