dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Доклад Тани Горлиной

Наиболее интересным на воскресном заседании для меня лично был конечно не мой доклад, а доклад Тани Горлиной, которая совсем недавно присоединилась к нашему клубу.
Напоминаю, что я о ней писал вот здесь:

https://dandorfman.livejournal.com/1587909.html

На последнем заседании клуба у нас появился новый слушатель, Таня Горлина. Я ее знал раньше, в отличие от остальных одноклубников, но я не знал об её общественной деятельности.
Оказывается, она - один из основателей группы "Education is not indoctrination" в либеральном пригороде Бостона, городе Ньютоне.
Она и еще несколько энтузиастов пытается бороться с засильем левацкой и антиизраильской идеологии в ньютонских государственных школах.
И как пример этой борьбы она рассказала о статье одного из своих единомышленников, Ильи Феоктистова. Статья была опубликована в общенациональном журнале "Федералист".


Вчера она рассказала о своем волонтерстве в ЦАХАЛь, Армии Обороны Израиля. И пригласила желающих присоединиться к ней зимой или ранней весной 2019-го года.
Мы - желающие. Она нам обещала дать рекомендацию. Без рекомендации не берут.


Я волонтер в Израиле

Таня Горлина


Волонтеры в Израиле: слева направо - Таня Горлина, Гордон, Света Шахнович

У меня была давняя мечта: после того как я выйду пенсию, поехать волонтером на военную базу в Израиле. В октябре прошлого года я подала заявление на Сар-Эль-программу - Помощь Израилю.

Программе Сар Эль (волонтеры для Израиля) основана в 1982 г., во время первой войны в Ливане, когда надо было убирать урожай, а все резервисты были призваны в армию.

Тогда израильские эмиссары (среди них был генерал Давиди, воевавший с Шароном в знаменитой 101 парашютной бригаде) отправились в Америку вербовать волонтеров; в первый заезд приехало 600 человек.

С 1984 г. организация начала действовать на регулярной основе. С тех пор приехало более 30 тыс. американских волонтеров. Я впервые узнала об этой программе от Флеры Бернштейн, с которой мы когда-то вместе начинали нашу эмиграцию. И подумала: вот уйду на пенсию, и поеду волонтером в Израиль. Тогда мне казалось, что до этого довольно далеко, но на пенсию меня отправили несколько раньше, чем я думала - но что делать, зарок есть зарок, собралась ехать.

Ехать одной, признаюсь честно, было страшновато. К счастью, на мой призыв откликнулась Света Шахнович, которой я конечно очень благодарна - вдвоем было намного веселей и интересней.

Мы прилетели в Тель Авив 2 февраля, и, как было нам предписано, надели майки с эмблемой Сар Эль и встали у киоска Swarovski. Там было еще несколько волонтеров; нас подобрали и повезли на военную базу. Это огромный комплекс недалеко от Тель Авива (более точных координат дать не могу — военная тайна). На территории комплекса находится 24 меньших базы, и на одну из них, Мацрап, нам и направили. Это центральная база, осуществляющая распределение медицинских препаратов по другим базам и военным госпиталям. В Израиле имеется 15 военных баз, где добровольцы служат от 1 недели до 3 месяцев и более.

Всего нас было 30 волонтеров, не только из Америки, но и из Англии, Франции, Италии, Канады, Мексики. Большинство конечно евреи — разной степени религиозности, в том числе и нулевой — но было и несколько христиан. Все очень интересные люди, так что у нас появилось много новых очень приятных знакомств. Возраст — от 20 до 85, но большинство хорошего пенсионного возраста, причем приезжают уже далеко не в первый раз.

Женщин было 8 (мы со Светой были самые молодые; но когда Света уехала, приехали две 20-летние девушки, и моя популярность среди мужского состава резко упала). Жили мы все в одной комнате; а вообще волонтеров размещают по 4-8 человек в комнате, нары 2-ярусные, так что кому-то приходилось карабкаться на 2 этаж.

Мы ходили в военной форме, питались в солдатской столовой (очень вкусно!). Распорядок дня военный: побудка в 6, завтрак в 7:15, 8 - подъем флага и исполнение Ха-Тиквы (не зря учила слова в Бостоне!), в 8:15 - политинформация: обзор международных новостей, который неизменно кончался информацией о курсе доллара и фунта (что было очень важно, тем более что ни доллары, ни фунты тратить нам было негде).

Работали мы с 8:45 до 5. Наша работа состояла в распаковке и перепаковке медикаментов и инструментов и комплектованию солдатских индивидуальных пакетов. Часть инструментов надо было отправлять на стерилизацию. Работа довольно монотонная, но весьма ответственная. Мы чувствовали, что наше присутствие носит не просто символический характер, но мы приносим реальную пользу. Мы были сначала удивлены тем, что в каждый медицинский пакет вкладывается ампула с цианистым калием. Но быстро поняли, что это - последняя защита от мучений солдата, который попадает в плен к извергам-исламистам. И такой набор медицины говорит о мужестве и силе духа израильского солдата гораздо больше всяких высоких слов. Правда, эти вложения делали не мы. а особо доверенный персонал.

База Matzrap также оказывает экстренную помощь странам, пострадавшим от стихийных бедствий. На базе у нас было только 40 солдат и 10 офицеров: практически все работы выполняются волонтерами. В первый же вечер начальник Matzrap посетил нас, чтобы поблагодарить волонтеров за их помощь Израилю и поддержку ЦАХАЛ. Он сказал, что без добровольцев они были бы не в состоянии сделать этот объем работы.

Вдохновляющей для нас оказалась дружба и общение с другими волонтерами, Практически у каждого из них очень любопытная биография, так что нам было очень интересно вечерами разговаривать. Много шутили и смеялись. У меня с армейскими шутками плоховато, но одну я все-таки из себя выдавила, даже перевела на английский, и имела некоторый успех. Многие ее слышали, но тем не менее: Разговаривают два старичка: "Помнишь, нам в армии бром давали, чтоб на девок не тянуло? Вот только теперь начало действовать..." Потом вспомнили другую, из времен шестидневной войны. С израильской стороны выкликивают имена: Мухаммед! - Я. Выстрел, наповал. Измаил!- Я. Выстрел. Саид! - Я. Выстрел. И так до вечера. На следующий день с арабской стороны зовут: Рабинович! Ответа нет. Целый день звали - безрезультатно. На утро следующего дня с израильской стороны вопрос: Кто вчера звал Рабиновича? - Я! Выстрел.

Помимо шуток и анекдотов больше всего нас сплачивало чувство товарищества и единства. У нас было общее понимание, что мы делаем доброе дело для тыла армии и помогаем IDF быть в состоянии готовности.

Каждый вечер после ужина было мы собирались вместе и часто приглашали гостей, среди которых были люди с впечатляющими биографиями.
Большим преимуществом нашей программы является то, что она дает вам ощущение, что героический время не прошло, что и сегодня герои существуют, и мы стояли плечом к плечу вместе с ними.

Одной из таких героев, а точнее — героинь была Кейла, совершенно очаровательная и невероятно храбрая девушка 19 лет. В первый раз она приехала в Израиль из Сиэтла в качестве «одинокого солдата» Армии обороны Израиля – так в Израиле называют иностранных солдат, не имеющих семьи в Израиле. Сначала она закончила курсы иврите, потом прошла интенсивную военную подготовку в Super Intensive и была принята в боевую часть, которая в частности занималась поиском и спасением пропавших солдат в Газе летом прошлого года. У нее был dog tag (личная идентификация) не только на шее, но и на внутренних сторонах ботинок. Она говорила об этом легко: если ее тело будет разорвано на части, то и тогда его можно будет идентифицировать. Когда Кейле дали месячный отпуск, чтобы поехать в Сиэтл на День благодарения, она почувствоала, что не может больше участвовать в посиделках со своими бывшими школьными друзьями – настолько пустыми показались ей их проблемы и разговоры после службы в армии Израиля.


Кейля (слева) и Таня Горлина
Каждую неделю мы уезжали на автобусе с базы в час дня по четвергам, нас привозили в Тель-Авиве. В воскресенье мы приходили на то же место автовокзала, на место сбора и возвращались на базу. У меня возникло ощущение, что в это время весь Израиль двигался отмечать Шаббат, а затем возвращался на дежурство. Интересно, что израильская реальность породила новое слово в иврите - Chamshush - "четверговая поездка домой".
В течение работы и свободного времени в вечернее время мы делились друг с другом нашими личными историями. мы как бы проживали еще одни жизни и это был для нас бесценный опыт.
Вот история Гордона из Англии. С конца семидесятых годов он был генеральным директором совета Синагог в Лондоне. Более десяти лет назад эта работа перестала его интересовать и его жена посоветовала ему уйти на пенсию, что он сразу же и сделал (ну, кто же может не послушать свою умную жену!).

Гордон занялся домашней кулинарией, всяким домашним хозяйством. Когда его жена два года назад умерла, Гордон переехал к своему сыну в Лондон. И вот тут Гордон начал делать то, что он и ранее любил делать: на добровольных началах помогать Израилю. Он сказал, что у него не хватало решимости эмигрировать, но теперь он будет совершать свою "маленькую алию" - приезжать в Израиль волонтером. Сейчас он приехал добровольцем вот уже девятый раз.
Матери Гордона, которой в 1938 году было 13 лет, повезло бежать из нацистской Германии вместе с семьей в Ливерпуль - то был последний транспорт с еврейскими детьми, который сумел уйти из Германии. Бабушка Гордона, известная пианистка, осталась со своим любимым роялем в Германии. В 1939 году бежавшая семья собрала в Ливерпуле достаточно денег для выкупа своей бабушки и ее рояля, без которого она не хотела покинуть Германию. Инструмент был отправлен в Голландию, а потом переправлен в Англию - и это произошло в первый день войны. Вместе с роялем прибыла и бабушка-пианистка, и вся семья собралась в Ливерпуле. Бабушка продолжила свою концертную карьеру в Англии.
Стив также из Англии, из протестантской семьи, но сам был вполне не религиозен. Он служил в британской армии, в конце 60-х годов находился в британской колонии в Иордании. Когда в 1967 году началась "шестидневная война" против Израиля , его подразделению было дано разрешение сражаться на стороне Израиля. Отряд пересек границу и боролся вместе с израильскими силами против арабских армий. Стив стал сионистом, большим другом Израиля и его Армии обороны. Он приезжает по программе Сар-Эль вот уже 25 лет.


Таня, Стив, Света (слева направо)



Зак, 33-х лет, из США (Нью-Джерси), из семьи евангелистов-сионистов. Он перешел в Иудаизм 3 года назад. Его рассказы о душевных поисках, которые привела его к иудаизму были очень вдохновляющими. Он решил совершить алию в Израиль и прошел интервью в Нефеш бе-Нефеш в Нью-Йорке. Интервью длилось 2,5 часа и было очень эмоциональным. Зак приехал в Израиль и стал работать в качестве добровольца на той же базе, где оказались и мы. К моменту моего отъезда он еще не получил ответа по поводу алии. Его показания под присягой были очень впечатляющими, он сослался на рекомендации двух раввинов, известных в Израиле, а также участника операции по освобождению заложников в Энтеббе. Зак надеется, что его ходатайство будет одобрено, но у него есть опасения, что его ходатайство может быть отклонено, поскольку его обращение в иудаизм было не достаточно ортодоксальным. В случае отказа он полон решимости обратиться к апелляционному суду. Кто знает, может быть, этот парень пробьет дыру в стене правил перехода в иудаизм из другой религии.

Во время моей трехнедельной работы наша группа два раза ездила в экскурсионные поездки. Одна была в Аялон, в секретный институт завода боеприпасов, другая - в Национальный еврейский фонд.
Здесь я хотела бы рассказать об институте в Аялоне, он находится в кибуце на территории в Реховоте.

В 1945 году британские власти установили запрет для доставки боеприпасов и любого оружия в Палестину, так возникло серьезное опасение в недостаче патронов. По этой причине в кибуце в Реховоте тогда же, в 1945 году на глубине 8 метров под землей был построен тайный завод для изготовления 9-мм патронов. Этот завод маскировался расположенным на поверхности обычным сельскохозяйственным кибуцем. Завод совместили с прачечной и пекарней, которые отстояли от патронного производства на 24 метров. Под стиральной машиной находился секретный вход на военный завод, и еще один такой же вход / выход под пекарней.


Завод работал в самые отчаянные 1946-48 годы в качестве секретного промышленного предприятия. Работали в полной тайне, его 45 рабочими были подростки и юноши- 17-19 лет, тщательно отобранные для этой секретной миссии. Всего за время действия завода было произведено более трех миллионов патронов для автомата Стерна - главного оружия еврейских комбатантов во время войны за независимость.


Внутри этого завода было солярий (бьюсь об заклад, первый в стране): рабочие не должны быть бледно-белого цвета, не должны были выделяться на фоне обычных жителей, когда они выходили из подземелья наружу в киббуц и смешивались с толпой. В солярии они приобретали обычный для этих мест загар.


Стиральная машина была очень шумной, и это радовало рабочих - ее шум перекрывал производственные звуки подпольного завода. В самом кибуце на нашлось столь много белья и одежды, чтобы загрузить машину, поэтому дали объявление о дешевой услуге прачечной по всей области, со всех сторон повезли белье и стиральная машина оказалась загруженной круглые сутки. Недалеко от завода проходила железная дорога и инженеры проводили испытания патронов только во время прохождения поезда.


Тайный лаз под стиральной машиной

Как-то произошел один драматический случай, когда одна из работниц прачечной (которые даже не подозревали, что за заведение находилось под прачечной), девушка 16 лет, вернулся к стиральной машине в тот момент, когда рабочие открыли лаз и выходили наверх через потайной ход. Девушку взяли для серьезной проверки, чтобы убедиться, что она смогла бы сохранить тайну даже под пытками или ... Ну да, что делать, именно "или. Она мужественно прошла через все испытания и стала работать на заводе. На этот завод в в памятные даты приезжают бывшие его рабочие и отмечают праздники вместе. Их становится все меньше, увы.
Эта поездка была для меня чрезвычайно важной, интересной и оставила глубокий след в моем сердце и душе.


Перед отъездом, Таня рассказывает о своем опыте Натану Щаранскому
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments