dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Я тоже вспоминал одесский футбол

Мы с Александром практически ровесники, он только на год старше. Понятно, что мы вспоминаем почти одно и то же.
Вся моя вторая книга была посвящена Одессе шестидесятых.
Вот глава из неё об одесском футболе.

Тем, чья молодость пришлась на шестидесятые
.


Песня шестая: Да здравствует футбол. Снова 1961-й.
Футбол шестидесятых. Гроссман.

Предлагаю вашему вниманию мой рассказ об одесском футболе шестидесятых.
Я постараюсь не повторяться, а отсылать читателям к интересным ссылкам. Т.е. я буду писать о своих впечатлениях. Кроме того, я приведу несколько интересных фактов о Гроссмане, главном фанате "Черноморца" шестидесятых.

Свой проект я начал с 1957 года. Примерно в то же время я уже старался ходить на стадион ЧМП в Парке Шевченко, когда там была игра.

Денег на билет у меня не было, поэтому существовали разные уловки как пройти мимо контролера, спрятавшись за взрослыми. Чуть позже, к году этак шестидесятому я уже успешно перелезал через забор. Забор не был сплошным, просто высокие металлические пики. Имелись свои технологические секреты, помогавшие преодолевать казавшееся таким грозным препятствие. Можно было еще прийти очень рано, до того, как на входе установят контроль, а потом прятаться где-нибудь в редких кустах уже на территории стадиона. Сам стадион был уникален. Уникален видом, который открывался с центральной трибуны. Противоположные трибуны были невысокими и перед зрителем как на ладони был весь Одесский залив с кораблями, которые "уходили в море прямо". С Маяком, уходящими в море молами, ну, в общем, такого вида по-моему не было больше ни на одном стадионе мира.
На заглавной фотографии главы стадион ЧМП.  Именно так он выглядел в шестидесятых.
На этой фотографии моря и кораблей не видно. Но я их прекрасно помню. Если корабль был чуть дальше от берега, а небо - без единого облачка, то и море становилось почти такого цвета как небо. Вот почему казалось, что корабль не плывет, а летит в небе над деревьями, как огромный дирижабль.
Тем не менее, всей это красотой я любовался в перерыве или перед началом матча.
Во время игры я смотрел на поле. Увы, не всегда мне удавалось проникать на стадион, даже когда были деньги на билет. Были такие игры, на которые билет купить было невозможно. Аншлаг! Сегодня в это трудно поверить, трибуны в лучшем случае заполняются наполовину. А тогда они могли быть забиты полностью.
Такое случилось и на самой великой игре 1960-го года, Сборная Одессы - "Интернационале". Одесситы встречались с командой из Милана, командой очень сильной. Одесское телевидение все-таки показывало матч по телевизору и я не отрывался от экрана, хоть у нас тогда еще телевизора не было, пришлось "пойти на телевизор" к Фимке, (Элвиc, к тому самому). У них в семье футболом не сильно увлекались, но выжить меня было невозможно, приходилось им меня терпеть и держать телевизор включенным. Жилая комната была одна, деться некуда было.
И вот, на экране "Рекорда" я впервые увидел эти полосатые футболки, в которые были одеты итальянцы. Таких футболок ни у кого из тогдашних советских игроков не было. Смотрелись итальянцы, конечно, шикарно. Тем не менее, удержать одесских форвардов, в том числе неуловимого Кота (Костю Фурса) они не могли.
Им вколачивали гол за голом. Одесситы тогда вколотили в ворота итальянцев сразу пять голов. После игры все бросились на улицу и я побежал на Жуковского, где шел поток болельщиков со стадиона. Еще фанаты шли по Греческой. При этом, поток этот шел не по тротуару, а во всю ширину улицы. Как на демонстрации.
Хоть веселись побольше, чем на демонстрациях. Пели, орали, некоторые даже пытались танцевать. Это был Великий Праздник. Весь город, казалось, сошел с ума. Даже те, кто никогда раньше футболом не интересовался. Это было что-то вроде бразильского карнавала. Ну, может меньше девушек в бикини. Но шума почти столько же. Я побежал навстречу толпе и, вклинившись в нее, продвигался обратное ее движению, чтобы подольше оставаться вместе с ликующими фанатами.
И мне даже тогда показалось, что у меня был билет и я видел игру на стадионе, а не на экране фимкиного "Рекорда".
Кстати у рубашек Бит-Клуба, которые вы видели на фотографии была такая же расцветка как и у футболок игроков "Интера".
Примерно такое же ликование мы испытывали и в следующем году, когда одесситы выиграли у знаменитого Фламенго из Рио-де-Жанейро. Этот клуб был командой великого Гарринчи и основным соперником "Сантоса", в котором играл Пеле.
Т.е. Черноморец выиграл (со счетом 4 : 2) у второй клубной команды Бразилии!
Во как!!! Увы, тогда обе одесские команды Черноморец и СКА (болельщики называли армейский клуб по его первому названию "ОДО" - Окружной Дом Офицеров) в Высшей Лиге не играли. Тогда Высшая Лига называлась - Класс "А". Одесские команды играли в классе "Б", хоть и выигрывали у бразильцев и итальянцев.
Но страсти все равно кипели. И почти весь пыл фанатов тогда уходил на противостояние между двумя одесскими командами, Черноморцем и ОДО.
Фанаты Черноморца называли фанатов армейцев - "мобутовцами", а те фанатов Черноморца - "утопленниками", так же как и саму команду.
Мобуту был реакционным конголезским генералом, который тогда вовсю обижал прогрессивного Патриса Лумумбу, большого друга СССР. И поэтому газеты об этом Мобуту тогда писали очень плохо. Вот фанатов ОДО и обозвали мобутовцами.
Мобутовцем был и один из тех, кто сейчас принадлежит к моим самым близким друзьям, Геннадий Мальцер, с которым мы стартовали в 2000-м сетевой литературный конкурс "Золотой Дюк". Потом он женился на самой близкой подруге моей жены, но я его знал раньше. Откуда? Да с Соборки, конечно. Т.е., с клуба фанатов на Соборной Площади или, как его еще называли, "Клуба под Каштанами".(а не  “…под Платанами”, как ошибочно написала одна молодая одесская журналистка)
Я там пропадал часами и спорил с фанатами ОДО. (Я болел за Черноморец) Гена тогда тоже со мной ожесточенно спорил на Соборке, так мы и познакомились.
Про Черноморец и его игроков в Сети много написано. В частности, о самом известном в начале шестидесятых нападающем команды, Константине Фурсе по кличке "Кот". Коту полагалось мяч обязательно украсть у соперника. А не пыхтеть и толкаться, как это делали нападающие таранного типа (тот же Двоенков, по кличке "Дубина") правда, кличку эту ему дали "мобутовцы".
Иногда Константин Фурс работал не на результат, а на публику. Он хотел мяч не отобрать в обычной борьбе, рассчитывая на скорость и технику, а непременно как-то очень хитро и зрелищно. Т.е., от него ждали шоу и он хотел соответствовать.
Увы, когда он увлекался именно шоу, а не игрой, игрок из какого-нибудь Донецка или Харькова спокойно отбирал у него мяч по-простому и гнал его дальше к воротам "Черноморца". Разве эти харьковчане могли понять, что такое футбол как зрелище? Им бы лишь бы голы забивать. Впрочем, многие игроки "Черноморца" шли по неверному пути Кота, старались выкинуть что-нибудь этакое. В результате, мяч оказывался отнюдь не в воротах приезжих. Но одесситы знали толк в настоящей красоте игры и не очень обижались на своих кумиров за неудачи. Кот был маленького роста с очень кривыми ногами.
Вот фотка где он вместе с защитником Черноморца и его капитаном, Юрием Заболотным.


У Заболотного была кличка "Курица". Почему "Курица", я уже не помню.
Он играл на левом фланге, т.е. вторым номером. А четвертым уже справа играл Алексей Елисеев, по кличке "Хирург".
Вот про "Хирурга" я знаю. Считалось, что Елисеев бьет по ногам и даже иногда травмирует соперника. Отсюда и кличка. Но... если честно, Хирург был невинным младенцем по сравнению с нынешней жесткой игрой современных защитников.
Так что если он был "Хирургом", то сегодняшние, не иначе как "Костоломы", все как один. Про тогдашний Черноморец и его игроков, про противостояние Черноморца и ОДО вы можете прочесть здесь:
http://www.chernomorets.odessa.ua/?name=history
Но про клички там ничего нет. Это все из головы.
И про Клуб под Каштанами я бы хотел добавить то, что нигде не написано.
Но это чур, только между нами, выдаю великую тайну. Там, на Соборке, говорили не только о футболе. Это был одесский Гайд-Парк. Может быть нигде больше в СССР
люди так свободно на улице не высказывали свое мнение. Потому что о политике на
Соборке тоже говорили, да еще так говорили, что нe надо было никакого Солженицына читать. Свои первые уроки нелюбви к коммунистическому режиму я получил именно там, на нашем Гайд-Парке. Что странно, никого за эти разговоры не забирали. Были ли там сексоты? (секретные сотрудники). Кончено были, они тоже были фанатами и приходили говорить о футболе. Но... они никого не закладывали, только так я могу объяснить то, что никаких неприятностей у завсегдатаев Соборки за опасные разговоры все-таки не было. Впрочем, время от времени городское начальство решало Соборку разогнать. Мол, мешают культурному отдыху. И вообще, где это видано, чтобы собирались больше трех без разрешения.
На Первомай или на 7 ноября, так не затащишь на демонстрацию, приходилось отгулом заманивать. А тут сами до поздней ночи торчат. Безобразие. Стало быть, разойтись. И начинался цирк. Ленивый милиционер подходил и лениво предлагал разойтись. Фанаты обещали и действительно с того места, где стояли или сидели на скамейках, расходились. Но переходили они в другое место, в метрах пятнадцати. А там продолжали разговор, как ни в чем ни бывало. И тут оказывалось, что тот же самый милиционер уже от них ничего не хочет. Он почему-то требовал разойтись только один раз. Второй раз он уже не подходил и ничего не требовал. Откуда такое благодушие, я до сих пор не знаю.
Неужели только от лени?
Главным человеком и на Соборке и на трибунах был Гроссман. Он был самым известным фанатом Черноморца. Кроме того, если для других Черноморец был только частью жизни и про них можно сказать словами из песни про Одессу:
"Есть у меня другие интэрэсы", у Гроссмана других интересов не было. Черноморец , а до его появления, "Пищевик" и Одесское "Динамо" и были его основным жизненным интересом. Про Гроссмана есть много материалов. Вот как выглядел Гроссман в начале шестидесятых.


Он - в центре, прямо над ним возвышается знаменитый футбольный комментатор тех лет, Николай Озеров. Человек, который был тогда в СССР популярен примерно так же, как позже Алла Борисовна Пугачева.
А что нового я узнал про Гроссмана, кроме того, что написано о нем в Сети? Я спросил у Полины Львовны (так зовут тещу Элвиза) чем все-таки Исаак Гроссман зарабатывал себе на вполне безбедную жизнь. Ответ ее меня удивил:
- Он разрешал споры между артельщиками и цеховиками. И проигравшая сторона ему платила.

Т.е. Гроссман оказывается был подпольным судьей на подпольных арбитражных судах. Ведь частного бизнеса как бы не существовало в СССР. Но это как бы.
На самом деле, он был. И так как официально его не существовало, а проблемы его реального существования приводили к столкновениям и конфликтам, именно Грассман и был арбитражным судьей. Это еще одно советское чудо: не только подпольные фабрики, но и подпольный арбитраж.

Про самого Гроссмана еще можно прочесть вот здесь и не только здесь.
http://www.chernomorets.com/read.asp?seq=11571
Там не только про Гроссмана. Там и про Кота и про "мобутовцев" и про "Утопленник".
Почитайте, интересно. Ну, во всяком случае, тем, кто из того времени - интересно. Что-то ведь и забывается.

А на этой фотографии из моего семейного альбома можно увидеть пляжную футбольную команду образца 1953-го года. Можете сами посчитать, в шеренге - 11 игроков, как и должно быть. Часть игроков этой команды имеет отношение к автору этих строк. Ну а те, кто просто знает некоторых из них, могут попробовать отгдадать:
Кто есть кто?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments