dandorfman (dandorfman) wrote,
dandorfman
dandorfman

"Сама я Пастернака не читала, но..."

Сам я этот фильм не смотрел, но...

Эдуард Гурвич.

Про фильм Л.Парфёнова "Русские евреи", пьесу А.Чехова "Три сестры", про память о войне, ну, и про нас с вами...

"Русские евреи. 1918-1948". В двадцатых числах мая  с этим фильмом в Лондон на встречу со снобчанами приехал российский журналист, телеведущий Леонид Парфёнов. Мой диалог после просмотра был с ним краткий. Я спросил:

- Вы еврей?

- Нет. Я русский.

И второй вопрос:

-  Вы не боитесь, что  в России этот  документальный фильм будет принят как антисемитский?   - Нет, не боюсь.

Ответ, признаюсь, сбил меня с толку двусмысленностью. Ну,  как  недавняя ремарка: "Дураки!", сами знаете чья. В   фильме "Русские евреи" (документальные кадры  перемешаны авторскими  комментариями и мультипликационными вставками) интонации, акценты  его вполне могут быть приняты, как антисемитские.

Поясню, почему я так чувствую. Если бы  автор фильма был еврей, я бы эти свои ощущения  оставил  при себе.

Но фильм  делал русский журналист. И, как мне кажется,   он должен был проявить больше деликатности, взявшись за разработку темы  "русский еврей". Увы, Леонид, с его темпераментом и всесокрушающей эмоциональностью, избавил себя от  всяких предубеждений и   потерял чувство меры. Это, как в ситуации, когда  русский, рассказывая  еврейский анекдот, старательно  шаржирует  картавое "эр"...

Недоумение  усугубляется тем, что  Парфёнов  предложил  воспринимать его фильм не как научный труд, а как кино для обывателя. Ну, какой там научный труд!   Набор  ярких исторических фактов. Без  попыток серьёзного осмысления. Автор  перечисляет в фильме одного за другим революционеров, преступников, убийц, артистов, художников, музыкантов известной национальности  с акцентом на  разоблачение их еврейских фамилий. Я бы сказал, со старательным, нарочитым смысловым акцентом, выучив наизусть  полные, длинные труднопроизносимые  еврейские имена героев, полученные ими  при рождении в местечках.

Развлекаловка? Конечно.  Цель?  Чтоб было интересно. Мол, коммерческий проект по замыслу иным быть не может. Но мои претензии к  работе Леонида Парфёнова не из-за коммерции.  Тьфу на неё! И не за то, что в фильме ни слова о Холокосте, ничего - об антисемитизме во время войны... Нет и нет. Это негожий метод критики - упрекать автора в том, чего нет. Я корю автора  за то, что есть -  за интонации, с которыми он обращается  тут к  своему зрителю -   российскому обывателю, за акценты, с которыми  он нажимает на него изо всех сил. Ярко, темпераментно, в своём парфёновском стиле. И, понятное дело, эти интонации - акценты не могут не понравиться  такому зрителю. Ведь фильм подтверждает обывательские подозрения - евреи заварили  всю эту кашу  с революцией, гулагом, гэбнёй, сталинской мясорубкой. Они виноваты. Ну,  они и жертвы! И поделом им!

Вот такие впечатления по поводу второго фильма "Русские евреи".  Остаюсь в беспокойном  ожидании третьего. Кстати, первый фильм, сделанный в прошлом году,   пока посмотреть нигде не удаётся. Опять же, коммерция!  Но, повторюсь, дело не в том, что проект коммерческий. Дело в ментальности автора трилогии, опытного телеведущего, искушённого презентера. А чтоб не быть голословным по поводу образа мыслей его зрителя - обывателя, приведу свежий пример. Отстояла женщина в очереди к мощам Николая Чудотворца. Возвращается к себе в Липецк. И про Москву так говорит: "Вот мальчики стоят хорошие — а что у них за душой, неизвестно (показывает на дворника). Они же мусульмане. Разве может православный голову отсекать живому человеку? Это только вот эти вот делают. Православные тоже убивают, но не из-за религии — из-за нищеты, из-за глупости".

"Это только вот ЭТИ делают"- ключевая фраза.  Ксенофобия, мрак, каша в голове бедной женщины. И, как следствие, подозрения к инаковерующим. Если не ненависть. Давать  ей ещё фильм "Русские евреи  1918-1948" с перечисленными акцентами - значит  усугубить   её представления о мире: во всём виноваты инородцы. Снова и снова возникает у меня вопрос - мыслимо ли игнорировать  такой образ мыслей  обывателя автору исторических сериалов и далеко не последнему  русскому тележурналисту? Прав ли Парфёнов, без колебаний отставивший в сторону всякую деликатность,  смысловые акценты, интонации, ради  иронии и  весёлого куража, граничащего с  издёвкой: мол, какие там евреи? Южане! Одесситы! Русские! Никто и слыхом не слыхивал в Советской Союзе про евреев!  Обрушив на зрителя водопад  страстной мысли - мол,  всё не так плохо было с евреями в Советском Союзе, автор переключил его на добродушную насмешку: вон, Леонид Утёсов взял  фамилию русскую,  потому что "утёс". А не потому, что с типично еврейской - Лейзер Йосифович Вайсбейн -  ему бы ни в жизнь не пробиться  на эстраду...

На лондонской презентации   Парфёнов сообщил о предстоящих  гастролях с  этим фильмом в Израиле. Не удивляюсь,  что там иные наши  бывшие соотечественник  будут  ещё более категоричны. Впрочем, не стоит так уж обольщаться  и категоричностью, полной противоречий. Скажем, на страницах Сноба, время от времени ощущается желание некоторых наших авторов-израильтян  подтолкнуть Европу в её попытках противостоять терроризму к...  усечению демократии.  Им кажется, что   опыт Израиля и Европы сопоставим. По  ситуации и по масштабам. Развивать эту тему  не стану. Но, признавая издержки европейской политкорректности, радуюсь прежней приверженнности континента  демократическим ценностям. Особенно это касается Англии. В момент последнего террористического акта в Манчестере  из многих сообщений мой глаз выхватил едва ли не самое главное для меня: "Жители Манчестера предложили тем, кто не смог добраться домой, остановиться у них. Гостиницы пускали к себе несовершеннолетних, которые ждали родителей после концерта. Таксисты развозили людей бесплатно: общественный транспорт приостановил свою работу". Это лицо Европы, которая борется с терроризмом. Это лицо, которое не меняется.

Ну, довольно о фильме. Расскажу кратко ещё об одной  майской презентации. В  Лондоне гастролировал московский  театр "Современник. Труппа  Галины Волчек привёзла чеховскую пьесу. Увы, от того театра "Современник", который я знал, мало что осталось. Три сестры бегают по сцене, падают в обморок, плачут, кричат:" Москва-ква-ква... В Москву...В Москву..." Понятно, провинция заела! А ведь искать спасения  в Москве бессмысленно. Провинциальность наша в душе. Это следует играть в спектакле! Ни черта подобного!  Похоже,  в спектакле этого не понимают. Хотя у Чехова, говоря  современным слэнгом, столько "наводок" про провинциальную пошлость, про  то, что у всех на устах и потому воротит: пушкинское - у лукоморья,  лермонтовское - а он мятежный,,,, чеховское  -  про жизнь, про счастье, про будущее, про работу... Работа-бла бла бла....будем работать!  Ну, не спасает  от одиночества и несчастных любовей работа! Об этом у Чехова. И никакого оптимизма, веры в будущее, в прогресс, цивилизацию... Нет у него этого.  Ко всему,  актёры бубнят себе под нос, слова не проговаривают, визжат, шумят... В результате, я  пробовал помогать себе английскими титрами, хотя сидел в пятом ряду.  Драма любимого театра! Я рад, что по свидетельствам здешней лондонской прессы, театр получил  финансовую поддержку Олигарха.  Коммерция, так коммерция! Но почему бы перед заграничными гастролями не напомнить актёрам о чеховской версии, чеховских интонациях.

Под занавес -   пару слов, связанных с майским Днём Победы. Повторюсь,  лучшее, что я читал на Снобе про войну в этом году - эссе Г. Кротенко  "Зассыха".  Долго меня не отпускала  эта история с детьми, отправленными под Вятку в 41-м. В комментарии к тому эссе  я рассказывал о  памятнике  на  станции "Ливерпул стрит стейшен". Вокзал в центре Лондона. Памятник посвящён  бегству еврейских детей из Германии и других территорий  в Англию, власти которой согласились принять, заметим, неограниченное количество детей. Сюда, к ливерпульскому вокзалу  прибывали дети на поезде. До 1 сентября 1939 года, когда был совершен последний рейс с континента, было перевезено до 10 000 детей, причем 100 из них было из Гданьска. Автор  скульптуры-памятника - один из тех детей, которых эвакуировали из Гданьска.

Тут, конечно, лезет вопрос -  что же это за Режим, за страна, за народ, который так вот запросто отправил своих детей из Москвы,  без всякой социальной защиты и  заботы в эту самую Вятку-подвятку? Хуже того, отобрали  уже на пароходе все вещи, которые им дали родители, одели в позорные   халатики и держали голодными.  Тут каждая  деталь в рассказе бабушки Кротенко  - обвинение обществу. Им,  эвакуированным на пароходе, в халатиках нужно памятник поставить. Может, тогда страна очухается  от патриотической риторики и  вспомнит о своей обязанности перед детьми.

Завершу же  вот чем. Мы  все  до сих пор  травмированы той страной, в которой жили. Как от травм избавляться? Путь один -  быть осмотрительнее в своём творчестве, своих  суждения, особенно  публичных. Не копить обиды,не звать к отмщению, а осмыслять прожитое. Осмыслять то, что происходит с Россией, с миром сегодня. Осмыслять  в рамках  коммерции и вне её,  не забывая  о сознании зомбированного  поныне российского обывателя.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments