dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

Послушай и вспомни.

(Песенник.)
               
                                                          Тем, чья юность пришлась на шестидесятые.

Ансамбль "Импульс": Анатолий Раков, Александр Раков, Геннадий Махров, Владимир Александров
 
Часть третья: Бит-Клуб.

Песня пятая: Дилайла. 1968-й. Вспоминает Элвиз.

Лоскут третий.

Армия. Снова Раковы.

У меня ко Всевышнему есть свои претензии , - очень уж хотелось бы узнать -  по каким принципам он распределяет красоту, удачливость, талант?


А вот талант? Талант это действительно – божий дар, или… кара. Но это уже философия, а я в ней не силён. Поэтому сразу к теме. Она о талантах. Талантах земли русской. Хоть и жили они на Украине, в славном городе Одессе. По воле судьбы случилось им быть людьми русскими.

В самом что ни на есть прямом смысле этого слова.

На моём не очень извилистом пути, мне приходилось встречать великое множество талантливых людей. Подрабатывая на Одесской киностудии, наблюдал и Киру Муратову, и Дворжеского, и Высоцкого с Золотухиным. Но это были признанные мастера, известные и популярные. Позже, проходя производственную практику в театре на Таганке, или посещая, по условиям всё той же самой практики, лучшие театры страны, встречался с совершенно гениальными режиссёрами и актёрами в театрах Тарту, Паневежиса и, конечно, Москвы.

Но, опять же, упоминаю об этом только по причине природного бахвальства и желания похвастать – вот, мол, как везло. Признанных талантов в стране хватало. Не мне о них писать.

Поэтому хочу рассказать о менее известных, о тех, кого знал близко. С кем судьба сводила и разводила. Чья судьба искренне волновала и волнует.

Желание рассказать о замечательно талантливых людях, с судьбой, чем-то общей для жителей совка, и, вместе с тем, по-своему уникальной, возникло у меня давно.

Но реальный случай представился только сейчас, когда старый друг попросил поучаствовать в его проекте.

То, о чём я расскажу, уже история, и живая, хоть и не полностью. Но об этом в своё время. Всему своё время. Надо сохранять хронологию. А как эту хронологию сохранишь, если память скачет, как воробей на асфальте.

Впрочем, попробую.

 

Безумные фанаты музыки. Нет, так нельзя. Только начал, и сразу «безумные», и к тому же «фанаты» -  получается, вроде, как идиоты какие-то.

Cкажем так: однажды, поклонники популярной в то время бит-музыки, тот, которого здесь называют DD и Феликс Херсонский решили организовать в городе Одессе клуб музыкантов и любителей музыки.

О том, как мы его создавали, называли и концертах, пусть пишет DD. Он умнее и к тому же у него память лучше.

А я сразу к теме.

В вышеупомянутый клуб, получивший название Бит-Клуб влились одними из первых очень молодые ребята, составившие группы «Одуванчики» и «Сверчки». Названия они себе выбрали казалось бы легкомысленные. Но вполне в духе того времени, кумирами-то были "Жуки". Так что, вполне соответствовало.

Так я познакомился с братьями Раковыми, Сашей, Толиком и Игорьком, он же «Малый», как ласково называли его старшие братья-близнецы Саша и Толик.

Теперь вернёмся к исходной точке – таланту. На троих членов этой семьи всевышний отпустил его столько, что вполне могло осчастливить еще человек девять. Не понимаете? Тогда считайте: музыкально талантливы, поют, играют на гитарах, пишут свои песни, слова и музыку.

И это на слух, без музыкального образования. И, если перечисленного недостаточного, ещё и талантливые художники. Я сегодня не хочу разбирать кто среди братьев был более или менее талантлив. Не в этом дело, просто столько таланта и в таком возрасте, и у каждого – это был своего рода феномен.

Судьба братьев, - это отдельная, непростая, в чём то трагическая история, которая сама по себе может служить сюжетом отдельной повести.

Может сам Саша напишет? Он ведь начал, не знаю станет ли он затрагивать то, что болит?

Ладно, вопрос был риторическим. Ответа я от него не требую.

Я же попробую вкратце обозначить те моменты времени, когда судьба сводила и разводила нас.

 

Так получилось, что, по каким то причинам, мой призыв в армию задерживался. То ли паспортистка не подавала моё имя в военкомат, то ли ещё какие причины отсрочивали мой призыв в армию, деталей задержки с призывом я не знал.

Поэтому, на двадцать первом году жизни, я совершил определённо патриотический поступок, пришёл в военкомат и «заложил» сам себя. Нет, я не был законченным идиотом, и со здоровьем всё было, как говорится, Слава Богу. Мотивировка моего «патриотизма» была примитивно проста, - от «них» не спрячешься, так уж лучше раньше , чем позже. И второе, - главное, моя девушка только что сделала от меня аборт, втайне от родителей. По непредвиденному стечению обстоятельств и её и мои родители об этом узнали. В создавшейся ситуации я просто не знал как поступить. Совета спросить не у кого. Жениться ещё не готов, да и она тоже не созрела для замужества. Что мы глупые понимали. Физическое развитие намного опережало умственное.

Работал я тогда в мастерской по ремонту телевизоров линейным механиком, т.е. занимался ремонтом телевизоров на дому у населения.

Придя в военкомат и представившись военкому я, кажется, его немного шокировал.

Согласитесь, не каждый день приходит лицо еврейской национальности и просит не отсрочить, а ускорить призыв. Заинтересовавшийся военком спросил, могу ли я действительно ремонтировать радиоаппаратуру? На что получив утвердительный ответ, тут же отреагировал:

– Хочу убедиться.

Продолжение этой истории очень простое. Взяв такси я приехал к воeнкому домой, где по странной случайности отказали практически все радиоаппараты: телевизор, радиола, магнитофон и проигрыватель, так назывался моторизованный патефон с усилителем и динамиком.

Погрузив это «богатство» в такси, я развёз его по мастерским города, попросив ребят уделить этой аппаратуре особое внимание.

Через неделю я вновь объехал мастерские и доставил на дом военкому его технику.

Магнитофон с новыми тросиками и головками звучал как соловей, не тянул звук, не рвал ленту,  и не шипел как змея. Телевизор, с новым кинескопом и лампами, работал лучше чем когда вышел с завода,

Радиола с новым лёгким тонармом (так называлось приспособление несущее пьезокристалл и иглу) звучала почти как «Сони». Вся семья военкома радовалась, что называется, как дети малые.

Самому же военкому, я думаю, больше всего понравилось новое украшение - три «пёстрые» бутылки венчающие телевизор.

Марочный коньяк, перцовая горилка, и экспортная столичная водка На этикетках этого триумвирата находилось не меньше медалей чем на кителе самого военкома. Военком не скрывал своего удовлетворения. Наше восприятие прекрасного совпало.

Моя скромная просьба – не отсылать служить слишком далеко , была услышана, и к чести военкома, ничего конкретно не обещавшего, служить я был послан с село Красносёлка, что находилось в минутах сорока езды на автобусе от моего дома.

Но это была только первая часть подарка судьбы. Вторую часть сюрприза я получил по прибытию в часть.

 Воинская часть или точнее полк, в который меня определил военком,  относился к военной радиоразведке специального назначения. То есть, я попал в настоящий «шпионский» центр.

Тут я конечно очень сильно преувеличиваю. Просто пеленгаторы следили за радиостанциями штабов НАТО в Европе и Азии. Записывали их разговоры, следили за передвижениями, перехватывали шифрованные передачи и делали прочую будничную работу радиошпионов.

Но я немного отвлёкся, того и гляди разглашу какую-нибудь военную тайну.

«Забритый» в армию новобранец вначале чувствует себя очень неуверенно. Уж очень много необычного обрушивается на него в первые дни службы. Новые правила поведения, отличные от гражданских социальные отношения, бесконечные ограничения, вплоть до свободы передвижения, т.е. даже в туалет – строем и с песней. Поэтому можете себе представить моё состояние когда в этой угнетающей обстановке я неожиданно встречаю Сашу Ракова. Радости моей, что называется, не было предела.(

Похоже, Саша тоже был рад моему прибытию в полк. Ну как тут не употребить клише : нашего полка прибыло. Или «ихнего»?

Сашу «забрали» в армию то ли на год, то ли полгода раньше. Кстати обратите внимание власти считали, что призывают, а народ говорил "забирают". Такая вот социалистическая реальность в разночтении ситуации.

Так я обрёл друга, да ещё и «старослужащего», - жизнь в армии уже не казалась столь одинокой.

Вскоре моё армейское существование обрело смысл. Пройдя присягу и прочие армейские формальности я добился желаемого, - попал в хозяйственную роту или, как её формально называли – роту обеспечения, в которой и служил Саша.

Теперь мы могли общаться чаще и унылое заключение, называемое службой, значительно скрасилось.

Здесь, мне кажется самое время немного отвлечься и рассказать как вопреки установке « жители Севера. – служат на Юге, а южане на Севере» Саша Раков остался служить в Одессе.

Секрет был прост. Самый старший, по званию и возрасту Раков - являлся полковником Советской Армии, долго служил в группе войск в Германии , где братья и выросли. Сам Раков -отец тогда служил на Кубе, и, поэтому, попросил своего сослуживца решить две проблемы: поставить в гараж при воинской части его «Волгу» и забрать в саму воинскую часть его сыновей. Так в полку оказался Саша, а вскоре и его близнец Толик.

Рота обеспечения представляла собой очень пестрый коллектив. Здесь проходила службу «элита», или попросту -  весь «подсобный» контингент полка.  Шофера, автомеханики, истопник, свинарь, повара, и... художник штаба Раков.

Когда-то Сашу «выдернули» из "учебки" в роту обеспечения ребята-музыканты раннего призыва. И точно так же теперь уже Саша выдернул меня в роту обеспечения". Где я был определён во взвод консервации техники . «Консервирование» полуразворованной техники являлось занятием глупым и скучным

Эта скука солдатских будней  доводила до тихого помешательства. Нужно было что-то срочно придумывать  иначе чувствовалось что до конца службы нормальным человеком не доживу. И мы придумали. Решили воскресить в части популярное в то время в стране движение называемое «художественной самодеятельностью». Конечно, если говорить честно, сам я это движение считал профанацией настоящего искусства и относился к нему с презрением. Профессионализм должен быть во всём. А тем более в искусстве. Но тогда, по зову Партии в искусство «ударились» заводы, фабрики, школы . Во-первых, чтобы не так сильно пили, во-вторых, чтобы были больше на виду, а не за зарытыми дверями собственных коммуналок и бараков. Так надежнее. Любая общественно значимая ячейка социалистического общества, должна было представить на смотр свои таланты.

Нет, таланты, конечно, встречались. Но в возах соломы эти иголки попадались крайне редко, а на профессиональную сцену они попадали ещё реже.

Итак, идея была , теперь осталось её «продать» нашему командиру по идеологии или проще говоря замполиту. Им оказался пожилой, начинающий полнеть еврей в чине подполковника со смешной фамилией Кричинивкер.

Явно находящийся не в своей среде, не пользующийся уважением сослуживцев и начальства, подполковник Кричинивкер как мне казалось, мечтал о пенсии и тянул свою вынужденную лямку. Возможно, он сожалел о дохрущёвских временах когда замполит представлял в армии всеядные органы, и сеял страх кто знает?

 Его усталые глаза выдавали потерянного, или не нашедшего своего места человека.

И, всё же, по армейской иерархии, обращаться следовало именно к нему.

Справедливости ради нужно заметить, что оркестр в части был еще до моего появления. Его репертуар составляли идейно правильные популярные песни советских композиторов. В грустно-бездуховном исполнении они навевали тоску и уныние.

Ребята, которые в нем играли вскоре «дембельнулись»,(демобилизовались). Ввиду дембеля «стариков» в оркестре части осталось всего 2-3-е ребят, включая Сашу Ракова. Но ансамбля объединённого единой идеей не существовало.

Идея «возрождения» самодеятельного ансамбля прошла на ура.

Так в полку  военной радиоразведки  Советской Армии возникла «своя» бит-группа.

Состав сейчас полностью не помню. Саша Раков соло и ритм гитара, Стас - ударные и кто то из «дедов».Позже, Толик Раков- бас-гитара и Геннадий Махров на ударных и замечательный соло-гитарист Вова Александров.

Мне, отвечающему за техническое обеспечение, купили тамбурин и выставляли на авансцену, для подъёма духа или попросту «завода» зажатой публики. И жизнь опять обрела смысл. Тягостное безделье заменила полная занятость.

Муторные политзанятия, ранее столь удручающе скучные, превратились в любимое времяпровождение. Именно на политзанятиях мы с Сашей Раковым сочиняли «новые, русскоязычные» тексты к любимым песням Битлз: Мишель, и Естердей.

Мы нашли «золотую жилу». При исполнении песни Битлз с русскими текстами мы объявляли авторов только по именам, эти имена, сами по себе не были на слуху у идеологических фильтровальщиков. Песни других групп, на английском, обязательно объявлялись как « песни протеста», что было приемлемо поскольку газеты писали о возрастающем недовольстве на Западе Вьетнамской войной.

Кстати, о войне во Вьетнаме. Как настоящие хиппи, мы войну искренне отвергали. Что и подтверждали лозунгами на наших новеньких шинелях. Не понимаете? Сейчас объясню.

Каждому солдату полагалось износить за два года службы два набора одежды. По прибытию новобранец получал новенькую форму. Дабы избежать путаницы и воровства на внутренней стороне специально выданной хлоркой вписывался номер военного билета. Этот номер солдат должен был помнить наизусть. А надпись хлоркой навсегда въедалась в ткань.

И всё же эти меры не всегда предотвращали то самое воровство, которое были призваны предотвратить.

Поскольку на следующий день после получения новенькой шинели новобранец появлялся в чём-то изрядно замызганно-потёртом, а старослужащий ("старик") по странному стечению обстоятельств становился в строй в новой шинели. А вот шинели Ракова и мою обходили стороной.

На внутренней стороне наших шинелей, всё той же хлоркой были написан лозунг:

Make love – not war.

Непонятное отпугивало. Эти писания оформленные цветами и знаками мира

сильно озадачивали жаждущих обновок «стариков». Ни нас, ни шинелей они не трогали.

Кроме того, им не очень хотелось связываться с двумя «политически правильными» - мало ли чего они могут натворить?

О том как мы стали «лидерами» политпросвета – отдельный рассказ.

Ничто не постигается так легко, как ложь и словоблудие. Двусмысленная во всех её проявлениях социалистическая действительность любила окружать себя хвалебным славословием.

На этом мы и решили «сыграть».

Недостаток в «наглядной агитации», устарелость лозунгов и прочие "отдельно имеющиеся недостатки"  мы отметили в частной беседе с помполитом. Устало-грустный, он только беспомощно развёл руками, сетуя на отсутствие самых необходимых вещей: красной ткани, красок, бумаги. Единственная ткань, которой я располагаю", - грустно констатировал он,- "...это портяночная."

По мере того как настроение помполита опускалось, наше с Сашей поднималось.

Дело кончилось тем, что за рулон портяночной ткани и освобождение от всяческих работ, мы взялись за еженедельное переоформление Ленинской Комнаты.

Ах, сколько зайцев было убито одним рулоном портяночной ткани.

Во-первых, появились лозунги типа: «Империалисты наглеют – воины будьте начеку».

Во-вторых, мы, нагло копируя «Крокодил» и Хэрлупа Бидструпа изображали кровожадных империалистов так, что КуКрыНиксы просто «отдыхали».

В третьих, мы получили возможность менять портянки чаще обычного. Чем заметно улучшили атмосферу в нашей казарме.

В остальном же - такая вот «хитромудрость» и политкорректность помогала нам заниматься тем что мы так любили – бит-музыкой.

О наших «шефских» концертах в отдалённых сёлах, заводских и студенческих клубах Одессы можно вспоминать долго. Много было занятного как это часто и бывает на гастролях.

Но закончить хочется просто эпизодом, который засел в памяти.

Новый Год в нашей воинской части встречали по выработанному годами шаблону.

Солдатам - небольшой концерт, затем танцы с приглашением девушек из близлежащего села. И это до часов так 11.

Затем, солдат отправляли спать, ряды стульев складировались где-то в углу, а их место занимали столы на которых офицерский состав выставлял приносимые с собой продукты и напитки. Конечно, литературно правильнее было бы сказать что на столы выставляли «яства».

Но поверьте, то что могли позволить себе эти полунищие лейтенанты и капитаны, яствами мог назвать только очень долго голодавший человек. Богатство воображения (а вернее, кошелька) жён офицерского состава не распространялось дальше варёной картошки с укропом, селёдки и салатов.  А безусловным главным блюдом являлась колбаса во всех её проявлениях. Офицеры победнее довольствовались сардельками или сосисками (разницу я так и не узнал) которые в это странное время так же являлись дефицитом. Зато квашённая или солёная (?) капуста имелась у всех.

О русские соления, как вы объединяли людей!

Подойти к столику сослуживца и выпить с ним было делом ординарным, а вот взять у него со стола что-то из закусок было как-то не удобно, - вот щепотка капустки или огурец – это святое дело. Тут и не попрекнут и совесть чиста поскольку урон не большой.
Признаюсь, я на застолье офицерского состава присутствовал впервые. Так что возможно могу в чём-то и ошибаться.
Итак: Новогодний Вечер, мы, «работники художественной самодеятельности» на сцене.
Солдаты отправлены спать, столы, в основном, накрыты, и принесённая каждой семьёй снедь распространяет по залу неподражаемый аромат, в котором доминирует укроп, чеснок и лук.
Мы повторяем нашу новогоднюю программу, - публика провожает Старый Год.
Репертуар таков: первое отделение Совпопса , второе – песни из репертуара Битлз, Ролинг Стоунс, Холлис.  Несмотря на то что в части служили офицеры знающие английский язык, мы объявляя очередную песню давали её краткий перевод. О боже, что мы там только не придумывали.
Песня Ролинг Стоунс Paint it black проходила как антидискриминационная, т.е. в защиту притесняемых негров.


Их же Satisfaction - о несогласных с политикой империализма:


Help Битлс - как крик о помощи борющихся против войны студентов. Мы наглели на глазах, чувствуя полную безнаказанность. Вот она, прелесть лет «застоя».Но это я понимаю только теперь. Тогда было чувство что вот кто-то сочтёт наш репертуар враждебной агитацией - и загудим мы по полной программе. Хочу признаться что в этот Новогодний вечер мы, т.е. оркестр о себе не забыли. Как водится, родители к Новому Году привезли всяких лакомств, а о горячительных напитках мы позаботились заранее – я притащил по такому случаю  бутылку коньяка,  кто-то - ещё одну. Пить самогон столь часто употребляемый в поездках не хотелось. Так что разогрев был хорошим. Как в зале, так и на сцене.И вот в такой «разогретой» обстановке, у нашего оркестра истощается репертуар советских песен, и он переходит на «сплошной» бит. Т.е. музыку явно «не нашего» содержания.

Но, настроение командно-офицерского состава поднятое на высоту принятых градусов, от этих ритмов только поднималось ещё выше. Стоящий у сцены начальник штаба с уже  красным как знамя полка лицом самодовольно посматривал на  танцующих, время от времени поворачивался к сцене и... требовал продолжения музыки.

Он чувствовал себя настоящим командиром веселья. А зал веселился довольно буйно. Танцевали все. Тут следует пояснить, что то «дрыгоножество» офицеров и их жен признать танцами было трудно. В офицерских училищах и академиях учили многому, но движение преподавали только строем. Поэтому перед нами была толпа людей извивающихся, дёргающихся и выделывающих самые несусветные «фортеля» под совершенно чуждую советскому человеку музыку.
И тут мы замечаем, что зал как-то «затуманился». Сначала мы приняли  этот «туман» за поднятую пыль. Но, вспомнив как выдраивали клуб к празднику –эту гипотезу отбросили. И тут кто-то из оркестра обратил свой взгляд на потолок. И нам сразу стало понятно происхождение «тумана». С потолка сыпалась пыль Старенькое помещение клуба в буквальном смысле рассыпалось.

Прыгающий в едином ритме офицерско-командный состав так растряс это хлипкое помещение, что оно запросто могло  обвалиться.

Но что делать? С одной стороны начштаба, приказывающий не останавливаться и угрожающий гауптвахтой. С другой – крыша, явно намекающая на возможность обвала.
Решение пришло мгновенно. Спасибо тебе товарищ Том Джонс. Твоя «Дилайла» спасла в тот вечер и клуб, и всех участников праздника. Вальс оказался менее популярен среди танцующих, чем ритмы Битлс. А распеваемое залом на грузинский манер «Вай, Вай, Вай, Дилайла» было менее опасным для ветхого клуба.

О этой встрече Нового Года потом ещё долго вспоминали «зауважавшие» нас офицеры.

Что они видели в своей жизни? Вонючие казармы, пьянки за закрытой дверью, дежурства, учения, ах да, - раз в месяц «давали» кино. Но и его могли посмотреть только те, кто не на дежурстве, учениях и самое главное, трезв.

Такая вот музыка получается. Незабываемая. Потому и написаны эти строки.

А о Раковых я еще расскажу. Чуть позже, еще не вечер.


Послесловие публикатора.

Т.к. речь в главе Элвиза идет об Армии, не могу обойтись без строевой песни.
Но... до того, как мы проводили Элвиза "во солдаты", когда в квартире, где нам удалось собраться было "фоно",  всю вторую половину шестидесятых звучала та строевая песня, которую в Советской Армии не пели. Мы же ее очень любили. Напомню ее и Элвизу и вам, дорогие читатели.


Но Элвиз меня зажег своим завершающим аккордом про "Дилайлу".
Сорокапятку "Дилайлы" или "сингл", как это принято писать сейчас, раздобыл впервые он, это случилось в год ее создания, в 1968-ом. На другой стороне сингла была “Green, green grass of Home”
 
Ее мы уже слышали, она появилась в версии Тома Джонса на два года раньше Дилайлы. Песня хорошая, что и говорить, но ничего потрясающего.
Впрочем, послушайте ее.
 


Но по-настоящему потрясла нас "Дилайла". Мы довольно снисходительно относились к попсе, ну разве что потанцевать с малознакомыми девочками, если есть где.

Но "Дилайла", хоть и попсовая по происхождению, удивила нас нешуточными страстями.

Мы поняли что лирический герой Тома Джонса шутить не любит; певец это подтверждал своим сильным трагическим баритоном и... текстом. Вот о тексте и напишу чуть больше. Имя "Дилайла", это "Далила" в русском варианте, та самая Далила из Библии, которая предала Самсона.
Библейский сюжет сейчас известен всем. И всем известно, что "Далила" - синоним "предательницы". Тогда... не все об этом знали.

Мы, честно говоря, не поняли, что это римейк рассказа из Библии. Но, все-таки, поняли, что Том Джонс поет серьезный текст.

Его содержание мы, несмотря на наш далеко не идеальный английский, поняли достаточно хорошо.
Было понятно, что это трагическая баллада о смертельной любви.

И вдруг... сюрприз.
Примерно через год после оригинальной "Дилайлы" мы слышим как в ящике поет наш Муслимчик.(Магомаев).

Поет он на знакомую мелодию какой-то приторно-сладкий сиропчик про "Дочь Шарманщика - Лайлу".
Наверное, нешуточные страсти оригинала демонстрировать было нельзя, мало ли что?
А вдруг после этой песни станет модным кидаться с ножами на изменщиц?

Тем не менее, в песнях, которые петь разрешалось, никаких таких безобразий не должно было быть, чай не Англия какая-то, а страна всеобщей любви и дружбы. Так появился слащавый текст про "Дочь Шарманщика - Лайлу".
Кстати, трагичность мелодии полностью не соответствует содержанию этого текста. Но никого это тогда не волновало. Кроме жалкой кучки отщепенцев, знающих о чем поет Том Джонс.

Увы, не взволновало это и Филиппа Киркорова, который уже в недавние времена снова спел не библейскую "Дилайлу", а все ту же дебильную “Лайлу”. Он и сейчас ее продолжает петь. Впрочем, ни он, ни его бывшая жена большим вкусом не отличались. "Пипл хавает", как сказал другой любимец публики девяностых, Богдан Титомир.

И все же. Песня не умирает, ее будут петь на русском и тогда, когда умрем мы.
Вот почему я надеюсь, что умрет, наконец, глупый текст про "дочь шарманщика"  Поэтому я сам попробую перевести текст.
Английского оригинала я не привожу. Я думаю, что он известен всем нашим читателям. Мой русский перевод немного вольный, но дух и смысл оригинала он сохраняет.
Итак:
 
Ночью увидел я свет из зашторенных окон.
Понял я - ты не одна
Был с тобою другой.
Как же жестоко
Злая судьба подшутила в ту ночь надо мной.

Почему, Дилайла,
Не пойму, Дилайла,
Я твоим рабом готов был стать.
Как же могла ты так подло любовь растоптать.
 
Ну а на завтра пришел я к тебе как возмездье.
В дверь позвонил, ты открыла
Был весел твой взор.
Ты улыбалась.
Нож мой был точен и скор:
Улыбку он стер.
 
Почему Дилайла,
Не пойму, Дилайла
Между нами выросла стена.
Если не мне, то лишь смерти ты будешь верна!

 




 

 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments