dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Categories:

Николай Васильевич Гоголь (4)


"Евреи род строптивый и лукавый‚ враги христиан"
(Гаврила Романович Державин)

Originally posted by kiebitz at Николай Васильевич Гоголь (4)
Начало здесь:
Николай Васильевич Гоголь (1)
Николай Васильевич Гоголь (2)
Николай Васильевич Гоголь (3)
Очерк третий.
Гоголь и евреи - жители Украины.


...Янкель ... уже очутился тут ... и сильно обозначил своё жидовское присутствие в той стране.
Н.В.Гоголь «Тарас Бульба»
Державин (когда утверждал, что его следует судить не за слова, а только за дела)
был не прав... Слова поэта уже суть его дела.
А. С. Пушкин.


Третья часть моего рассмотрения, на первый взгляд, не может содержать ничего нового, ничего интересного.

То, что Гоголь, помимо своих других незаурядных качеств, был «выдающимся» антисемитом, известно всем. Почему об этом его качестве, несмотря на его широкую известность, всё равно надо писать, я своё мнение изложу позже, а пока что я решил расширить эту тему и написать на основании открывшихся мне фактов, как жили евреи на Украине, что называется, с самого раннего времени и вплоть до гоголевских дней. Надеюсь, что Вы, читатель, найдёте в моём повествовании много ранее Вам неизвестного и достаточно интересного. Ввиду большого объёма, я решил разделить содержание этого очерка на следующие части:



Очерк третий. Часть первая.
Жизнь евреев в Польше и на Украине, изложенная на основании еврейских источников (а также официальных документов).


Интенсивное переселение евреев в Польшу из европейских стран происходило с 13го века. Прибывшие были беженцами из западной Европы, которую начиная с 11-го века, словно чума опустошали крестоносцы, которые нескончаемыми толпами шли на восток в Святую Землю, сметая всё на своём пути. В первую очередь уничтожались, конечно, евреи, как некая разновидность неверных, за которыми (о радость!) не надо было далеко ходить и которых можно было почти безнаказанно грабить и убивать, в отличие от воинственных арабов.

[ Следует отметить, что Гоголь был в этом вопросе другого мнения. В статье, представляющей собой конспект прочитанной им университетской лекции он объявлял крестоносцев почти что святыми и утверждал, что (цитирую) «ни одно низменное желание, ни одна корыстная идея не омрачала души этих людей». Конечно, рассматривая эту ситуацию, можно без труда понять, что огромная беспорядочная толпа, которая если не в военном, то в численном отношении составляла главную часть «священного воинства», буквально не имевшая средств к существованию, вынуждена была грабить хотя бы для того, чтобы питаться. Но Гоголь, как мы с Вами знаем, умением логически мыслить не отличался.]

А когда в результате происшедшего разрушения и контактов с восточными народами в Европе разразилась настоящая чума, в её распространении обвинили евреев, которые, согласно общему мнению, не то вызывали её своим колдовством, не то отравляли колодцы. Евреям приходилось бежать.

В Польшу евреев пригласили короли. Из хроник известно, что в 1264 году их призвал король Болеслав Благочестивый.


Эта картина Яна Матейко называется: "Прием евреев в Польше"

Подобные же приглашения рассылали позднее Казимир Великий, царствовавший в 1333 - 1370 гг и Казимир IV (1447 – 1492 гг). Евреям, приезжавшим в страну, отводились места для проживания, предоставлялось государственное подданство и мещанское звание, право заниматься ремёслами, торговлей, сельским хозяйстом.

Вначале всё шло хорошо. Предоставленные права и положение «королевских» подданных давали вновь приехавшим широкие возможности вести обеспеченную и достойную жизнь. Но вскоре начались трудности. Местное население, чувствовавшее на себе результаты конкуренции, в которую вступили с ними новые поселенцы, относилось к ним с неприязнью. Эта неприязнь, усиленная религиозным отчуждением, переходила в открытую вражду, не раз приводившую к кровавым столкновениям. Наряду с этими, так сказать, прямыми боевыми действиями, шла непрерывная словесная война. Каждая сторона осыпает противную обвинениями и оскорблениями, объявляет её причиной всех бед. При этом вот что интересно: события те и другие излагают однозначно и противоположны лишь в своих оценках и выводах относительно виновности сторон. Мною будет дан обзор и тех и других источников, с привлечением, конечно, фактических материалов. Начну, в соответствии с заглавием, с изложения точки зрения самих евреев.

Евреи, приехавшие в Польшу, активно включились в её хозяйственную жизнь. Осевшие на земле и занимавшиеся сельским хозяйством вели его прогрессивными методами, внедряли новые культуры и следили, чтобы продукция не залёживалась, а находила сбыт. Больших успехов достигли ремесленники. Вот что об этом сообщает книга «История российских евреев» (сообщение относится к периоду 1800 – 1810 года, когда Польша уже была в составе России, но является достаточно убедительным). Цитирую: «...преобладали: портные, сапожники, скорняки, ювелиры, но встречались и столяры, плотники, токари, медники, белильщики тканей, кузнецы». Широко развивали свою деятельность торговцы, которые не только заключали крупные сделки на ярмарках, но также разъезжая по стране, посещая малые города, усадьбы помещиков и сёла, выполняли за небольшую приплату индивидуальные заказы, избавляя хозяев от необходимости ездить за покупками. Лица, связанные с финансовыми операциями, создали разветвлённую и исправно функционирующую службу. Каждый, заинтересованный в каком-нибудь торговом или промышленном предприятии, мог получить кредит и сделать безопасно денежный перевод не только в Польше, но и в пределах всей Европы, что несомненно способствовало развитию торговли и промышленности в стране.

Отмечались успехи и в общественной жизни еврейского населения. Их непосредственно подчинение королю и причисление к мещанству (а самых богатых из них – к купечеству) надёжно защищало от перевода в крепостное состояние. Это положение стало ещё надёжнее, когда, снова по королевскому указу, было введено самоуправление и организована в каждом местечке с пригородами еврейская община (кагал). Задачей, с точки зрения создавших её властей, была коллективная ответственность населения и уплата налогов; после перехода этой местности к России сюда была добавлена и рекрутская повинность. Однако, выполняя все эти обязанности, община занималась и своими делами: сбором общественных фондов, благоустройством посёлка, содержанием в нём синагоги и школы, раздачей милостыни бедным, а в необходимых случаях – обращения к представителям власти, отправка ходоков и т. п.

Всё вышеуказанное способствовало увеличению еврейского населения в Польше. Помимо королевских указов, которые, как было сказано выше, приглашали в страну евреев более чем в течение двухсот лет, этому способствовал и естественный прирост, связанный с положительными чертами еврейского быта и семейных отношений.

Согласно господствовавшему менталитету мирная семейная жизнь считалась счастьем, к которому все должны были стремиться. Не хочу утверждать, что такое поведение было всеобщим; пьяниц гуляк, забывших свои обязанности перед семьёй и всякого рода прохвостов среди евреев тоже хватало, но господствующее мнение, которое распространялось на людей любого общественного и материального положения, категорически осуждало такое поведение. Все члены общины от последнего нищего до первого богача и раввина стремились вести, по крайней мере, внешне, порядочную жизнь, а детей, в особенности сыновей, всегда считали божьим благословением. Какой контраст с польскими нравами, где каждый дворянин открыто гордился своими победами «на стороне», а значительная и авторитетная часть населения, - духовенство, - вообще всю жизнь оставалась безбрачной и бездетной! (Опять – таки, не хочу утверждать, что так было на самом деле; наверное, было много людей, в том числе и дворян, которые вели трезвую жизнь и хранили супружескую верность и были повесами только на словах и было немало священников, которые держали при себе служанок и ключниц, «осчастливливали» их детьми и не бросали, несмотря на папские запреты. Но таков был господствовавший менталитет).

Образцом польской дворянской удали и дворянской чести может служить занесённый в историю случай, когда некий «шляхетный» пан Чаплинский ворвался в хутор своего соседа Хмельницкого и, пользуясь отсутствием хозяина, до смерти избил его малолетнего сына и увёз жену. Жалобы Хмельницкого судьями не были услышаны; они, видимо, считали подобные действия не заслуживающими порицания, а может быть и похвальными. О последующих событиях, потрясших всё государство, рассказывать не буду; отмечу только, что подобные «подвиги» не способствовали росту населения и его благосостоянию.

Сохранению и росту еврейского населения способствовали и строгие гигиенические правила, принятые в еврейском быту. Здесь и указания на разделение продуктов на «чистые» и «нечистые» и строгие правила приготовления и раздельного употребления еды и напитков, мытья и чистки посуды. Генеральная уборка помещения (накануне религиозных праздников) предписывалась несколько раз в год. Баня в еврейском посёлке была так же обязательна, как и синагога. И, может быть, самое главное заключалось в том, что соблюдение этих строгих правил находилось под неустанным наблюдением раввинов, которые преподносили всё это своей пастве как род религиозных заповедей, исходящих из Пятикнижия – Торы, а следовательно, от самого господа Бога. Какой контраст с жизнью и обычаями христианского мира того времени (в том числе и Польши)!

Особенно примечательной в этом отношении была жизнь дворян, имевших, казалось бы достаточно средств и времени, чтобы содержать себя в чистоте. Знатные дамы умащивали тело дорогими благовониями, а обычая умываться у них и в помине не было. Не отставали от них и благородные мужчины. Лишь в XVIII веке в Париже, тогдашнем культурном центре Европы, король Людовик XV стал ежедневно (!), восстав ото сна, вытирать лицо полотенцем, смоченным холодной водой. (Знатные дворяне – графы и герцоги, с гордостью носившие титул «подавателя мокрого полотенца», участвовали в дворцовых интригах и важнейших политических событиях, благодаря чему этот курьёз попал в историю). Что же говорить о польских дворянах XVI го века? Среди них нередок был какой нибудь знатный пан, щеголявший в расшитом золотом кунтуше и носивший под ним разваливающуюся на куски рубаху. В такой же грязи жили и представители духовенства. Все эти аббаты и прелаты, бдительно оберегавшие своих прихожан лишь от духовной нечистоты, конечно же не следили, чтобы их чада регулярно мыли посуду и ходили в баню.

В результате количество евреев в Польше стремительно росло, как в абсолютном, так и в процентном отношении. Как сообщает книга «Жизнь евреев в средние века», изданная в США как факультативный учебник для еврейских детей, количество евреев в Польше за 150 лет начиная с 1500 года выросло в 10 раз.

Вместе с этим увеличением росла и ненависть и желание противодействовать этому процессу. Причинами были этническая и религиозная неприязнь, зависть и боязнь конкуренции.

Первыми перешли в наступление помещики. Наступление, собственно говоря, они вели на всех местных жителей, без различия национальности. Они обременяли их налогами и поборами, лишали прав и в конечном итоге делали своими крепостными. Но евреев закрепостить было нельзя. Конечно, и они полностью зависели от местного пана и сверх государственных, положенных законом, платили ему назначенные им (часто очень большие) суммы и выполняли отработки. Но дальше этого не шло. Евреи подчинялись воеводским или непосредственно центральным властям и считались особым сословием. В то время как оказавшийся под властью помещика простой поляк должен был в индивидуальном порядке доказывать, что он является потомком таких-то казаков или вольных крестьян и разыскивать документы, подтверждающие их привилегии, еврей, даже многие годы проживающий в отрыве от своих соплеменников на земле, которая была (или стала) собственностью помещика, всё равно был членом своей общины. Поэтому польским помещикам, которые в ту эпоху интенсивно захватывали чужие земли, было выгодно поселить на них как можно больше простых крестьян, заманив их обещаниями мирной и зажиточной жизни под своей защитой, а потом превратить их в бесправных «хлопов» - крепостных. Евреев же следовало выгнать, что и было сделано. Изгнанники стали заселять большие города и создавать малые городские поселения, так называемые местечки. Со временем они устраивались на новых местах, с той разницей однако, что раньше это были люди, имевшие надёжные средства существования, хотя и заработанные тяжёлым трудом, а теперь они превратились в полунищих, живущих случайными заработками и подачками «своих» богачей.

Затем наступила очередь городов. Еврейское население увеличивалось. А отведённая им часть города, ещё в древние времена обнесённая стенами, оставалась неизменной. Городские власти строго следили за тем, чтобы не было никаких приращений, даже за городской чертой запрет распространялся даже на кладбища! Для еврейских кварталов и гетто стали типичны улицы шириной в 4 – 5 метров, на которых стояли многоэтажные дома, оснащённые лоджиями и эркерами. Эти красивые архитектурные термины означали всего лишь уродливые надстройки, которые нависали над нижними этажами, закрывая дневной свет. На улицах царили полумрак, вонь и грязь.
* * *

На этом месте я прервал повествование и прочёл ранее написанное.

Уважаемый Читатель! Предполагаю, что многие факты, здесь изложенные были Вам ранее неизвестны, и Вы воспримете их как нечто невероятное и не соответствующее действительности. Поэтому далее я не буду ссылаться на еврейские источники, а буду приводить то, что писали в своих отчётах государственные чиновники, которых правительство посылало изучать «еврейский вопрос». Приведенное относится к более позднему времени, когда польские территории стали частью России. Но это не меняет дела.

Вот что писал о положении евреев Гродненской губернии чиновник мин. внутренних дел Бобровский, время – начало XIX-го века: «Самая значительная часть евреев принадлежит к бедным ... Нередко дом в 3 – 4 комнаты вмещает до 12 семейств».

А вот что написано в статистическом отчёте о положении евреев г. Бердичева в 40-е годы XIX-го века: «Помещаются они весьма тесно, часто по несколько семейств в одной или двух комнатах... Многие из таких домов разделяются корридорами на несколько квартир, в которых наниматели устраивают небольшие ручные заводы и мастерские, как-то: воскобойные, свечные, кожевенные и прочие. Работают семьёй и тут же помещаются среди вонючих материалов. Оттого целые улицы наполнены смрадным воздухом». Таково было положение этих несчастных. Хочу добавить, что и в этом им завидовали и чинили препятствия. Польские ремесленники, конкурировавшие с ними, запрещали принимать евреев в цеховые гильдии. По их проосьбе городские и центральные власти за хорошие взятки, а иногда и «бескорыстно» запрещали евреям заниматься то тем то иным ремеслом. То же было и в торговой жизни. Местное купечество много раз просило власти ограничить торговую деятельность евреев и даже писало об этом петиции «матушке» Екатерине.

Снова сообщение о том, как жили евреи в то же время (40-е годы XIX века) в том же Бердичеве. Вот что писал корреспондент газеты «Московские Новости» : «В тех местах, где живёт бедная часть еврейского населения, улицы не шире полутора саженей (т. е. 3м (!)), на них с двух сторон обвалившиеся домики... На улице перед домом десятки детей, почти голых, валяются в грязи...»

И снова свидетельство чиновника Бобровского: «...образ жизни евреев готовит обильную жатву для преждевременной смерти. Чахотка, удушье, нервная горячка, кровавый понос (т. е. дизентерия, АК).»

Наиболее кратко и в то же время исчерпывающе на эту тему высказался Державин, и я искренне рад, что «раскопал» соответствующие факты и могу, дорогой читатель, рассказать Вам об этом.

О том, что он, знаменитый поэт, попавший в школьные учебники, был и выдающимся государственным деятелем, будучи членом государственного совета и сената, выполнял многие важнейшие поручения, был одно время министром и т. п., довольно подробно освещено и в общем-то известно. А вот то, что он, среди прочих поручений, занимался еврейским вопросом, можно узнать лишь из литературы, написанной евреями. А он стоял во главе «еврейского комитета» (точное название привести не могу, оно часто менялось), занимался этим вопросом шесть лет и составлял соответствующие прожекты. Он сказал: «Их чернь находится в крайнем изнурении и нищете.»

[ Следует отметить, что Державин вышеприведенным не ограничился. Чуть далее он написал с возмущением, что «... напротив, кагальные (т. е. руководители общины) богаты и живут в изобилии.» Но это заявление воспринимается как курьёз. Он, считавший нормальным, что тысячи крестьян трудились для блага одной семьи, сам получивший в подарок от Екатерины огромные имения, осуждал неравенство у евреев. Чудеса! Жаль, что это не наша тема.]

Приведенные свидетельства являются наиболее вескими, так как никто из упомянутых чиновников не был защитником евреев, а Державин подготовил один из самых жестоких указов, который давал «окончательное» решение еврейского вопроса. Его исполнение было отложено а потом и отменено из-за нашествия Наполеона и последующих событий.

//Это - приблизительно середина первой части третьего очерка//

(Продолжение следует)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments