dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

Доклад к завтрашнему заседанию клуба - Франциск Ассизский

Франци́ск Асси́зский (лат. Franciscus Assisiensis, итал. Francesco d'Assisi, Джованни Франческо ди Пьетро Бернардоне, итал. Giovanni Francesco di Pietro Bernardone; 1181 или 1182 — 3 октября 1226) — католический святой, учредитель названного его именем нищенствующего ордена — ордена францисканцев (1209). Знаменует собой перелом в истории аскетического идеала, а потому и новую эпоху в истории западного монашества.

Художественно-символически изображается в коричневой монашеской рясе, подпоясанной верёвкой с тремя узлами, символами трёх данных им обетов: бедности, целомудрия и послушания, и — единственным из святых францисканцев — имеющим стигматы (раны Христа): на ладонях, ступнях и под ребром.



Старое монашество в своем отречении от мира возлагало на отдельного монаха обет бедности, но это не помешало монастырям сделаться крупными поземельными собственниками, а аббатам — соперничать в богатстве и роскоши с купцами и князьями. Франциск углубил идею бедности: из отрицательного признака отречения от мира он возвел её в положительный, жизненный идеал, который вытекал из идеи следования примеру бедного Христа. Вместе с этим Франциск преобразил и само назначение монашества, заменив монаха-отшельника апостолом-миссионером, который, отрекшись внутренне от мира, остается в мире, чтобы среди него призывать людей к миру и покаянию.

Как проповедник «бедного житья», Франциск имел предшественников. Особенное сходство с Франциском представляет старший его современник, Валдес из Лиона, от проповеди которого получила начало отпавшая впоследствии от католицизма секта валденцев.

В светской литературе его называют итальянский религиозный деятель, основатель одного из католических нищенствующих орденов, францисканцев, в литературе церковной или близкой к ней он носитель братского призыва ко всем людям доброй воли – а это звучит во все времена во всех конфессиях.

Он никогда он ни с кем не боролся, он жил, мыслил, и жил так, что много веков человечество не может это забыть.
Он боролся с самим собой. Считал себя великим грешником.

Итак, что же за личность. Годы жизни: 1181-й (или 82-й – как всегда, месяцы не точны) – 1226-й. Зенит западноевропейского Средневековья. Сложились национальные государства во Франции и в Англии. Во Франции это времена Людовика Восьмого, Людовика Девятого Святого, Крестоносца.

Разгар крестовых походов и начало кризиса крестоносного движения. В Италии единого государства нет, там сложилась как раз система разобщенности, городов-государств, маленьких, самостоятельных, автономных. И очень сильная папская власть. Это зенит власти папства на Апеннинском полуострове, и за его пределами.

Франциск Ассизский родился в 1181-м или 1182-м году.

Происхождение.


В самом центре Апеннинского полуострова, почти в геометрическом центре, есть гористая область Умбрия. Специально смотрела на карту, увидела, насколько она центральна. Она почти одинаково далеко находится от Флоренции (это на север), и от Рима (это на юг).

Город Ассизи, небольшой, но в этой Умбрии заметный, хотя не самый крупный – соседний Перуджа крупнее.

Родители. Отец – зажиточный купец Пьетро Бернардоне. Грубоватый, резковатый, торгует сукном – это выгодно.

Мать Пика из знатного рода в Провансе.

Отца не было дома, когда он родился. Отец торговал на юге Франции…
Ребенок родился без него. И мать назвала его Иоанн, или Джованни на итальянский лад…

Отец вернулся из Франции и сказал, что ему имя не нравится. «Иоанн, — говорит он, — Иоанн Креститель – это тот, который был одет в шкуру верблюда? Нет, я хочу, чтобы он был элегантный француз». И отсюда Франциск. Кто-то даже из авторов пишет, что скорее это звучало в итальянском варианте как «Французик», маленький…

Отец прогнозирует: он будет элегантным, он будет таким же жизнерадостным, веселым, на французский лад. Такого хотел он сына. И сначала, что поразительно, он его получил.

Образование у него было школьное, он учился в школе до 14 лет, учился прилежно, хорошо, но ровно до тех пор, пока отец не счел, достаточно.

Юность у него сложилась, как у всех юношей его круга. Как все, с некоторым оттенком тенденции к лидерству. Его называли «Царь пиров», Его признавали неформальным лидером. Но кто мог представить, во что это такое типичное, неформальное лидерство, выльется потом.

Авторы книг о Франциске Ассизком по-разному дают ответ на вопрос, как это с ним случилось.
И вот первое…
В Ассизе поднялось восстание и бунт против герцога Сполетанского, своего, местного герцога итальянского. Но герцог Сполето, Сполетанский, был вассалом императора германского, и восстание против герцога – это восстание против императора. В ходе этого восстания позиции внутри Ассизы , позиции дворян и простолюдинов – а к простолюдинам относятся ремесленники и купцы – разошлись. И дворяне Ассизы обратились за помощью против собственного простого люда к Перудже. А Перуджа – это самый крупный город в Умбрии – была готова с удовольствием повоевать.

Началась война Ассизы и Перуджи. Маленькая война, но для участников – война. Войско Ассизы было разбито.

Франциск попал в плен к Перудже. В этом плену он пробыл год, с 1199-го по 1200-й вместе с рыцарями. Вернувшись домой, он видимо, под влиянием этого рыцарского окружения подумал, наверное, что вот его призвание – войны.

Некий рыцарь, кондотьер известный в их краях, Вальтер, граф Бриенский, в это время набирал отряд, для того чтобы отправиться воевать в Апулию. Кто с кем там воюет? Вот все со всеми. И к нему присоединяется Франциск, Франциск, который в это время не Франциск Ассизский, а Франциск Бернардоне, сын своего отца Пьетро Бернардоне. И вот дальше случается нечто. На пути туда, не вступая еще ни в какие битвы и сражения он вдруг с полдороги возвращается домой и меняет свою жизнь.
Что с ним случилось? Разговоров и легенд полно, вокруг него сплошные легенды, и описания современников. Якобы ему приснился сон, в котором было показано оружие, и он счел, что правильно, я иду на войну. Потом явился голос, который сказал: «Ты неправильно понял, это не то сражение, ты не так понял. Есть другие, более высокие битвы». Ну, в общем, называют то, что с ним произошло, как бы оно ни выглядело, «illuminatio», озарение.

Озарение. В Средние века явление известное, не массовое, но оно принималось людьми Средневековья как норматив.
И после этого возвращения,он становится задумчив, настолько задумчив, что его не узнают, вот этого царя пиров, товарищи и спрашивают: «Слушай, может быть, ты жениться собрался?»

Он замер и вдруг, улыбнувшись, радостно сказал: «Да, я задумал взять невесту более благородную, более богатую и красивую, чем вы когда-либо видели». Мы знаем сегодня, он имел в виду бедность. Вот его невеста. Нищета, на которую надо в этой жизни себя направить, для того чтобы дух свой обогатить.


Джотто изобразил в изумительной своей фреске этот момент обручения с бедностью. Это в городе Ассизи, в храме, посвященном Франциску, женщина, молодая, красивая, но с исхудавшим измученным лицом, в разорванном платье, на нее лает собака, один мальчишка замахнулся на нее палкой, другие бросают камнями, она протягивает руку Франциску, а их благословляет Христос с небес. Вот та, с кем он обручился.

Событием, ускорившим неизбежный перелом в жизни Франциска, было столкновение с отцом. Франциск испытывал к ветхим и заброшенным церквям и часовням жалость, как к одушевлённым существам. Желая поддержать церковь св. Дамиана, Франциск в отсутствие отца забрал лучшего товара и повез его в Фолиньо для продажи. Продав там вместе с тем и лошадь, Франциск принёс вырученные деньги священнику, и когда тот, боясь гнева отца Франциска, отказался принять их, Франциск бросил свой кошелек на подоконник и остался при церкви. Узнав о гневе отца, Франциск долго скрывался в окрестных пещерах. Когда он вернулся домой, отец избил его и запер; но в отсутствие отца мать отпустила сына, и он навсегда ушёл из родительского дома. Бернардоне обратился к властям с требованием возвратить ему сына и похищенные им деньги; но Франциск заявил, что он стал слугой Господа и светским судьям неподсуден. Бернардоне обратился с жалобой к епископу. На суде епископа Франциск, по его требованию, не только возвратил деньги, но снял с себя полученную от отца одежду, объявив, что впредь будет считать отцом своим не Пьетро Бернардоне, а Небесного Отца.

Это отречение от всякой собственности наполнило его сердце великой радостью. Получив от слуги епископа простую одежду, Франциск отправился в соседний лес, громко распевая французские песенки. На вопрос встретившихся разбойников он ответил, что он «вестник Великого Господа». Это случилось в 1207 г.

Два года провел Франциск в окрестностях Ассизи, занимаясь, кроме молитвы, починкой церквей, для чего выпрашивал камни; особенно стала ему дорога полуразрушенная часовня св. Девы, под названием Порциункула. Исправив её, Франциск устроил для себя шалаш возле неё. Питался он объедками, которые собирал по городу в обеденное время. Многие стали его считать помешанным, но к его бедному житью присоединился богатый гражданин Бернард де Квинтавалле, который, согласно с Евангелием, распродал своё имущество и раздал бедным; присоединились и другие. В одежде странников они ходили по соседним городам и деревням, призывая к миру и покаянию. На вопрос, кто они такие, они отвечали: «кающиеся грешники»; но они были бодры духом, называя себя «ликующими в Господе» или «потешниками Господа». Иные из них, как и сам Франциск, занимались ручным трудом, при случае помогая крестьянам в сельских работах, но денег не принимали, довольствуясь лишь скромной трапезой.

1209 г. отмечен источниками как новая дата в жизни Франциска. В своей часовне за обедней он услышал слова, с которыми Христос послал своих учеников проповедовать о наступлении Царства Небесного: «Не берите с собой ни золота, ни серебра, ни меди в пояса свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха» (Мф. 10:9-10). Франциск просил священника повторить и разъяснить ему латинский текст и, вникнув в смысл его, с восторгом воскликнул: «Вот чего я хочу!» Он снял с ног обувь, бросил посох и опоясался веревкой. Нищее житие превратилось для него в апостолат, из нищего странника и отшельника он стал проповедником. Не раз ещё потом на Франциска находило сомнение, что угоднее Богу — молитва или проповедь; но именно то, что молитва уступила проповеди, обусловило собой всемирно-историческое значение нового францисканского ордена.

Основание ордена францисканцев

Не надо быть мрачными отшельниками – фигура очень популярная, в тогдашней Европе. Он говорит: «Нет-нет, надо идти и рассказывать людям об истинной вере, доброте». По его словам, с радостью и весельем нести жалость и сострадание к людям и, конечно, не иметь никакой собственности. Это радикальное отличие как от официальной церкви, так и от духовно-рыцарских орденов, возникших в результате крестовых походов.
Франциск однажды сказал: «Если бы у нас была собственность, нам было бы нужно оружие для нашей защиты, ибо в ней источник раздоров, — в ней, в собственности, — источник раздоров и тяжб, и она обычно препятствует любви к Богу и к ближнему. Вот почему мы не желаем иметь собственность».
Вот как в его самых свежих жизнеописаниях, составленных сразу после жизни , описывают реакцию на его проповеди. «Прибегают мужчины, прибегают женщины, торопятся клирики, стремятся верующие с целью увидеть и услышать божьего святого, всем казавшегося человеком другого века».

«И в самом деле, с тех пор как явился Святой Франциск, и заговорил, небо, казалось, изливало на землю новый свет». То есть, масштаб личности, ее изумляющее состояние было таково, они быстро поняли, что он особенный.

В том же 1209 году он отправляется к Римскому Папе Иннокентию Третьему.

Перед отправлением с визитом к Папе он сказал: «Я не буду предводительствовать этой группой, (у него к тому времени 12 учеников ) давайте изберем, кто будет первым». Он не хотел, не мог быть начальником. И они избрали главным некоего Бернарда и пришли к Папе Иннокентию Третьему.

Кто эти две личности, два полюса? Франциск и Папа Иннокентий?

Поразительно четко противоположные. Иннокентий Третий – это тот Римский Папа, который хотел всей власти, над всеми. Именно он стал называть себя наместником Бога на земле – а до этого это был апостол Святого Петра или римский епископ. При нем папство достигает зенита могущества. У него в прямой вассальной зависимости находятся короли Англии в лице несчастного Иоанна Безземельного, Арагона, Португалии, Болгарии – прямые вассалы Папы.

Это он положил начало Инквизиции в Западной Европе. Это могущественный сеньор с совершенно безумными претензиями на власть.
И кто такой Франциск? Никакой власти, никакой гордыни. Когда Иннокентий Третий увидел этого человека, лохматого, грязного… бесформенный плащ, завязанный грубой веревкой и исподнее, больше на них, на этих францисканцах, ничего не было,он сказал: «Да тебе лучше к свиньям, отправляйся, ты к ним больше подойдешь. Валяйся среди них, будешь там как раз».
Франциск сказал: «Хорошо». Пошел и повалялся с этими свиньями. И вернулся совсем уже загрязненным и сказал: «Я исполнил твою волю, теперь услышь и ты, пожалуйста, мою мольбу».
Как пишут церковные авторы, Папа устыдился и одобрил создание ордена, но не утвердил его устав.

Почему?Что он при этом должен был вспомнить? Во-первых, увидеть совершеннейшую необычность этой личности. Во-вторых, вспомнить, что когда-то, не так давно, так же к папскому престолу припадали вальденцы, и просили дать им разрешение проповедовать. Им резко отказали – они превратились в жестоких противников Церкви и теперь уже огнем и мечом, истребляется ересь. Если вот здесь отказать и раздражить, может быть, будет еще один такой.
Папа, конечно, ошибался: Франциск не мог бы превратиться в резкого борца с Церковью. Но Папе помог этот опыт предшественников и ошибки, и он предпочел сказать: «Одобряю. Живите», и они превращаются в орден, совершенно непохожий на другие.
В то же время он принял их на службу церкви, взяв с Франциска клятву послушания папе и дав его спутникам тонзуру, сделавшую их клириками.

С этого времени число францисканцев быстро растёт, и они собираются обратить все народы. Для этой цели были организованы небольшие миссии, поставленные под начало одного из братьев, называвшегося «министром». То же стремление к служению побудило Франциска присвоить своим последователям название миноритов — меньших.
В романских странах, Франции и Испании, миссии не встречали особых препятствий; но в венгерских степях пастухи травили пришельцев собаками и прокалывали их одежду заостренными палками, которыми загоняли свои табуны. Из южной Германии первая миссия вернулась ни с чем; следовавшая за ней миссия, похождения которой описаны очевидцем, также встречала большие затруднения. Неустрашимые францисканцы, однако, не останавливались ни перед какой опасностью и проникли даже в Марокко, где стали первыми мучениками своего ордена.

Как далеко ни уходили францисканцы, их тянуло к Франциску, и в Троицын день они возвращались к его шалашу близ часовенки Порциункулы, где на время своего пребывания строили и для себя шалаши. Так возникли так называемые генеральные капитулы, то есть сборы всех членов общины. О первых собраниях нет точных данных, но о собрании 1219 г. сохранилась молва, что братьев собралось 5000, и все они прожили около Франциска неделю, питаясь приношениями окрестных жителей, так велико уже было почтение народа к Франциску. В 1212 г к Франциску явилась 18-летняя Клара Ассизская, дочь соседнего помещика Оффредуччо, и тайком от родных приняла от Франциска пострижение, к ней присоединилась её 14-летняя сестра Агнес, несмотря на угрозы и побои родни. Франциск поместил их у бенедиктинок, а потом отдал в их распоряжение церковь св. Дамиана, где и возникла женская община бедных сестер, из которой развился женский орден Клариссин.


Базилика Святой Клары
К бедному житью стали примыкать и многие миряне. Идея бедного житья стала так популярна, что Доминик, учредитель названного его именем ордена братьев-проповедников, видоизменил составленный для них устав по типу францисканского и превратил доминиканский орден в нищенствующий.
Отношения Франциска и Римской Церкви

При Гонории III в отношениях Римской курии с Франциском выступает на первый план кардинал Гуго или Уголино, впоследствии папа Григорий IX. Официальные источники повествуют о самых дружественных отношениях между Уголино и Франциском, но вместе с тем с этой поры все более и более ощущается влияние курии на судьбу дела Франциска. Община так разрослась, что нужно было подумать об её организации. Полный энтузиазма и любви ко всем, Франциск этим мало интересовался, но тем более заботились о том члены курии, которая уже при самом начале обязала братьев к послушанию Франциску, а его самого к повиновению папе. Для общины последователей бедного Христа наступила критическая эпоха, из которой она вышла преобразованной в монашеский орден. Отдельные эпизоды этого кризиса скрыты от нас.

Кризис ордена


Не менее важно для судьбы братства было и то, что теперь и в его среде были люди, которым идеал Франциска казался слишком суровым, и которые требовали уступок и смягчений. Эти умеренные искали опоры у кардинала. Некоторые источники выставляют главой недовольных Илью Кортонского и рассказывают, что Илья в 1219 г. пытался повлиять через Уголино на Франциска, чтобы добиться изменения францисканских правил в духе других монашеских орденов; Уголино от своего имени высказал Франциску это желание, но встретил сильный отпор.

Наступление кризиса было ускорено отлучкой Франциска. Он давно уже порывался проповедовать вне Италии; его особенно тянуло во Францию, но кардинал не пускал его, утверждая, что он нужен дома. В 1219 г. Франциска уже нельзя было удержать. Крестоносцы в это время захватили Дамьетту в Египте, и Франциск решился обратить в христианство тамошнего султана. Отправляясь за море, Франциск передал руководство общиной двум назначенным им братьям. Тотчас по отъезде Франциска начался раздор среди общины; когда распространилась молва о его смерти, заместители его, принадлежавшие к ревнителям сурового идеала, устроили собрание, на которое пригласили только своих единомышленников, и установили три постных дня в неделю вместо двух. Другие братья пытались захватить в свои руки заведование женскими монастырями или приютами для прокаженных и добивались полномочий для своих планов со стороны курии. Франциск, между тем, проник в лагерь мамелюков, где его чуть не убили, так как за голову каждого христианина уплачивался золотой.

Убедившись в бесплодности своей попытки, Франциск отправился со своими спутниками в Сирию, где его настиг монах, посланный за ним партией недовольных новшествами. Франциск тотчас вернулся и уже на пути к Ассизи, в Болонье, испытал, как трудно удержать братию на высоте указанного им идеала. С образом бездомного, странствующего Христа было несовместимо проживание братьев в собственных домах, — а именно такой дом он нашёл в Болонье. Сильно возмущенный, Франциск потребовал разорения дома, но находившийся в Болонье Уголино возразил ему, что дом не составляет собственности братьев, а принадлежит римской церкви. То же испытал Франциск в самом Ассизи; здесь он даже влез на крышу и стал скидывать черепицы, но городская стража его остановила, объявив, что дом этот составляет городскую собственность. Франциск поспешил в Рим, настоял на отмене новшеств, введенных в его отсутствие, и помешал возведению нескольких братьев на высокие церковные должности. «Потому они и называются миноритами, — сказал Франциск, — чтобы никогда не возноситься». Но он не мог остановить других распоряжений курии, существенно изменявших характер братства.


Формализация и структуризация ордена францисканцев


Булла 1220 г. положила конец свободному входу в братство и выходу из него.
Христолюбивое странствующее братство Франциска превратилось в централизованный и оседлый францисканский орден. Во главе его стоит генеральный министр, только ему предоставлено право разрешать проповедь братьям. Над областями поставлены провинциальные министры; в первый раз упоминаются кустоды, то есть заведующие отдельными общинами.

Изменилось и положение самого Франциска в ордене. По возвращении из Сирии он отказался быть министром и слугой всего братства и поставил на своё место сопровождавшего его на Восток Петра Катанского.


Последние годы жизни Франциска Ассизского


Однажды послушник, получивший от генерального министра разрешение иметь псалтырь, пришёл к Франциску, испрашивая и его согласия на это. Франциск, боявшийся книжной мудрости и отвергавший собственность, сказал послушнику, что, получив псалтырь, он захочет иметь и молитвенник (бревиарий), а после того усядется как важный прелат и скажет товарищу: «Принеси мне мой бревиарий». Затем Франциск нагнулся, схватил горсть пепла и посыпал им голову монаха, приговаривая: «Вот тебе бревиарий, вот тебе бревиарий». Несколько дней спустя монах снова заговорил о своей псалтыри. Франциск ответил ему: «Делай то, что тебе сказал твой министр», но затем, одумавшись, догнал монаха и просил повести его на то место, где он велел монаху исполнить слова министра. Когда они пришли туда, Франциск сделал земной поклон перед монахом и сказал: «Прости меня, брат, ибо тот, кто хочет быть министром, не должен иметь ничего, кроме своей одежды».

Этот рассказ слишком простодушен, чтобы можно было его считать позднейшим вымыслом. Существует, впрочем, и документ, неопровержимо доказывающий, что Франциск в последние годы осуждал направление, принятое орденом. Это завещание Франциска; оно состоит из увещаний и наставлений и представляет, можно сказать, сплошной протест против превращения нищего смиренного братства Христова в могущественный монашеский орден.


Франсиско де Сурбаран, Святой Франциск, 1658. Старая пинакотека, Мюнхен

Освобожденный от забот об ордене, Франциск мог снова предаться странствованию и одинокой молитве.
Изобразить в своей жизни земное странствие Спасителя, пережить все знаменательные моменты Его жизни — вот на что устремлены все помыслы Франциска. Он устраивает в лесу близ Греччио «живую картину» Рождества Христова (ясли, вол, осёл, кругом молящиеся пастухи и крестьяне). Устройство таких яслей в день Рождества в церквах входит с этого времени в обычай в Италии.

Под влиянием той же мысли Франциск отправляется в 1224 г. с ближайшими товарищами на высокую вершину Ла Верна, в верховьях Арно, где проводит время, поодаль от братьев, в посте и уединённой молитве. Здесь в утро Воздвижения Св. Креста Франциск имел видение, после которого на его руках и ногах, по преданию, остались стигматы, то есть изображения головок и концов гвоздей распятого Христа.

Несмотря на то, что Франциск действительно считал своим призванием «оплакивать по всему свету страдания Христа» и несмотря на собственные тяжёлые страдания в последние два года жизни, Франциск до конца сохранил своё поэтическое воззрение на мир. Его братская любовь ко всякой твари составляет основание его поэзии. Он кормит зимой пчёл мёдом и вином, поднимает с дороги червяков, чтобы их не раздавили, выкупает ягнёнка, которого ведут на бойню, освобождает зайчонка, попавшегося в капкан, обращается с наставлениями к птицам в поле, просит «брата огня», когда ему делают прижигание, не причинять ему слишком много боли.



И самая замечательная это его история с волком. Некий волк на окраине Ассизи очень пугал людей. Одичал, старый, отбился от стаи. Он становится голодным и бросается на людей. Все боялись. Франциск пошел поговорить с волком. Поговорил.
Он стал ему рассказывать, что не надо есть людей. «Но только ты мне обещай, — волку, — я с людьми договорюсь, они тебя будут кормить». И увидел, что у волка внимательный понимающий взгляд, и, как трогательно пишут рассказчики, волк протянул ему лапу. После этого лапопожатия два года люди кормили этого волка, очень к нему привыкли, полюбили. Он умер от старости, и они об этом жалели, что он умер.
Видимо именно в связи с этой историей папа Иоанн Павел Второй объявил его покровителем экологии.


Франциск Ассизский. Миниатюра XIV века. Национальная библиотека (Рим).

Весь мир, со всеми в нём живыми существами и стихиями, превращался для Франциска в любящую семью, происходившую от одного отца и соединённую в любви к нему. Этот образ был источником, из которого вылилась его поэтическая «хвала» Господу со всеми Его творениями и паче всего с господином братом солнышком и т. д. Преувеличенно, конечно, считать Франциска, как это делает Тоде, творцом итальянской поэзии и искусства и виновником Ренессанса; но нельзя не признать, что одушевление и подъём духа, проявившиеся во францисканских соборах и во фресках Джотто, были внушены смиренным и любящим последователем нищего Христа.

Последние дни Франциска были очень мучительны; страдания его были облегчены уходом св. Клары и его собственным настроением. Он прибавил к своей Хвале Господа и всех творений строфу с хвалой «сестре нашей, телесной смерти», и не как аскет, а как поэт, закончил жизнь словами: «Жить и умереть мне одинаково сладко».

Франциск скончался 4 октября 1226 г.; уже два года спустя он был канонизован папой Григорием IX, бывшим кардиналом Уголино. На «райском холме» началась постройка великолепного готического собора имени нового святого.


Могила святого Франциска находится в нижней церкви Сан-Франческо в Ассизи в монастыре Сакро-Конвенто.

Память

В честь итальянского святого Франциска Ассизского названы:

крупная река Сан-Франсиску (4 октября 1501, день святого по календарю святых католической церкви) на северо-западе Бразилии;
Санта-Фе (1610; «Королевский город Святой Веры святого Франциска Ассизского»), административный центр штата Нью-Мексико (США);
город Сан-Франциско (1776; Калифорния, США).

В честь святого взял себе тронное имя папа римский Франциск, избранный 13 марта 2013 года

Изображение святого используется итальянской мафией для принесения клятвы верности

В музыке

XIX век

Пьеса «Святой Франциск Ассизский: Проповедь птицам»
(1863) венгерского композитора Ференца Листа.

XX век

Четыре сочинения Святого Франциска были положены на музыку (1948) французским композитором Франсисом Пуленком. Музыкальное произведение для мужского хора «a capelle» носит название «Четыре маленькие молитвы Святого Франциска Ассизского».
Опера «Святой Франциск Ассизский» (Saint François d’Assise) французского композитора Оливье Мессиана, мировая премьера которой состоялась 28 ноября 1983 года.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments