dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Может у меня паранойя...

...но я, прочитав текст Бовта на сугубо российские темы на российском сайте, неожиданно для себя ощутил тревогу за свою страну.

"В Северной Корее людям насильно навязывают лживую пропаганду, в США люди добровольно позволяют делать с собой тоже самое."

- При чем тут Америка? Ведь речь идет о России и о разложении её элит, которые привели к российским катострофам.
В Америке никаких подобных катостроф не случалось,-
скажет раздраженный читатель.
Может и ни при чем, но у меня ощущение того, что наши элиты тоже сгнили, сгнили частично под аплодисменты тех избирателей, которые голосуют за это гнилье.
Т.е. у нас в какой-то степени еще хуже. У наc - демократия, в отличие от Российской Империи и СССР. В России элиты сгнивали сами по себе, у нас же они сгнивают вместе со своим избирателями.
Взгляните, кого избрала в общем-то консевативная Алабама.
Этот человек - за права геев на однополый брак, за борьбу с глобальным потеплением, за послабления нелегальным эмигрантам и т.д. и т.п. Он именно этим себя противоставлял Рoю Муру и выиграл.
Не экономическими проблемами, которых у бедного штата навалом. Даже не борьбой за права рабочего класса, что есть обычная левая повестка. Нет, он за геев и потепляльщиков.
И он победил с такой программой.
Поймите, я не за и не против однополых браков. Я против подобных проблем. Это не проблемы нашей страны, так же не проблемы какой-то другой страны, это проблема полностью выдумана, высосана из пальца.
И по поводу потеплителей. Даже если антропогенный фактор в изменении климата присутствует, во что лично я совершенно не верю, это будет серьезная проблема лет через двести, но тогда уже с намного более совершенными технологиями, человечество с этой проблемой легко справится. Прежде всего потому, что к этому времени почти сто процентов энергии люди будут получать при помощи термоядерного синтеза и никаких выбросов в атмосферу не будет. Сегодня это не проблема, ни наша собственная ни наших детей и даже не наших внуков.
Она придумана, высосана из пальца теми, кому такая проблема выгодна. А вот проблема нелегалов, это действительно наша сегодняшняя проблема. Ведь нелегалы частично восстановили рабство и рабовладельцев, против которых воевали юнионисты. Во всяком случае, на заключительном этапе Гражданской войны.
Но прогрессисты хотят сохранить свободу нелегальной эмиграции, т.е. они хотят восстановления и сохранения рабства.
Потому что нелегалы никаких прав не имеют, они имеют право только от зари до зари пахать за три доллара в час в поле или на стройке. Положение рабов в какой-то степени было лучше.
Трамп хочет реально остановить поток нелегалов, т.е. он не хочет, чтобы на американский рынок труда поставлялись рабы. Он - против рабства.
Трамп практически в одиночку сражается с теми, кто во главу угла ставит именно псевдопроблемы. Вся элита, независимо от партийности, против него.
Даже его сторонники. Или псевдосторонники? Джефф Сешнс, который кстати был избран именно от Алабамы, Алабамы на этот раз проголосовавшей за демократа вместо Сешнса.
Он ведь был в команде Трампа. Трамп очень настойчиво добивался его утверждения в Сенате и добился.
И вот, этот друг и сoратник фактически помогает своим полным бездействием на посту министра юстиции тем, кто хочет при помощи папаши Мюллeра и оставшихся от Обамы аппаратчиков в FBI свалить Трампа, выдумав на голом месте российский след.
А теперь текст Бовта, который почему-то вызвал у меня американские аллюзии. Как говорится, "кто о чем, а вшивый - о бане".
Я показывают, только половину этого текста, вторая его половина у меня никаких эмоций не вызвала.

От Николая до Бориса

25.09.2017, 08:39

Георгий Бовт о том, когда насилие бывает лучше бездействия

«Кто начал царствовать — Ходынкой, тот кончит — встав на эшафот», — написал Константин Бальмонт в год десятилетия давки, когда на торжествах в честь коронации Николая Второго (в мае 1896 года) погибли, по официальным данным, 1400 человек. До расстрела царской семьи оставалось еще 22 года.

Император тогда хоть и посетил Ходынское поле, будучи встреченным толпой выживших довольно-таки восторженно и даже пением гимна, запланированные на тот день праздничные гуляния не отменил. Последовали торжества в Кремле и затем бал на приеме у французского посла. Скорбеть, то есть, не стал.

Последний император был не оригинален в таком отношении к верноподанным, мы сами лишь относительно недавно научились отменять праздничные мероприятия и объявлять траур в подобных случаях. И то не всегда.

Ходынка была лишь одним из проявлений неадекватности последнего правителя империи стоявшим перед страной задачам. Особенно в годы кризисов.

Впрочем, в канун 100-летия Великой Русской революции, как принято сейчас называть то, что произошло с Россией с февраля по октябрь 1917 года, общество вовлечено в дискуссии не столько об «Уроках Октября» (так называлась известная работа Троцкого) или об «Уроках Февраля», а о том, была ли у царя любовница-балерина, не оскорбляет ли это чувств верующих и откуда ни возьмись понабежавших монархистов, а также о том, как эти чувства поберечь. Да так, чтобы не поставить светское государство прилюдно на колени перед мракобесами и не нарушить его священную монополию на насилие.

Еще сравнительно недавно нет-нет, да и появлялись с разных сторон (то от убежденных коммунистов, то от либералов) предположения, что в год столетия революции в головах обывателей могут возникнуть всякие опасные для нынешней власти ассоциации, спровоцировав некие «неразумные действия». Начитавшись, видимо, страшных прогнозов, демиурги внутренней политики и сами в них, видимо, отчасти поверили. Откуда, создается впечатление, и родилось намерение «торжества» чуток присушить. Чтоб не будоражить лишних мыслей. И тут как раз (не)кстати подвернулась эта самая «Матильда». И произошла подмена повестки.

«Русь слиняла в два дня. Самое большое — в три... Не осталось Царства, не осталось Церкви, не осталось войска и не осталось рабочего класса. Что же осталось-то? Странным образом буквально ничего», — напишет о революции Василий Розанов. Потом примерно то же самое повторилось в 1991 году с Советским Союзом.

И та, и другая «геополитические катастрофы» не были, на самом деле, такой уж полной неожиданностью.

Сползание к ним происходило на глазах у всей нации, на глазах словно обомлевшего от неодолимого рока истории правящего класса, потерявшего способность принимать правильные решения. И в первом, и во втором случаях сползание к катастрофе выражалось, в том числе, в моральной деградации правящей элиты, в потере управляемости страной, в неспособности власти адекватно оценить происходящие процессы. А главное — в отрыве ее от народа, в утрате способности улавливать настроения низов. Когда докладываемые сановниками вдохновляющие показатели высокого «рейтинга доверия» воспринимаются не только как данность навсегда, как неизбывная правда жизни.


Даже накануне февраля, уже после ряда унизительных поражений и на фоне все более катастрофического брожения в верхах и низах император был уверен, что русский народ-богоносец его не оставит своей любовью и уж точно не предаст. И когда царю докладывали, что империя уже практически неуправляема и вот-вот грянет катастрофа, он бездействовал. Как сказали бы сегодня — прокрастинировал.

Председатель Думы Михаил Родзянко, прорвавшись на прием за две недели до Февральской революции, пытался внушить царю, сколь опасно положение со снабжением городов и армии, но был прерван раздраженным: «Меня ждет великий князь Александр Михайлович пить чай».


Ему говорили о необходимости перестановок в правительстве, о том, чтобы убрать не просто непопулярных — бездарных министров. Он не слышал, не хотел слышать. Ему с ними было комфортно.

Он обещал премьеру приехать лично в уже бунтующую Думу, назначить «ответственное правительство» (хотя сама по себе эта идея была не бесспорна, отражая, в том числе, безответственные метания правящего класса, однако ничего другого внятного не предлагалось). Но вместо этого государь-император «линяет» из столицы за пару дней до решающих событий. А ему надо было всего лишь остаться и вызвать верные войска. Которые были.


Николай Второй повел себя, как украинский президент Янукович в феврале 2014. Все-таки все правители-лузеры очень похожи.

Тогдашние политические проблемы Российской Империи были вполне решаемы. Россия была «нищая и бесправная» лишь в агитках большевиков, в руки которых потом и пала «слинявшая» страна.

Хотя ведущей отраслью было сельское хозяйство (Россия была на первом месте в мире по экспорту зерна), Российская Империя была пятой по объему промышленного производства, сразу после Франции. А по темпам роста промпроизводства (при среднегодовом приросте ВВП в 6-6,5% в начале ХХ века) она была первой, будучи способной выбиться в безусловные мировые лидеры уже к 1930-м годам.

Индустриализация началась в стране в начале ХХ века, еще до Ленина и Сталина. По уровню реальных доходов российские сельскохозяйственные и промышленные работники могли сравниться с западноевропейскими (надо учитывать и более низкие цены на продовольствие в России). Уровень преступности в России был ниже, чем в Англии или Франции. Притом что число полицейских (это к вопросу о «полицейском государстве») было в России в 1913 году в семь раз меньше на душу населения, чем в Англии, и в пять раз меньше, чем во Франции. И, кстати, в стране фактически было свободное владение огнестрельным оружием.

Законы о социальном страховании и защите труда рабочих, принятые после революции 1905-07 годов, были одними из самых прогрессивных в мире. Всеобщее бесплатное образование было введено в 1908 году, уровень грамотности (примерно 25% в начале ХХ века) стал неуклонно расти и достиг бы «советских» показателей без сталинской «культурной революции» гораздо раньше. Уже к 1920 году почти 90% молодежи были грамотными. А по уровню женского образования Россия опережала страны Западной Европы. Все это не было заслугой пришедших к власти большевиков.

И Ленин, и второй вождь революции Троцкий признавали, что если бы Столыпинские реформы были доведены до конца, «русский пролетариат ни в коем случае не смог бы прийти к власти в 1917 году (это Троцкий напишет уже в изгнании). Но Столыпин был затравлен царскими клевретами, Николай не встал на защиту едва ли не самого успешного своего премьера. Ему не нужен был рядом с собой столь яркий человек. Ни один рядом с ним политически не выжил.

По объективным показателям, никакого «системного кризиса» в России еще за пару лет до краха не было. И даже карточная система и запрет на свободную продажу спиртного, введенные в годы войны, не были «смертельными ударами». Эта была распространенная практика во многих странах в то время.

Это был классический случай, когда государство сгнило именно с головы. Примерно то же самое происходило и с Советским Союзом, распад/крах которого вовсе не был железно предопределен еще за несколько лет до его кончины.

Правящей элите надо было «всего лишь проснуться» и начать действовать адекватно моменту. Но она, включая Горбачева, оказалась неспособна действовать именно адекватно, оторвавшись от жизни, времени и страны.

Зимой 1916-17 годов, когда дело уже шло к катастрофе, все дневниковые записи императора были о том, как он встал, позавтракал, погулял, пил чай, молился, смотрел кино и т.д. Вот из его письма царице Александре Федоровне. 23 февраля написано! «Мне очень не хватает получасового пасьянса каждый вечер. В свободное время я здесь опять примусь за домино» (это он уже в Ставке в Могилеве).


Он так и не принял ни одного спасительного для страны решения. Да и вообще никакого, кроме как об отречении.

Протоиерей Сергей Булгаков напишет потом в «Христианском социализме»: «Агония царского самодержавия продолжалась все царствование Николая Второго, которое все было сплошным самоубийством самодержавия…Революция была совершена самим царем… через Ялту, Порт-Артур, Цусиму, чрез бесчисленные зигзаги своей политики и последний маразм войны…. В нем не было злой воли, но была государственная бездарность и особенно страшная в монархе черта — прирожденное безволие».


Как, спрашивается, могли до поры до времени сочетаться бездарность правителя и стремительное развитие страны? А вот так и могли.

Поскольку запрос на адекватность власти резко возрастает не в благополучные, «сытые» годы, когда мы уж как-нибудь сами, а в пору кризисов. Плюс неуклонное отчуждение власти от народа имеет накопленный кумулятивный эффект.
Вот эти бы уроки 1917-го обсуждать сегодня, а не «амурные похождения» царя.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments