dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Хроники Лейтенанта Рыбкина.


Я поставил в предыдущей записи сухую информацию о танкистах, погибших во Второй Ливанской.
Но потом понял, что мне надо все-таки познакомить вас со свидетельством очевидца, очевидца, который вернулся с этой войны живым.
И не просто очевидца, а очень талантливого и наблюдательного очевидца. Я уверен, что автор того, что вы прочтете замечательный писатель.
То, что я читал, когда впервые прочел этот текст, напоминало мне силе воздействия на читателя и яркости языка "Севастопольские рассказы" артиллериста Льва Толстого и его же "Хаджи-Мурат".
Текст этот пришел ко мне по e-mail-у. Автор прислал его с вопросом, что я думаю о его литературной состоятельности?
Я ответил, что очень давно не читал ничего подобного. И спросил, можно ли его попробовать где-нибудь опубликовать?
Заодно я его спросил автора текста, как его зовут?
Имя свое он не назвал, сказал, что в тексте есть персонаж, которого зовут Лейтенант Рыбкин, вот под таким именем пусть и публикуют, те, кто захочет. Похоже, что автор текста явно отсылал себя к повестям Станционного Смотрителя Белкина, по созвучности фамилий. Я отправил текст в Новый мир. Главред Андрей Василевский мне ответил, что автор его - талантливый человек, но публиковать они этот текст не будут по причинам от литературных достоинств его не зависящим.
Больше я никому не предлагал текст Лейтенанта Рыбкина.
И только сегодня в связи с моей предыдущей записью предлагаю отрывки из этого текста, (по объему он равен повести средних размеров) вам, читателям моего ЖЖ:

Вторая неделя войны выдалась особенно горячей. После довольно жеcтокого боя несколько танков пришлось отбуксировать в тыл, перед окончательной отправкой на ремонтный завод.
Так я попал на одну из ПРМ (полевые ремонтные мастерские), фактичестки подчиненную мне, но до этого ни разу мной не посещенную. Ремонтная база распологалась в относительном тылу недалеко от полевого госпиталя.
Заполнив все необходимые для транспортировки танков бумаги и пообщавшись с народом, пошел в госпиталь, проведать зацепленного в недавней свалке приятеля.
У госпитальной палатки, сидя на корточках, курили два бородатых доктора, на их лицах было написано "да пошло оно все". Борода одного из них была рыжей, другого черной.
"Черный с Рыжим,"- улыбнуло меня.
"Здорово, мужики,- пожали руки.- Капитан С. все еще в ваших лапах?"
"Полчаса, как сбежал."
"Ну, раз сбежал, значит в порядке"
Доктора криво усмехнулись.
Черный доктор обратил внимание на грязную повязку на моем запястье.
"Вены резал?"
"Ага, зубами грыз."
"Перебинтоваться не хочешь?
"Херня, на мне заживает как на собаке."
"Ну-ну, не о тебе забочусь, это мне, ежели что, потом придется эту руку резать... по самые яйца."
За что люблю военврачей, так это за их отношение к жизни.
Потрепавшись о том, о сем с докторами, я уже было собрался возвращаться к своим,
как раздался шум приземляющегося вертолета и пришлось еще на пару минут задержаться пока лопасти остановятся. Не хотелось делать круг, обходя вертолетную площадку.
Лопасти остановились, из вертолета выскочила миловидная женщина в военной форме и направилась в нашу сторону.
Успокоенная, казалось, давно дремавшая "самцовость" как-то вдруг пробудилась и мгновенно поставила меня в стойку: плечи расправились, на лице нарисовалось серьезное и многозначительное выражение.
Господи, куда девался почти трое суток неспавший майор: небритый, весь в пыли и мазуте.
"Кто такая?"- Спросил я у докторов.
Черный хмыкнул и прикурил от своей же сигареты, давая тем самым понять, что все, разговор закончен.
Рыжий поднял на меня глаза.
"Ты слыхал о мясорубке в ... три дня назад?"
"Еще бы! Я одним из первых там под раздачу попал."
"Ну вот, она там четверых пацанов из пекла на себе вытащила."
И тут же вся моя "гусаристось" куда-то улетучилась, на твердой земле снова стоял пыльный, небритый майор. Ком подкатился к горлу.
Женщина подошла к нам и, улыбнувшись, что-то быстро стала рассказывать Черному с Рыжим. Суровые складки на лицах врачей разгладились и они, как два кота, довольно жмурясь, согласно кивали головами в такт произносимых женщиной слов. Я стоял в легком оцепенениии, ужасно хотелось что-то ей сказать, чем-то выразить свое восхищение ee мужеством, но, как назло, в горле стоял
проклятый ком, не давая выдавить из себя, даже одного слова.
Простояв возле говорящих какое-то время, я сделал шаг к женщине
и поцеловал ей руку, единственное, на что был способен в тот момент.
Она удивленно уставилась на меня.
"Спасибо, доктор," - полупрошептал я, большегo произнести не смог.
Кивнул докторам и пошел к своим танкам. Ноги были ватными, в голове
стоял шум, как от легкого опьянения.
..........................

На горной дороге, ведущей к деревне, встали два танка. Сначала подбили головной, а затем, рaсстреляв попытавшийся прийти на помощь второй экипаж, добили и замыкающий. Расстреляли из "Вампиров" (РПГ-29), так же, как когда-то пещерные люди забивали камнями попавших в ловушку мамонтов.

Операцию по эвакуации машин и экипажей спланировали быстро и без детальных проработок. На подробное планирование времени не было, в штаб поступили сведения, что к этому месту движется крупный отряд Хизбаллы. Обстоятельства могли быть и хуже, но боевики перемещались, скрываясь в потоке беженцев, что ограничивало их скорость. Однако и у нас "на всё про всё" было не более 4x часов. Командовать операцией поручили майору-"самсоновцу"*
"Рад познакомиться, Ахм-Фахм."- в глазах майора мелькнула улыбка.
"Вообще-то, Ухм-Фухм**,"- ответил я, пожимая ему руку.
План был прост: спецназ, атакует деревню отвлекая силы боевиков, а мы, под прикрытием дымовой завесы, вытаскиваем тела и технику.
-------------------------------------------------
* Шимшон (Самсон) - один из "спецназов" АОИ, в котором автор провел нехудшие годы.
** Ухм-Фухм - армейское прозвище автора, столетней давности. Происходит от названия арабского населенного пункта Умм-эль-Фахм.
--------------------------------------------------

Короткие сборы. Просто и буднично: ты, ты и,"как тебя там ты". Сформировал колонну и двинулись.
В точке сбора нас усилили "самсоновским" взводом во главе с молодым лейтенантом, похожим на меня самого лет 15 назад.
Я ему подмигнул, но лейтенант, кажется, истолковал моё подмигивание по-своему и моментально отвернулся.
"Засранец,"- улыбнулся про себя и дал отмашку на движение колонны.
По мере приближения к месту выгрузки, я почувствовал страх. Когда шло обсуждение и подготовка операции я ничего не ощущал, но сейчас, сидя в головной машине, перестал чувствовать руки и ноги, губы пересохли, а сердце бешено колотилось. Захотелось заорать, что б привести себя в порядок, но рядом сидел водитель, и я сдержался, только откашлялся и матюкнулся:
"Б..кая пыль, все горло забила."
Показать солдату свой страх- завалить дело.
Я, конечно, трус, но трус с комплексами, они-то и загоняют в критический момент страх, не позволяя поддаваться этому чувству и, наверно, где-то выручают меня.
Бросил взгляд на карту.
"Через 100 метров поворот,- голос был спокоен, хотя тяжесть в груди не отпускала.- За поворотом проедешь еще 100 метров и тормози."
С этого места начиналась активная фаза операции. Пока два тяжелых танковых тягача съезжали с платформ траков, разведчики ушли вперед. По их указанию я должен был начинать движение. Еще несколько томительных минут и "понеслась гармонь в растяжку": стрельба, взрывы и команды в перемешку с матом по рации.
"Четвертый. Тащи посылку" - дождались.
Я направляющий, за мной тяжелый танковый тягач, за броней которого прячутся ремонтники. Сейчас выйдем из-за скалы и начнется "диснейленд". Ко мне подбегает один из разведчиков, делает знак "чисто". Даю отмашку ускорить движение.
Бой идет сверху и слева, а тут на тропе кажется тихо. Спецназовцы лейтенанта уже оттащили от простреливаемого участка тела двоих танкистов и заняли позиции за броней танков, но пока по нам не стреляют.
Два ремонтника входят в танк через десантный люк, им надо вытащить тело водителя и попробовать завести машину. Если получится, мы сменим трак и сможем самостоятельно уползти.
“Ну давай, девочка, заводись". Есть, танк откашлялся черным, вонючим, но таким вкусным в этот момент дымом, и завелся. Смена трака - норматив. Работаю кувалдой и не чувствую усталости. Еще одно звено - готово. Хочу дать отмашку тягачу на отход, но руки перестают слушаться, просто висят как плети. Ору одному из своих:
"Отводи танк и тащи тягач для второго".
За поворотом скрывается тягач, а затем танк. Через пару минут тягач снова появляется на тропе и ползет к первому танку. Слава Богу, пол- работы сделано. Мышцы рук все еще болят, но я уже могу ими действовать. Мой механик пытается завести и эту машину, но тщетно.
"Вытащим,"- подумал я и в этот момент сверху по нам ударил пулемет. Одним прыжком оказались за спасительной броней танка и тягача. Спецназовцы ответили из подствольников и на какое-то время на тропе снова стало тихо. Хотя звуки боя из деревни все еще доносились, голос "первого" стал спокойнее. И тут снова ударил пулемет и как раз в пространство между тягачем и танком. Три простреливаемых метра, а подойти ближе тягач не может,
рельеф мешает. Спецназовцы действовали четко, но полностью нейтрализовать угрозу не удавалось. "Брестская крепость, блин!”
"Первый" свою задачу выполнил и, понятно, что не будет лишний раз рисковать людьми, тут придется самим. А самим - это значит мне, а я тоже не могу пацанами рисковать. Задача, казалось бы, не из сложных: преодолеть три простреливаемых метра, снять трос и преодолеть эти же три метра с тяжеленным тросом, зацепить танк и успеть спрятаться за броню. Прикинул, не меньше двадцати секунд потребуется.
Перекатился к лейтенанту:
- Мне нужно 20 секунд.
- Принято.
Бронежилет придется снять, в нем, конечно, поспокойней, но сковывает движения, а тут каждая секунда дорога.
Вдох, выдох, "Шма Исраэль", покатился. Спецназ и мои лупили по огневой точке Хизбаллы из всех стволов, а отвечали ли им не знаю, в те секунды я думал только о "блядском тросе" и -"давай, сука, накидывайся"- эвакуационном крюке.
Готово. Закатился за танк и дал отмашку тягачу. Под прикрытием танка отходили, а пулемет снова ожил, а может это я его только сейчас стал слышать.
Завернули за скалу, тут нас уже не достанут, и доложились "первому":
"Посылку получили".
Он дал команду отходить. Первый трак с танком уже ушел и нам оставалось затащить второй танк, погрузить тягачи и уходить. Пока грузились, спезназ под прикрытием дыма минировал дорогу, на случай если попытаются догнать.
Тронулись. Теперь я был в замыкающей машине и все время смотрел в зеркало заднего вида. Но все прошло спокойно, добрались без приключений.
Когда, после доклада, я вышел из штабной палатки, у траков с танками уже находились представители военраввината, доставая и укутывая тела танкистов.
Ко мне подошел командир спецназа - "первый":
“Акула не зря рекомендовал тебя на операцию. А я отбрыкивался - 2 майора в одном деле. Но все прошло по-акульи."
"Джулиан Акула? Он же сто лет как вернулся в свою Австралию!"
“Можешь так считать,"- усмехнулся "первый”, вскочил в свой джип и скрылся в пыли.
А я побрел к своим ремонтникам, дел было невпроворот.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments